Аластер Рейнольдс - Префект Страница 67

– Возникла небольшая проблема, – сказал Дрейфус.

– Почему вы не в камере? – спросила Бодри, глядя то на Дрейфуса, то на Гаффни. – В чем дело? Что с Шериданом? Что это у него во рту?

Гаффни стоял неестественно прямо, словно висел на невидимой вешалке. В штаб он входил короткими шажками, шаркал, словно ему связали шнурки ботинок, и держал руки по швам. Черный цилиндр заставлял держать голову под необычным углом, будто Гаффни долго смотрел в потолок и ему свело шею судорогой.

Шишка на шее, натянувшая ворот кителя, кадыком явно не была. Казалось, Гаффни боится сделать лишнее движение.

– Черный цилиндр во рту у Гаффни – хлыст-ищейка. Старший префект хотел допросить меня с помощью модели «В». Мы отлично ладили, но вдруг хлыст ополчился на Гаффни.

– Такое невозможно. Хлысты-ищейки для допросов не предназначены. – Бодри смотрела на Дрейфуса с неподдельным страхом. – Том, ведь это не ваших рук дело? Не вы вогнали хлыст ему в горло?

– Коснись я хлыста, пальцев не досчитался бы. Нет, он действовал самостоятельно, Гаффни лишь на последнем этапе чуть-чуть помог.

– Не понимаю, зачем ему помогать?

– У Гаффни не было выбора. Хлыст действовал медленно и четко. Вы когда-нибудь видели, как змея глотает яйцо? Кончик хвоста скользнул Гаффни в рот и спустился в желудок. Сами знаете, как работают хлысты в режиме допроса: пробираются к жизненно важным органам и грозят разрезать их изнутри.

– Что значит – в режиме допроса? Такого режима не существует!

– Уже существует. Гаффни обогатил модель «В» новой функцией. Разумеется, официальное название звучит вполне безобидно: оптимизатор послушания или нечто вроде того.

– Шеридан мог позвать на помощь.

– Никоим образом, – покачал головой Дрейфус. – Хлыст разрезал бы Гаффни на шесть-семь частей, прежде чем тот назвал бы браслету свое имя.

– Но почему Гаффни помог ему пробраться внутрь?

– Хлыст мучил, давая понять, что, если Гаффни сам не засунет рукоять в рот, будет еще хуже.

Бодри уставилась на Гаффни, уже лучше представляя, каково ему. Рукояти моделей «А» и «Б» слишком толсты, чтобы пролезть в человеческое горло, но модель «В» тоньше, глаже и в целом опаснее. Неловкая поза Гаффни объяснялась тем, что рукоять достигла пищевода: усиливать давление на трахею не хотелось.

– Хлыст нужно вытащить, – потребовала Бодри.

– По-моему, хлыст сам этого хочет, – кивнул Дрейфус.

– Он не может хотеть. Это явный технический сбой.

– Я бы не был так уверен. – Дрейфус обвел взглядом присутствующих людей, документы и компады на столах. – А если спросить самого Гаффни? Говорить он не в состоянии, но руки-то у него работают; правда, Шеридан?

Гаффни осторожно перемещался по штабу. Огромные глаза едва не вылезали из орбит, щеки напоминали свеклу. Он даже не кивнул, а чуть заметно дернул головой.

– Ему нужны письменные принадлежности, – догадался Дрейфус. – Кто-нибудь одолжит компад со стилосом?

– Возьмите мои, – предложила Бодри, двигая компад через стол.

Кто-то из аналитиков взял компад, отделил стилос и вручил все Гаффни. Старший префект оторвал руки от боков, двигая ими с болезненной медлительностью, словно у него расплавились кости. Пальцы дрожали. Гаффни взял компад левой рукой, неловко сжал стилос правой и уронил на пол. Аналитик поднял стилос и осторожно положил Гаффни на ладонь.

– Не понимаю – зачем… – начала Бодри.

– Расскажи, что стало с Клепсидрой, – велел Дрейфус.

Стилос зацарапал по панели компада. Движения Гаффни были вымученными и какими-то детскими, словно он прежде не видел стилоса, не говоря уже о том, чтобы им писать. Тем не менее он старательно, явно через боль, вывел едва понятные буквы, доковылял до стола и буквально уронил компад.

Бодри притянула компад к себе и вгляделась в каракули.

– «Я ее убил», – прочитала она. – Тут так и написано: «Я ее убил». – Она посмотрела на Гаффни. – Шеридан, это правда? Вы действительно убили пленницу?

Последовал микрокивок, который префекты не заметили бы, если бы не следили так внимательно.

– Зачем? – спросила Бодри, возвращая Гаффни компад.

Тот написал очередной ответ.

– «Слишком много знала», – прочла Бодри. – Слишком много чего, Шеридан? За какой секрет она поплатилась жизнью?

Гаффни снова заскреб по компаду. Рука дрожала все сильнее, поэтому на одно-единственное слово ушло больше времени, чем в прошлый раз на четыре.

– «Аврора», – прочла Бодри. – Опять она. Шеридан, так это правда? Аврора одна из Восьмидесяти? – Она снова протянула ему компад, но теперь Гаффни написал лишь: «Помогите».

– Думаю, хватит пока вопросов, – решила Бодри и сразу задала новый: – Почему хлыст так поступил с Шериданом? Я слышала о проблемах с моделью «В», но ничего подобного не случалось никогда.

– Гаффни наверняка активировал хлыст при Клепсидре, – предположил Дрейфус. – В присутствии сочленителя это очень неразумно, только, думаю, соблазн пытать ее был слишком велик. Предотвратить свою гибель Клепсидра не смогла – Гаффни застрелил ее, – зато успела поколдовать над хлыстом. Я почти уверен, что Клепсидре хватило секунды. Сочленителю это как глазом моргнуть.

– Но ведь у программ надежная защита.

– Для сочленителей надежной защиты программ не существует. Они всегда найдут лазейку. Вот и Клепсидра нашла: догадалась, что погибнет, а другого способа оставить послание не было; верно, Шеридан?

Гаффни снова дернул головой. Вокруг черной затычки во рту появилась беловатая пена.

– Хлыст нужно вытащить, – снова сказала Бодри. – Шеридан, пожалуйста, не волнуйтесь. Что бы вы ни натворили, мы вам поможем. – Бодри подняла руку и проговорила в браслет дрожащим от волнения голосом: – Доктор Демихов? Как хорошо, что вы не спите! Понимаю, время неурочное и вам поручено заниматься Омонье, только… у нас ЧП. Срочно требуется профессиональная помощь.

Доктор Демихов создал перегородку из супервещества – отсек часть штаба, чтобы вместе с лаборантами спокойно заниматься Гаффни. Пока не выросла перегородка, Дрейфус увидел, как старшего префекта укладывают на кушетку с наклоном сорок пять градусов. Обращались с Гаффни как с бомбой, которая может взорваться в любую секунду. За матовой стенкой команда Демихова превратилась в бледных призраков, окруживших нечеткую черную фигуру. Черная фигура забилась, молотя воздух конечностями.

– Думаете, хлыст вытащат? – спросила Бодри, нарушив необычную тишину.

– Вряд ли Клепсидре хотелось убить Гаффни, – ответил Дрейфус. – Тогда она запрограммировала бы хлыст иначе. По-моему, хотела разговорить.

– То, что сообщил Шеридан, доверия не заслуживает. В таком-то состоянии…

– Он сообщил нам достаточно, – возразил Дрейфус. – Когда Демихов закончит, допросим Гаффни снова. – Он сел за стол напротив Бодри. – Осмелюсь предположить, что я больше не главный подозреваемый в убийстве Клепсидры.

Бодри нервно сглотнула:

– Том, я была готова поверить, что вас подставили, но ваших обвинений в адрес Гаффни принять не могла. Видит Вой, он же один из нас! Я решила, что либо вы мстите ему из личной неприязни, либо Гаффни тоже подставляют.

– А сейчас?

– После этого маленького шоу не вызывает сомнений ни личность убийцы Клепсидры, ни то, что он действовал один. – Бодри опасливо взглянула на матовую перегородку: «призраки» стояли так плотно, что их сонм казался монолитным. – Иными словами, вы были правы: зря я вам не доверяла. Я очень перед вами виновата и прошу прощения.

– Не извиняйтесь, – покачал головой Дрейфус. – Вы же с кризисом боролись и с учетом известных вам фактов приняли лучшее решение.

– Есть еще один момент, – сказала Бодри. Пальцы она не просто перебирала, а словно отламывала. – Теперь я понимаю, почему Гаффни хотел сместить Джейн. Дело не в заботе о ней или о «Доспехах», а в страхе, что она вот-вот решит задачу.

– И он ее сместил, – резюмировал Дрейфус.

Бодри снова глянула на перегородку.

– Когда Демихов закончит… Потолкую с ним о Джейн. Как считаете, она в состоянии вернуться на свой пост?

– В состоянии или нет, она нам нужна.

– Нужна, как цепи́ – предохранитель, хоть он и может сгореть в любую минуту. – Бодри содрогнулась от такого сравнения. – Вправе ли мы это сделать? Подвергнуть ее смертельно опасному испытанию?

– Пусть сама решает.

– Мы с Крисселом добивались смещения Джейн не по тем же причинам, что Гаффни, – проговорила Бодри, явно забыв о присутствии аналитиков и других префектов. – Но это ни в коей мере нас не оправдывает.

– Криссел полностью искупил свою вину, когда сел в крейсер.

– А я?

– Восстановите Джейн в должности, снимите с меня все обвинения и считайте, что начали службу с чистого листа.

Бодри словно не слышала Дрейфуса.

– Наверное, пора в отставку. Я подвела верховного префекта. Я позволила другому старшему префекту манипулировать собой. Я… не поверила единственному человеку, который заслуживал доверия. В большинстве организаций за такое тут же увольняют.