Шэрон Кендрик - Растопить ледяное сердце Страница 9

– Мне не нужно твое дорогое платье.

– Понятно. Ты, вероятно, выбрала этот невзрачный наряд, чтобы не возбуждать меня?

У Джессики вспыхнули щеки. Пусть она не выглядела шикарно, но вполне стильно и достойно. Во всяком случае, не заслуживала обидного и грубого замечания.

– Раньше ты не жаловался на цвет моих платьев.

– Я был молод и больше думал о том, чтобы скорее раздеть тебя. – Он сделал паузу и усмехнулся. – Это было легко после первого, недолгого сопротивления.

– Что ж, по крайней мере, теперь этот вопрос не должен тебя беспокоить.

– Этот вопрос? – насмешливо передразнил он. – Брось, Джесс. Если речь идет о сексе, говори прямо.

– Хорошо, скажу. – Джессика помахала перед его носом обложкой меню. – Боюсь, секса нет в нашем ассортименте.

Лукас откинулся на стуле.

– Упрямство возбуждает меня. Вот уж не ожидал от тебя такого сюрприза. – Он покачал головой. – Я был уверен, что тебе понравится платье, от которого любая женщина пришла бы в восторг.

– Может, я не любая женщина?

– Возможно. – Он опустил веки, чтобы скрыть блеск глаз. – Еще мне было интересно, насколько ты окажешься послушной, Джесс. Должен заметить, твое своеволие доставляет мне особое удовольствие.

– Почему же? – подняла брови Джессика.

– Если мужчина сталкивается с непокорной женщиной, у него возникает желание укротить ее, подчинить своей воле. Похоже, ты бросила мне вызов.

Джессика без труда уловила в его словах эротический подтекст и вдруг с горечью ощутила свою беспомощность. Она недооценила его и легкомысленно согласилась на нечто гораздо большее, чем смена имиджа и новый стиль рекламной кампании. Лукас был абсолютно уверен в себе, словно затеял с ней беспроигрышную игру, правил которой она не знала. Она смотрела на человека, похожего на прежнего, только очень холеного Лукаса, и понимала, что перед ней незнакомец. Джессика с ужасом осознала, что его внутренний мир был всегда надежно спрятан от нее.

Ее лицо не выдавало тревоги, а голос оставался ровным, словно они обсуждали январскую погоду:

– Считаешь приличным пригласить женщину на ужин и говорить с ней о том, как собираешься укрощать ее?

Его улыбка стала почти угрожающей.

– Разве тебя не возбуждает перспектива стать послушной игрушкой в руках властного мужчины? Признаюсь, меня всегда привлекала эта сексуальная фантазия, моя Ледяная Королева.

Джессика снова не выдала себя, услышав прозвище – Ледяная Королева. Давно она не слышала обидного титула, преследовавшего ее в детстве, а потом и в юности. Она ненавидела его, хотя отцу он нравился. Он считал, что прозвище подтверждает ее главное достижение – холодную невозмутимость. Однако холодность не приносит популярности среди коллег. Умение скрывать эмоции делает тебя опасным соперником в теннисном поединке, но не в жизни. Люди считают тебя бесчувственной и зовут Ледяной Королевой. Зато это привлекает таких мужчин, как Лукас Сарантос, для которых ты становишься амбициозным вызовом.

– Меня не волнуют твои сексуальные фантазии, – тихо сказала она.

– Честно?

– Да. Но меня интересует другое. Как ты достиг такого богатства?

– Не сейчас, – сказал он тоном, предполагавшим, что давно ждал этого вопроса. – Сделаем заказ. Что ты будешь есть? Выберешь сама или доверишь это мне?

Джессика поморщилась от очередной попытки Лукаса, как с платьем, навязать свою волю. Она собралась возразить, но перспектива изучать меню под его пристальным взглядом совсем не нравилась ей, поэтому она пожала плечами, принимая предложение.

Лукас заказал вино с полным знанием вопроса, которое не приходит в один день. Ей было странно видеть его в дорогом костюме, уверенно отдающим приказания, ведь раньше он сам был в подчинении. Джессика твердо знала, что не должна позволять ему доминировать: как в теннисе, она должна навязать свою игру.

– Так расскажешь мне? – напомнила она с настойчивостью, обычно не свойственной ей. Грустная, тихая мелодия фортепьяно немного успокоила ее. – Что должно было случиться, Лукас, чтобы ты стал таким?

Глава 4

Глядя в аквамариновые, как вода в прохладном бассейне, глаза Джессики, Лукас задумался над ответом. Инстинкт подсказывал, что надо поставить ее на место: его прошлое и перипетии судьбы ее не касаются. Тем более неожиданный интерес, как у всех женщин до нее, явно вызван огромным богатством. Однако косвенно Джессика была причиной драматической и непредсказуемой перемены в его судьбе. Ее отказ оскорбил его больнее и глубже, чем он мог предположить. Задел не только гордость, но и сердце, оставив незаживающую рану. Это был подлый удар, ведь однажды он поклялся, что никогда не позволит женщине задеть его самолюбие.

– Я ушел от Дмитрия Макарова, – сказал он.

– Надоело быть телохранителем? – нахмурилась Джессика.

Лукас только улыбнулся в ответ. Да, ему надоело стоять за чужой спиной, жить по чужим правилам, по чужому расписанию и ждать.

– Настало время перемен. Пора было заканчивать со старым. Личная жизнь Дмитрия вышла из-под контроля – мы жили как вампиры. Он не ложился спать до рассвета, значит, и я тоже. Ночи мы проводили в казино, потом летели на самолете в другую страну, в другое казино. Спали только во время перелета.

Спасаясь каждый от своего демона, его русский босс, как и Лукас, искали убежища на дне стакана виски. Чтобы забыть Джессику, Лукас метался от одной женщины к другой, презирая их, даже если они клялись ему в любви, потому что усвоил раз и навсегда – им нельзя верить. Что стоило признание Джессики, сказавшей, что любит его?

Однажды утром он проснулся и не узнал в зеркале свое потемневшее, изможденное лицо. Надо было срочно что-то менять, вернее, меняться самому.

– Я решил, что пора двигаться в другом направлении, – сказал он ровным голосом.

Джессика сделал глоток вина, такого же прохладного и светлого, как она сама.

– Что же ты сделал? Пошел учиться в колледж?

Лукас не удержался от горького смеха, но сразу не ответил, дождался, пока им принесут горячее – рыбу с немыслимым гарниром из овощей под изысканным соусом. Почему они не готовят в ресторане простых блюд?

– Нет, Джесс, для таких, как я, это путь в никуда. Я стал вышибалой в большом ночном клубе Нью-Йорка.

Ему показалось, что Джессика взглянула разочарованно: вероятно, считала такое занятие недостойным.

– Ну и как? – вежливо поинтересовалась она, словно вела светскую беседу.

– Мечта настоящего мужчины, – тихо сказал он и заметил удивление и обиду в ее взгляде. Лукас вдруг понял, что ему доставляет удовольствие дразнить и оскорблять ее в отместку за то, что однажды она оскорбила его. – Уверенная дорога к моему нынешнему положению. Ловишь кайф, вышвыривая за дверь толстосумов, которые держат пальцы веером. Стыдно признаться, но женщины обожают вышибал – просто тащатся от них, – это главная фишка в работе.