Олег Дивов - Новый мир Страница 78

— Он вам понравился?

Хикати изобразил недоумение:

— Понравился? Как пациент, пожалуй. Интересный, неожиданно хорошо образованный человек. С богатейшим жизненным опытом. Я могу помочь ему. Но дружить с ним мне не хотелось бы. Да, я говорил, что люблю всех людей. Но это не означает, что я могу отдыхать душой в обществе любого человека. В обществе Вальдеса — не смог бы.

Я приняла к сведению. Доставив Хикати в госпиталь, я поехала обратно. По пути отправила Ашену отчет психолога, но ответа не дождалась.

В саду под присмотром нянь играли дети. Я посмотрела на окна — в спальне сеньоры было опущены шторы, наверное, дама до сих пор спит.

В гостиной у большого стола сидели Мария и Веста. Веста читала вслух, а Мария занималась рукоделием. На ее лице мерцала едва заметная улыбка.

— Надеюсь, прогулка вас не разочаровала, несмотря на дождь.

— Он был совсем небольшой, — ответила Мария. — Совсем легкий. И без ветра.

— Тогда мне кажется, что самое время пообедать.

Обедали мы втроем. И провели два часа в легкой болтовне ни о чем.

Ни сеньора Вальдес, ни Энрике вниз так и не спустились.

В Пиблс я приехала в девятом часу вечера. По пути получила ответ Ашена, порядком меня обескураживший. Статс-секретарь решил, что сеньору ни в коем случае не нужно разрабатывать. Так и приказал мне, открытым текстом: оставить даму в покое. Если захочет в клинику — пусть ее везут, куда она захочет. Насчет расселения семьи обещал подумать, но совсем не в том формате, который подразумевал Хикати: Ашен хотел оставить сеньору с Энрике в этом коттедже, а Марию с детьми отправить в новый дом на заливе. Я представила, каково Марии там будет одной, и поразилась жестокости Ашена. Правда, он тут же уточнил, что в таком случае я буду работать конкретно с ней, а старушкой с сынком займутся другие люди. И да, он вовсе не против, если Мария заведет себе подруг из местных женщин. Да и муж пусть навещает, какие проблемы-то.

Дома я не успела даже переодеться, когда пришел вызов от Августа. Я развернула монитор; Август выглядел не лучше сеньоры Вальдес после панической атаки. За его спиной угадывался интерьер яхты. Я едва сдержала вздох: все еще в пути.

— Я на Луне, — Август словно мысли мои прочитал. — Уже вторые сутки. И когда отсюда выберусь — непонятно. Яхту арестовали вместе с экипажем.

— О как. А причина?

Август поморщился, и я поняла, что причина была, очень даже веская причина, но рассказывать он не хочет.

— Позвонить Ашену?

— Не стоит. Я сам разберусь. Просто хотел предупредить тебя, что на некоторое время выпал из орбиты активных действий.

— Я все еще твой ассистент.

— Делла, у тебя и без меня работы по горло. Ты опять похудела.

— Хочешь, я навещу тебя?

— Не беспокойся. Не на месяц же меня заперли в этом отстойнике. Я буду дома самое большое через неделю. Или две.

— Вальдес мечтает с тобой встретиться.

— Я знаю. Он полчаса назад прислал мне письмо на официальный адрес. Напрасно, как по мне, он себя выдал.

— То есть ты будешь с ним встречаться?

— Делла, у него полный перечень всех сектантских баз. Он согласен передать его мне с тем, чтобы я предотвратил эту войну. Разумеется, у него есть и встречное предложение для меня.

— Ишь ты. Не удивлюсь, если он после возвращения в Эльдорадо вновь заделается католиком.

— Вряд ли. Он увидел в Ордене потенциал новой государственной религии для Эльдорадо. Орден для его целей значительно удобнее, чем традиционное католичество. Удобнее уже тем, что он получит колоссальную поддержку среди женского населения — а это самые активные избиратели и пропагандисты. Но Вальдес малость промахнулся с элитами и запутался в различных школах, что и привело его к личному краху. Это не катастрофа, и ему даже полезно чувствительно получить по носу. Но если б он с самого начала думал головой, а не спинным мозгом, всем было бы лучше.

— И здесь расчет…

— Конечно. Делла, эпоха религиозных войн осталась позади, а вот эпоха Константина Великого не кончится никогда. В современном мире нет места для Оливера Кромвеля. Зато всегда отыщется трон для Генриха Восьмого.

Я промолчала.

— Как у вас погода?

— Сегодня утром и днем было солнечно, безветренно и очень тепло. Сейчас похолодало. Кажется, ночью будет дождь.

— Я так и думал, — обреченно сказал Август. — На яхте хоть климат постоянный. А потом нам еще лететь в Москву!

— В Шотландии лето тоже нежаркое.

— Что значит — «тоже»? В Москве оно как раз жаркое. Особенно в этом году. Я смотрел дальний прогноз погоды — в ближайшие две недели температура до тридцати градусов днем! Там уже лесные пожары начались. А ведь впереди еще июль и август.

— Как ужасно. Август, никто не мешает потом поехать на любой курорт с комфортным и стабильным климатом.

Он посмотрел на меня очень странно, неодобрительно и как будто даже с осуждением. Но ничего не сказал.

— Я скоро прилечу, — зачем-то повторил он.

— Хорошо.

— У меня к тебе есть серьезный разговор.

— Конечно.

Он покивал и сказал:

— До встречи.

У меня остался неясный осадок от этого разговора. Я не понимала, зачем Август позвонил, что хотел сказать. Он был уставший, даже слишком уставший. Похоже, раздраженный.

И почему-то я не могла отделаться от мысли, что раздражали его какие-то мои поступки, а не арест яхты и прочие внешние неприятности. Но что именно пришлось ему не по душе, он, конечно, не признается.

Мне не хотелось ни есть, ни спать, ни находиться дома.

Подсвечивая себе фонариком, в сопровождении Шона Ти, Кера и трех собак во главе с Василисой я медленно брела по берегу Твида по направлению к баронскому замку.

Поднялся ветер, принялся дергать деревья за ветки, швырять мне под ноги сорванные листья. Я надела длинную теплую куртку и поэтому не обращала внимания на непогоду.

Мне было страшно. Всякий раз за последние недели, стоило мне выйти сюда погулять, происходило нечто ужасное. Но сейчас я твердо решила, что ни за что не поддамся страху. И я шла вперед, хотя на затылке волосы шевелились от дурного предчувствия. Кстати, волосы. Я пощупала свои кудри и решила, что завтра прямо с утра поеду и снова наращу их. Не могу без длинных волос. И зачем, дура, отрезала, собираясь на Саттанг? Впрочем, я тогда сделала множество глупостей.

В молчании, под топот собачьих лап, мы дошли до развалин замка. Я постояла, пытаясь на фоне ночного пасмурного неба разглядеть очертания стен. Ни зги не видно без фонаря.

Сверху упала одна капля, вторая, потом они посыпались как горох.