Александр Лукьянов - Старик с обочины Страница 93

– Зачем под дождь? -возразил грузный полковник. -Для чего же военные городки войск охраны? Километра полтора отсюда – рукой подать… Вызовем оттуда по тревоге машины и бронетранспортёры, снимем свободных от караульной службы солдат. Ну и мобилизуем наши возможности. Справимся.

Территория бывшего СССР

Сибирь Усть-Хамский район Хамской области

Аномальная Зона внеземного происхождения

Контрольно-пропускной пункт №1

Блок Б

23 часов 55 минут 1 сентября 2007 г.

Зольдатен валились с ног. Старший сержант Бармотуллин зверствовал, нещадно гоняя личный состав. Его отделению удалось перекусить наскоро и всухомятку, а о заветной команде «отбой» даже не помышляли. Таскали запаянные в полиэтилен связки папок и коробки с кассетами, ящики и контейнеры из биологических, химических и прочих физических лабораторий. Бармотуллин проявил невиданное личное служебное рвение, близкое к героизму. Гимнастерка покрылась тёмными сырыми потовыми пятнами. Старсер старался не за страх, однако, отнюдь и не за совесть. В суматохе ему удалось тщательно упаковать и пристроить в личный дембельский чемодан два новеньких ноутбука, диктофон, цифровую фотокамеру, электронную записную книжку и какой-то непонятный очень научного вида приборчик.

У распахнутых ворот, ведущих в коридор внутри стены на пандусе стояли генерал-майор Туманян и заведующий лабораторно-исследовательской службой. Бармотуллин, притворяясь завязывающим шнурки на кирзовом ботинке, присел рядом и насторожил уши.

– Посмотрите, это любопытно. -заведующий подсовывал коменданту еще тёплые после распечатки на принтере листы третьего формата с мудрёными цветными графиками.

– Ну? – с раздражением спросил генерал.

– Наблюдатели с шестой башни заметили, что в тот момент, когда Зона подступила к стене, изменилась и высота зеркального купола, которым она теперь накрыта. Это очень важно!

– Правда? -ядовито осведомился Туманян. -Ужасно интересно! И что же?

– Ну, как же… -заведующий лабораторно-исследовательской службой с искренним недоумением воззрился на коменданта. -Если объем Зоны может изменяться, то следовало бы ожидать, что с расширением её площади, возрастёт в определенной пропорции и высота купола. И это было бы очень плохо, поскольку предел роста Зоны остался бы для нас неизвестным – вплоть до охвата всей планеты. Но мы заметили совершенно обратное: Зона расширилась, а высота купола едва заметно упала. А это означает, что объём Зоны – величина постоянная.

– И что же? -повторил генерал.

– Да то, что Зона не может неограниченно расползаться! Наступит момент, когда снижение высоты зеркального купола просто не позволит продвинуть его ни на миллиметр вширь!

– Утешили. -вздохнул генерал. -То есть можно отменять эвакуацию? Зря паникуем – Зона не сможет занять внутреннего пространства стены?

– Пожалуй, сможет. Но в перспективе…

– Тогда на кой фиг нам ваше открытие? -еще тяжелее вздохнул Туманян. -Делом бы лучше занялись. «В перспективе…» У нас одна перспектива – никакой перспективы.

Он круто повернулся и, оставив заведующего с открытым ртом, удалился. Бармотуллин, так ничего и не понявший из разговора, перестал крутить шнурки и вновь зарычал на подчинённых.

Территория бывшего СССР

Сибирь Усть-Хамский район Хамской области

Аномальная Зона внеземного происхождения

Контрольно-пропускной пункт №1

Блок А

02 часа 15 минут 2 сентября 2007 г.

Полковник госбезопасности включил телевизор. Едва на экране появилось изображение, как с обычной для дикторов расеянецкого телевидения невнятной скороговоркой затарахтела костлявая девица: «…ной катастрофы. Очевидцы сообщают, что радиоактивные облака накрыли огромную территорию. Эпицентр взрыва находится внутри Зоны. Предположительно, весь научный персонал и гарнизон погиб в первые мгновения. Невероятное количество пропавших без вести людей, мертвые животные, почерневшие постройки, искореженные леса – вот что вы видите у меня за спиной.»

Телекамера продемонстрировала апокалипсическую картину горящей пригородной свалки, обнаруженной каналом «Рашэн Нэйшнл Баттокс ТВ» где-то в районе ближнего Подмосковья. Девица кокетливо поправила изящно висящий на шее новенький респиратор и затараторила дальше:

– «Зона резко увеличилась, поглотив пятьдесят квадратных километров окрестностей. Зона растет и сейчас, много гражданского населения ежеминутно попадает в район поражения. Жителей окрестных сел и городов в спешке эвакуировать не удалось. Началась паника. Организовать спасательные операции не представляется возможным, в Зоне действуют странные энергетические возмущения, представляющие смертельную опасность. Триста километров оцеплены отрядами спецназа, ученые не могут дать объяснений случившемуся. Повсюду обнаруживаются различные аномалии, попадание в которые приводит к смерти, невидимая сила разрывает на части людей, наносит страшные раны, из которых фонтаном бьет кровь. Из Зоны вырываются мутированные животные. Катастрофа, мутанты, заражение все является следствием чудовищного взрыва непонятной природы.

Над миром повисла опасность, величину которой можно только предполагать».

Полковник выдал длиннейшую тираду в которой цензурными были только предлоги «в» и «на».

– Пр-роститутки! -задушевно констатировал он. -Журналюги! Эх, Йосифа бы нам Виссарионыча да с Лаврентием Палычем!

Он рванул кабель несчастного телевизора из розетки, отшвырнул в угол. Распахнулась дверь. Чумазый ефрейтор, тяжело дыша, вопросил:

– Трищ плкник, разрешите вытаскивать?

– Валяйте. Укладывать в грузовик номер два – сорок семь. Ясно?

– Так точно!

– Не перепутайте, тараканы: номер два – сорок семь!

Солдаты вцепились в перетянутые ремнями тюки и поволокли из кабинета. Полковник обошел пыхтящих служивых и направился в лабораторное крыло. Там тоже суетились и копошились, упаковывали, вытаскивали и грузили. Полковник добрался до биологического отдела, толкнул приоткрытую металлическую дверь с большими белыми цифрами «07», вошел.

Штайерман, сгорбившись, с руками на коленях сидел на винтовом табурете. Полковник окинул брезгливым взором кавардак, царивший в разворошенной лаборатории, прошёл к металлическому столу, смахнул на пол пробирки и шприцы и уселся на скрипнувшую под ним эмалированную столешницу.