Филип Дик - Вспомнить всё (сборник) Страница 85

– Ну как же! Концентрированный протеиновый коктейль. Мы провели исследования и обнаружили, что девяносто процентов вызовов в первые недели после приобретения замещателя связано с неправильным прикормом. Люди просто не умеют ухаживать за своим новым замещателем.

– Кошмар какой, – слабым голосом пробормотал Андерсон. – Оно, оказывается, живое…

У Кортленда голова пошла кругом. Как он ошибся… Как он мог так ошибиться! Выходит, к нему наведался вовсе не мастер-ремонтник, который чинит и настраивает приборы. Да, конечно, парень пришел отладить замещатель, вот только функции у него оказались совсем другие. Он не ремонтник. Он ветеринар, этот юноша с черным чемоданчиком.

А тот извлекал и раскладывал на столе какие-то инструменты и счетчики и охотно разъяснял:

– Новые замещатели – они же устроены гораздо сложнее, чем те, первые. Мне все эти штуки понадобятся – прямо с самого начала. Но что поделаешь, мы не виноваты, это все Война…

– Война? – с испугом переспросила Фэй Кортленд.

– Ну да, Война. Я не первую имею в виду, а настоящую, которая в семьдесят пятом случилась. В шестьдесят первом, согласитесь, – разве то война была? Так, легкая заварушка. Ну, вы, наверное, в курсе, что Райт изначально служил в инженерных войсках. Его часть была расквартирована… мгм… как же это место раньше называлось… а, вот, Европа, да! В общем, он в Европе служил, и когда через границу беженцы прямо потоком пошли, его и осенило! Да, я думаю, так оно и было. В шестьдесят первом, во время той войнушки, они прямо миллионами границу переходили. А другие – наоборот, уходили за границу. Представляете, люди туда-сюда между двумя лагерями бегали – фу, мерзость!

– Что-то неважно это все помню, – с трудом выдавил Кортленд. – На уроках истории плохо слушал, не иначе… Шестьдесят первый, говорите? Это когда случилась война между Россией и Америкой?

– Ха! – с энтузиазмом отозвался мастер. – Да там все со всеми воевали! Россия во главе Восточного блока, Америка – во главе Западного. В общем, никто в стороне не остался. Но в шестьдесят первом ничего такого особенного не случилось, я ж говорю. Разве это война была?

– Ничего особенного?.. – эхом отозвалась Фэй – ей явно стало не по себе.

– Ну, – пожал плечами мастер. – Наверное, по тем временам впечатляло, конечно. Но ведь там же всякие здания остались стоять – не то что потом. Да и длилась она всего-то несколько месяцев.

– А кто… победил? – прохрипел Андерсон.

Ремонтник хихикнул:

– Странный вопрос, сэр. Ну, в странах Восточного блока больше населения уцелело, если вы это имеете в виду. Но главное значение войны шестьдесят первого года – и я, сэр, положительно уверен, что уж это-то ваши учителя истории до вас донесли, – что появились первые замещатели. Р.Дж. Райт посмотрел-посмотрел на всех этих перебежчиков – и изобрел замещатель. На что к семьдесят пятому году, когда началась настоящая война, у нас их было много-много. – Подумав, он добавил: – На самом деле и война-то случилась из-за них. В смысле, это была последняя война в истории человечества, да. Война между теми, кто был за замещатели, и теми, кто был против. – И он самодовольно покивал: – Ну и, понятное дело, мы победили!

В комнате повисло молчание. Потом Кортленд все-таки решился на вопрос:

– А что случилось с остальными? Ну, с теми, кто… был против замещателей?

– Ну как, – ласково проговорил мастер, – замещатели с ними разобрались.

Кортленд с трудом раскурил трубку – руки тряслись.

– Я про это… не знал.

– Что вы имеете в виду? – хриплым от волнения голосом спросил Песброук. – В каком смысле – разобрались? Что они с ними сделали?

Мастер ошеломленно покачал головой:

– Ох… Я и представить не мог, что миряне не знают таких простых вещей…

Ему явно нравилась роль мудреца и ученого мужа. Он выпятил костлявую грудь и приступил к рассказу, намереваясь просветить всех этих напряженно глядящих на него людей.

– Конечно, первые райтовские модели на органическом приводе были весьма несовершенны. Но результат они выдавали. Изначально они служили для того, чтобы отделить среди перебежчиков агнцев от козлищ – тех, кто пришел к свету, от лицемеров. От тех, кто при удобном случае перебежал бы к врагу. Тех, кто не был по-настоящему предан нашему делу. Власти хотели знать, кто из беженцев и впрямь честно перешел на сторону Запада, а кто нет. Хотели выявить шпионов, вражеских агентов. Вот для этих-то целей замещатель и предназначался – ну, в самом начале. Сейчас-то все гораздо сложнее, да!

– Это точно, – с трудом разлепив губы, подтвердил Кортленд. – Вообще никакого сравнения.

– Да! Теперь, – вкрадчиво проговорил мастер, – мы такой ерундой не занимаемся. В самом деле, глупо ждать, пока человек станет нам идеологически чужд, – а потом надеяться, что он возьмет и передумает. К тому же после войны шестьдесят первого года осталось только одно идеологическое размежевание – с теми, кто был против замещателей.

И он радостно рассмеялся:

– Так и вышло, что замещатели выявляли тех, кто не желал, чтобы их выявляли. Да уж, вот то была война так война. Но, знаете, не такая, как раньше – со всеми этими бомбами, напалмом и разрушениями. Нет, ту войну вели и выиграли ученые, да. Там никого с воздуха не жгли и химикатами не посыпали. Все делалось с помощью замещателей! Вот благодаря им-то мы и выволокли из подвалов, развалин и схронов всех этих Праволичностников! Да! Одного за другим мы их выявили и вывели на чистую воду! Так что, – завершил он рассказ, собирая инструменты, – теперь никаких военных конфликтов не предвидится. Никаких войн больше не будет – а все почему? Потому что не существуют вражеские идеологии! Райт убедительно доказал, что абсолютно неважно, какого рода идеологией мы руководствуемся. Неважно, верим ли мы в коммунизм или там в свободное предпринимательство, социализм, фашизм или рабовладельческий строй. Самое главное – это всеобщее согласие с главной идеей. И полная ей преданность, конечно. А поскольку теперь у нас есть наши замещатели… – и он заговорщически подмигнул Кортленду, – вот, к примеру, у вас уже есть, правда? Ну что, заметили, как сразу стало легче жить? Правда, здорово? Теперь вы знаете, что такое настоящая уверенность в завтрашнем дне! Чувство глубокого удовлетворения! Теперь вы абсолютно уверены: вы идейный друг, а не враг! На сто процентов! Опять же, отклониться от генеральной линии никак не можете – а раз не можете, патрульные замещатели вам не страшны!

Все ошеломленно молчали. Первым пришел в себя старик МакДауэлл.

– Ух ты! – с заметной ноткой сарказма в голосе проговорил он. – Лучше и не придумаешь! Супружница будет просто в восторге…