Хроники закрытого города - Улана Зорина Страница 9

 Люська с самого детства вела себя как мальчишка. Одевалась по-спортивному, коротко стригла волосы, и лишь нежные черты миловидного личика безошибочно выдавали в ней девочку. Задорный взгляд из-под пушистых ресниц не одного парня уже лишил сна, а ей всё нипочём. Казалось, бойкая и шустрая Люська совсем не замечает парней, но если вглядеться попристальней, то можно всё же поймать томные взгляды, адресованные никому иному, как Андрею Исупову.

Глава 2

 Как и договорились, в субботнее раннее утро Люська с Эдиком уже топтались на углу дома Андрея, зябко кутаясь в лёгкие курточки.

 На дворе было 1 августа, пятнадцать градусов тепла. Солнце, едва раскидав зыбкие лучи, ещё не вступило в полную силу, и в городе до сих пор господствовал свежий ветер с холмов. Однако чистое, безоблачное небо и звонкое пение птиц ненавязчиво предрекали если не палящий зной, то приятное, согревающее душу тепло. Пустынные улочки безразлично следили сонными окнами, как три сгорбленные под набитыми рюкзаками фигурки торопливо движутся по тротуару, стремясь поскорее покинуть чертоги родного города и углубиться в тайгу, рискуя навсегда затеряться в бескрайней бушующей чаще.

 Переругавшись, пока выбирали правильный путь, подростки наконец-то притихли. И теперь, шумно раздувая ноздри, молча шагали по трассе, насупившись и глядя перед собой тревожными взглядами. Лишь Люська постоянно вертелась, кого-то высматривая позади.

 Вскоре и впрямь до чуткого слуха удивлённых ребят донёсся глухой рокот автомобильного мотора. Оба парня, грозно сдвинув брови, вопрошающе воззрились на довольную девчонку.

– Что? – картинно закатила глаза Люська. – Вы же не думали, что в такую даль я попрусь пешком?

– Чего ты удумала? – разозлился Эдик, нервно сжимая и разжимая внушительные кулаки. – Всем разболтала?

– О, Господи, Галкин, не поздно ли о зарядке вспомнил? Боюсь, в твоём случае уже не поможет, – с иронией покосилась она на полные руки побагровевшего парня.

 Тот подобрался, нахохлился и сдулся.

 Сверкая отблесками задорных лучей на лобовом стекле, их догоняла белоснежная «Нива». Скажем так, она была бы белоснежной, если бы водитель потрудился помыть свой верный автомобиль. Сейчас же с бурым налётом дорожной пыли на кузове машина выглядела удручающе.

 Однако, не обращая внимания на недовольное бурчание обоих парней, обрадованная Люська выскочила на дорогу, энергично размахивая руками. «Нива» плавно затормозила, свернула к обочине и замерла, урча, как голодный разбуженный зверь.

– Ну, чего встали? – скомандовала девчонка и по-хозяйски распахнула пассажирскую дверь.

 Парни нервно переглянулись и угрюмо полезли за ней.

 Из колонок струилась «Энигма», а на водительском месте, барабаня в такт музыке по рулю длинными пальцами, восседала повзрослевшая копия Люськи.

– Здорово, братва! – приятный грудной голос заставил приятелей вздрогнуть.

 Ни живы ни мертвы они съёжились на заднем сиденье, с благоговением поглядывая на водителя. Девушка тряхнула головой, и блестящий каскад длинных, таких же русых, как и у Люськи, волос шелковистым водопадом рассыпался по плечам. Девушка с усмешкой в зелёных с золотистыми крапинками глазах глянула в зеркало заднего вида и весело подмигнула оторопевшим парням.

– Вы что, мужчины, языки проглотили? – подняла точёную бровку красотка.

– Нет…

– Нет, конечно, – расхорохорились оба, краснея, бледнея и перебивая друг друга. Люська, развалившись на переднем сиденье, переглянулась с водителем и прыснула, покосившись с сомнением на парней.

– Смотрите, а то пар из ушей пойдёт, мужики, – ехидно передразнила она, поправляя рюкзак на коленях.

 Девушка улыбнулась и, взъерошив мягкие волосы Люськи, щёлкнула ту по носу.

– Ай, ты чего?

– Ничего, систер, куда едем? – машина дёрнулась и покатила вперёд.

– Пока прямо, – важно скомандовала Люська и устроилась поудобней.

***

 Лес подступал к самой обочине, нависая разлапистыми ветками над пыльной грунтовкой. Прислонившись спиной к застывшей машине и скрестив на груди руки, девушка настороженно оглядывала подростков. Те, стараясь казаться уверенными в себе, невозмутимо напяливали рюкзаки, подтягивали лямки и с умным видом подпрыгивали на месте, проверяя правильность укладки.

– Люсь, вы хорошо подумали? – не выдержав, первой прервала молчание девушка.

– Не беспокойся, Алечка, я же с такими мужчинами… как за каменной стеной, – промурлыкала Люська и язвительно покосилась на вспыхнувшего Эдика.

 Того благоразумно придержал за локоть Андрей. Заглянув в глаза другу, он покачал головой. Ни сейчас. Ни потом. Никогда.

– Я бы на вашем месте отбросила эту затею. Искать мифический город в тайге! Что может быть глупее? – но, видя, что все её реплики лишь зря сотрясают воздух, раздраженно махнула рукой. – Сами смотрите… Мобильники зарядили? Мало ли что?

– Всё нормально, Аль, чего раскудахталась? Лучше подумай, что матери наплетёшь? – осадила сестру Люська.

 Худая и стройная, казалось, она вот-вот сломается под тяжестью рюкзака, но, вопреки всему, девчонка держалась решительно. И, строго выпрямив спину, устремилась вперёд, даже не покачнувшись.

– Иди уже, Жанна д’Арк доморощенная, – пошутила ей вслед Аля и повернулась к Андрею. – Смотри уж за ней, стена каменная.

 Тот не смутился, не опустил голову, а смело выдержал взгляд чудных глаз и степенно кивнул.

***

 Недолгие сборы, и вот уже трое отважных искателей приключений готовы к суровым испытаниям необъятной тайги. Северные джунгли встретили их переливами птичьего хора, ароматами терпких лесных трав и влажной земли. Вот уж действительно, человек в этих местах – редкий гость. Изредка бывают геологи, на сезон приходят сюда охотники-промысловики, но основная часть тайги до сих пор неизведана и сокрыта от человеческих глаз непролазной чащобой. Именно на эти первобытные дебри и указывал горящий взор испуганного старичка.

 С каждым шагом двигаться становилось всё труднее. Закусив губу, ребята упрямо, стиснув до ломоты зубы, шагали вперёд. Вырывая из цепких ветвей полы курток, они шёпотом чертыхались, увязая в рыхлой земле.

 Несмотря на то, что время близилось к полудню и солнце поднялось уже высоко, тут, под пышными кронами вековых елей, было сумрачно и свежо. Жужжащие тучи мелких насекомых вконец измотали отважных первооткрывателей, но те с покусанными лицами продолжали настойчиво плестись дальше. Никто не осмелился поднять вопрос о возвращении. Каждый опасался прослыть жалким трусом в глазах товарищей. Даже вредная Люська со слезами в красивых глазах молча хлестала себя по плечам сорванной веткой, спасаясь от кровожадного гнуса.

 Время перевалило далеко за полдень, но в глубине сумеречных объятий ребятам казалось, что оно вовсе замерло. Шагать становилось всё труднее, рюкзаки потяжелели и стали весить не меньше тонны.

 Едва не пригибаясь к земле, путники брели, сминая ногами лишайники, втаптывая их в мягкую землю, где нет ни дорог, ни протоптанных тропок, лишь бескрайний первобытный лесной массив. Он лениво