Аластер Рейнольдс - Префект Страница 79

Демихов потупился:

– Том, полностью я тебе не открывался. Мы с самого начала держим про запас надежный вариант, который позволит снять скарабея, прежде чем он нанесет ответный удар.

– У вас был лишь план «Танго», – покачал головой Дрейфус. – Вы не укладывались в четыре десятых секунды, не говоря уже о том, чтобы выйти из них.

– У нас давно есть нечто быстрее «Танго». Мы держим этот план в запасе и почти не обсуждаем с тех пор, как проработали его вчерне. Хотелось придумать что-то лучше, но не вышло. Ждать больше нельзя. Таким образом, Том, у нас остается три варианта.

– Какие именно?

– Первый вариант: мы ждем и надеемся, что скарабей не сделает свое дело. Вариант два: план «Танго». Все тесты, в том числе проведенные на прошлой неделе, говорят, что «Танго» позволит удалить скарабея за сорок девять сотых секунды. Те же тесты не оставляют сомнений: этого времени скарабею хватит на любую гадость.

– Погрешность-то небольшая, – заметил Дрейфус. Они давным-давно условились ничего не предпринимать, пока удаление не выйдет из интервала в четырех десятых секунды. – Ну а третий вариант?

– Мы называем его «Зулус» и считаем аварийным.

– Что же это?

– Отсечение головы, – ответил Демихов.

– Вы шутите?

– Мы досконально изучили скарабея и составили план, который может сработать.

– Может?

– Том, гарантий нет. Речь о пациентке, которую уже одиннадцать лет мы наблюдаем с расстояния семи с половиной метров.

Дрейфус понял, что вымещает раздражение на несчастном Демихове, который отдал одиннадцать лет жизни попыткам спасти Джейн Омонье.

– Ладно, просто объясните. Почему отсечь Джейн голову лучше, чем прямо сейчас прострелить скарабея? И как хирурги к ней приблизятся, чтобы провести ампутацию?

Демихов подвел Дрейфуса к одной из перегородок, разделявших центральную часть Лаборатории сна. Перегородка пестрела схематическими изображениями пациентки и устройства, прикрепленного к ее затылку.

– Давай по порядку. Насильственное удаление скарабея – если хочешь, называй это прострелом, – мы не исключали с самого первого дня. Но нас всегда беспокоило, что скарабей способен навредить Джейн даже вне физического контакта с ней.

Они это уже обсуждали, но Дрейфусу хотелось освежить воспоминания.

– Как это?

– С помощью взрывного устройства, например. Мы уверены, что антивещества в скарабее нет. Но вдруг части, которые нам не удалось рассмотреть, Часовщик начинил обычной взрывчаткой или пружинными режущими механизмами?

– Они опасны для Джейн?

– Не исключено. Ты же видел, что́ он встраивал в часы. Если поместить скарабея за аналог защитного экрана, пациентке он не навредит. Так мы убьем сразу двух зайцев.

– Двух зайцев? Боюсь, я не понимаю, о чем вы.

Демихов постучал пальцем по схеме. Дрейфусу показалось, что он сто раз видел эту картинку, только должного внимания не обращал. Врач демонстрировал ему профиль отсека, в котором парила Джейн.

– Ты наверняка заметил желоб вокруг пузыря, – сказал Демихов.

– Я думал… – Дрейфус осекся.

На самом деле он думал, что кольцевидное устройство к самому пузырю не относится.

– Это мы поставили желоб. Расчистили пространство для маневра, опасаясь, что однажды придется использовать «Зулуса».

– Что сейчас в желобе?

– Ничего. Это пустое кольцо вокруг отсека-пузыря. Все необходимое для «Зулуса» готово и хранится в другом месте.

– Покажите.

Одно прикосновение Демихова – и схема наклонилась. Теперь они видели пузырь и желоб сверху, а не в профиль. Цепочка блочных конструкций входила в отверстие желоба и обвивала пузырь – получалось что-то вроде толстого колючего ожерелья.

– Что это?

– Гильотина, – невозмутимо ответил Демихов. – Когда установим все элементы, они протолкнут режущие детали сквозь стену отсека. В определенных местах стену мы утончили, так что внутри менять ничего не нужно. Все произойдет очень быстро. Лезвия выдвинутся и рассекут пузырь за две десятых секунды, то есть за пределы допустимой погрешности мы не выйдем.

Схема снова показала профиль отсека-пузыря. В центре возникла парящая фигура. Красная линия разделила ей шею пополам, потом резаки прошли сквозь стену и оторвали голову от тела. Теперь голова плавала в одной половине отсека, тело – в другой.

– Резать будем достаточно высоко, чтобы отделить скарабея, – пояснил Демихов. – Между подчелюстным треугольником и подъязычной костью. Если повезет, рассечем между третьим и четвертым шейными позвонками. Скарабей останется на нижней части. Пусть даже он взорвется, сомкнувшиеся резаки образуют защитный экран.

– Что будет с телом Джейн? – спросил Дрейфус.

– Тело нас не волнует. Отрастим ей новое или починим старое и прикрепим голову. Крайне важно сохранить голову. Хороший, чистый срез – гарантия того, что Джейн выживет.

Дрейфус чувствовал: он пропустил что-то важное.

– Хирургов-то к ней все равно придется завести. Джейн нужно готовить к операции.

– Нет, не нужно.

– Не понял.

– Том, я не стану готовить Джейн, потому что не могу. Нельзя ее анестезировать: скарабей ждет именно этого. Если Джейн узнает о предстоящих испытаниях, стрессовый уровень подскочит выше крыши. Единственный вариант – сделать все быстро, без предупреждения. – Демихов увидел выражение лица Дрейфуса и кивнул. – По-моему, до тебя дошло. Теперь ты понимаешь, почему этот вариант с самого начала считался запасным.

– Это кошмар. Такого допустить нельзя.

– Послушай! – повысил тон Демихов. – Одиннадцать лет в отсеке – сущий ад для Джейн. Что бы мы ни сделали ради избавления от скарабея, с этой пыткой оно не сравнится. Мы не предупредим, и Джейн не успеет испугаться. Лезвия сомкнутся, и верхняя часть пузыря будет наша. Туда мы зашлем реанимационную бригаду. Хирурги стабилизируют Джейн и приладят ей тело.

– Сколько времени пройдет?

– До запуска бригады? Считаные секунды. Нам нужно лишь подтверждение, что в полусфере чисто и что скарабей не оставил сюрпризов. Убедимся и запустим префектов.

– Джейн будет в сознании?

Вопрос заметно взволновал Демихова.

– Да, согласно расчетам… Но я бы им не доверял. Столь же вероятно, что за пять-семь секунд шок от кровопотери вызовет глубокую кому. Клиническую смерть, если угодно.

– Но гарантий нет. Вы не можете ручаться, что после того, как сработает гильотина, Джейн ничего не почувствует.

– Нет, – покачал головой Демихов, – не могу.

– Доктор, ее нужно предупредить.

– Джейн всегда говорила, что для отделения скарабея ее согласия не требуется.

– Но ведь подослать робота, чтобы обезвредил скарабея, – одно, а тут другое, – возразил Дрейфус. – Такая операция может вызвать страдания куда сильнее тех, что Джейн готова вынести.

– Согласен полностью. Однако считаю, что именно поэтому нельзя говорить ей ни слова.

Дрейфус снова взглянул на проекцию и вспомнил красную линию, рассекшую шею Джейн чуть выше места, где сидит скарабей.

– Лезвия зафиксированы, да? Их не отрегулируешь, если Джейн окажется не на той высоте?

– Именно так.

– Как же вы отрежете в нужном месте?

– На дверь мы установим лазер. Маленький, Джейн его не заметит. Лазер проведет линию через тело Джейн, покажет, где пройдут заточенные сегменты.

– Проще говоря, где вы отрежете ей голову.

– Спасибо за подсказку, Том, но я прекрасно понимаю, что мы тут обсуждаем. Серьезность ситуации я осознаю целиком и полностью.

– Что случится, если лазерная линия пройдет не в нужном месте?

– Мы подождем, – ответил Демихов. – Джейн то поднимается, то опускается. Порой она сама по воздуху плывет, порой ее смещают сквозняки. Рано или поздно линия пройдет там, где нужно. – Демихов в упор посмотрел на Дрейфуса. – На кнопку нажму я. Не робот, а именно я решу, когда выпустить лезвия.

– А что с реаниматорами?

– Мы собрали три бригады. Одна постоянно будет в полной готовности.

Дрейфус замялся. Логика просматривалась, а нравится или не нравится – другое дело.

– Вы со старшими префектами советовались?

– Я поставил их в известность и получил добро.

– Тогда моего согласия не требуется.

– Не требуется, но я хочу его получить. Джейн доверяет тебе, как никому другому. Даже больше, чем мне. С самого начала было ясно: зеленый свет мне даешь ты. Том, для Джейн ты как сын. У скольких полевых префектов есть допуск «Панголин»?

– Вроде бы только у меня, – честно ответил Дрейфус.

– Джейн хотелось бы, чтобы последнее слово осталось за тобой. – Демихов пожал плечами, мол, он сделал все, что мог. – Медицинскую сторону дела я тебе изложил. Если дашь согласие, в течение тринадцати часов мы установим лезвия. Через тринадцать часов десять минут Джейн сможет покинуть свой пузырь.

– А если скажу «нет»?

– Воспользуемся планом «Танго». Бездействовать нельзя, в нынешней ситуации это преступная халатность.