Джек Вэнс - Глаза Чужого мира. (Сборник) Страница 94

«У тебя своих забот полон рот, — сказал он себе. — Не хватало лезть в чужие интриги. Да и Маргарет...»

На верхней площадке трапа стоял стюард в красной облегающей униформе. Из его уха торчал крошечный радиоприемник, а к гортани был прикреплен микрофон. У стюарда были широкие плечи, светлые волосы, изумрудно-зеленые глаза. Джо еще не встречал людей этой расы.

Он начинал волноваться. Возможно, протоиерей уже осведомлен о побеге и его не пустят на корабль.

Стюард с почтительным поклоном взял у него билет и, вернув, предложил пройти. Джо пересек площадку трапа и вошел в темную нишу воздушного шлюза. Там за переносным столом сидел контролер, такой же светловолосый, как и стюард, в таком же ярко-красном костюме, облегающем тело как вторая кожа. Еще на нем были красный колпак и эполеты. Он протянул Джо регистрационный журнал.

— Будьте любезны, поставьте подпись и отпечаток пальца. Исключительно на тот случай, если в полете вас постигнет несчастье.

Пока контролер проверял билет, Джо расписался и ткнул пальцем в квадратик.

— Первый класс, четырнадцатая каюта. Багаж, ваша милость?

— Я без багажа, — ответил Джо. — Надеюсь, на корабле есть лавка, где можно обзавестись бельем?

— Разумеется, ваша милость. А сейчас, будьте любезны, пройдите в каюту. Стюард вас проводит.

Джо опустил глаза на журнал. Как раз над его фамилией крупным, угловатым почерком было выведено: «друид Манаоло киа Белондьет». Еще выше — округлыми буквами: «Элнието Белондьет». «Записалась под именем жены», — отметил Джо, стиснув зубы.

Друиду предоставили двенадцатую каюту, Ильфейн — тринадцатую. Ничего странного — «Бельзаурон» был транспортно-пассажирским кораблем и, в отличие от комфортабельных лайнеров, особых удобств для пассажиров на нем не предусматривалось. Так называемые «каютами» на деле были клетушками с койками, выдвижными ящиками и крошечными ванными с откидным оборудованием.

— Прошу вас, господин Смит, — обратился к нему другой стюард, тоже в облегающей униформе, только синей с люминесцентным свечением.

«Чтобы тебя начали уважать, достаточно надеть на голову жестяную шляпу», — с горечью подумал Джо.

Шагая вслед за стюардом, он миновал трюм, где уже лежали в спальных мешках пассажиры третьего класса, и вышел в просторное помещение, служившее и салоном для отдыха пассажиров, и столовой. В стене напротив было два ряда дверей, верхние открывались на широкий балкон. Четырнадцатая каюта оказалась крайней справа в верхнем ряду.

Когда они проходили мимо тринадцатой каюты, дверь распахнулась и на балкон выскочил Манаоло. Он был бледен, глаза широко раскрыты. «Взбешен», — понял Джо. Отпихнув его плечом, друид скрылся в двенадцатой каюте.

Не схватись Джо за перила, он бы не устоял на ногах. Он медленно выпрямился. На миг его покинули все чувства и мысли, осталось только безграничное отвращение. Ничего подобного он не испытывал даже к Гарри Крису.

В дверях своей каюты стояла Ильфейн, уже сменившая синее платье на легкую белую тунику. Ее лицо было искажено гневом. Секунду Ильфейн и Джо глядели друг другу в глаза.

Отвращение в его сердце сменилось волнением, воодушевлением, восторгом. У девушки поползли вверх брови. Она приоткрыла рот, собираясь что-то сказать. «Узнала!» — встревожился Джо. — Не должна бы. Вряд ли она могла запомнить какого-то слугу, тем более, что на мне другая одежда...»

Она повернулась, шагнула в каюту и затворила дверь. Джо вошел в четырнадцатую каюту, и стюард помог ему застегнуть спальный мешок.

Открыв глаза, Джо произнес:

— Здесь нет того, что вы ищете. Хаблъят навел вас на ложный след.

Возившийся в углу каюты человек вздрогнул и застыл.

— Не оборачиваться! — велел Джо. — Вы на мушке.

Он попытался вылезти из мешка, но это оказалось непросто. Услышав за спиной шум, незванный гость воровато оглянулся, как призрак метнулся к двери и выскользнул из каюты.

— Эй! — громко крикнул Джо, но ответа не последовало. Выбравшись из мешка, он подбежал к двери и выглянул в коридор. Никого.

Джо затворил дверь. Спросонья он не сумел толком разглядеть гостя. Запомнились только фигура — приземистая, угловатая — и цвет кожи. Желтый. Словно под ней текла ярко-желтая кровь. Мэнг.

«Начинается, — вздохнул Джо. — Чертов Хаблъят, отвел мне роль заслонной лошади. Надо бы сообщить капитану — вряд ли он обрадуется, узнав, что на его корабле творится беззаконие.» Поразмыслив, Джо решил ничего не предпринимать. Собственно, не из-за чего устраивать шум — подумаешь, какой-то воришка забрался в его каюту. Вряд ли из-за такого пустяка капитан подвергнет пассажиров психодознанию.

Джо зевнул и потер лицо. Вот он и снова в космосе, и вскоре, возможно, полетит обратно. Если, конечно, Гарри не отправился еще дальше.

Он поднял щиток иллюминатора. Звезды плыли, кружились в хороводах, мерцали как пылинки в луче света. Знакомая картина. Джо опустил щиток. Надо принять ванну, одеться, поесть...

Он поглядел в зеркало. В глаза бросилась отросшая щетина. Бритвенный прибор лежал на стеклянной полке над откидной раковиной. А когда Джо впервые осматривал каюту, прибор висел на крюке, привинченном к переборке.

Джо отпрянул от умывальника. У него задрожали колени. Разумеется, гость приходил не для того, чтобы побриться. Джо увидел под ногами подстилку из медных колец. От нее к водопроводной трубе шел едва заметный медный проводок.

Он осторожно столкнул бритву в подставленный ботинок и отнес на койку. Рукоятка бритвы заканчивалась набалдашником, прихваченным металлической лентой. Это была деталь аккумулятора, накапливающего энергию, которую улавливал буферный экран корабля.

«Ну, спасибо, Хаблъят, — мрачно подумал Джо, — еще не раз придется вспомнить твою доброту.»

На его вызов пришла молодая женщина, светловолосая, как и другие члены экипажа. Короткое оранжевое с голубым платье было похоже на слой краски. Джо завернул бритву в наволочку и попросил:

— Отнестите, пожалуйста, эту штуку к электрику, пусть он ее разрядит. Она очень опасна, поэтому не прикасайтесь к ней сами и другим не давайте. И еще. Вы бы не могли принести мне другую бритву?

— Да, господин. — Женщина вышла.

Приняв все-таки ванну, Джо побрился, оделся в лучшее из своего скудного гардероба и вышел на балкон.

Внизу, ведя непринужденную беседу, сидели в креслах пятеро пассажиров.

Некоторое время Джо стоял, наблюдая за ними. «Существа космического века, — думал он. — Странные, неестественные создания, столь велеречивые и жеманные, что общение друг с другом для них не более чем способ оттачивать манеры. Насквозь фальшивых, их изумляют чужая искренность и непосредственность.»