Сергей Щепетов - Прайд Саблезуба Страница 95

– Ловко ты его, – одобрил Кижуч. – А обратно собрать сможешь?

– Зачем это?! – растерялся Семен.

– Ну, как же: раз уж принес, на дрова бы сгодилось. Если одним концом в костер положить, а потом подпихивать, оно бы долго горело.

– Что-то ты, Семхон, какой-то невежливый стал, – заметил Медведь. – Вождь тебя спрашивает, как с этой штукой обращаться, а ты ею тут перед нами палки ломаешь. Наколдовал хорошую вещь, так объясни, как ею пользоваться – замечательное ведь украшение!

– Это не украшение! – озлился Семен и обратился к охотникам, сидящим в первом ряду на туше оленя: – Вставайте, ребята! И голову за рога поднимите – чтобы все видели!

В предыдущей жизни Семену несколько раз приходилось отрубать головы убитым животным. Правда, делалось это не на весу, так что теперь он немного волновался. Однако все получилось – туша плюхнулась на землю, а голова осталась в руках у охотника. Он покрутил ее, изумленно глядя то на срез, то на окровавленное блестящее лезвие в чужих руках, а потом стал ждать реакции начальства. Оно подошло и встало возле обезглавленной туши. Кижуч взял оленью голову, посмотрел на срез, показал остальным.

– Страшное дело, – потрясенно прошептал вождь.

– Дай-ка сюда! – буркнул Медведь.

Семен отдал топор. Старейшина некоторое время покачивал его в руках, как бы примериваясь. Окружающие подались в стороны…

Удар рассек олений бок на добрых полметра. Перерубленные ребра разошлись, стали видны внутренности. Медведь осмотрел рану, потом обвел взглядом людей, толпящихся вокруг, и вдруг заорал на Семена:

– Что же ты раньше молчал?! А мы тут, понимаешь, дубинами машем!

«Милитарист чертов!» – мысленно ругнулся Семен и гордо сказал вслух:

– Раньше материала не было! Так как насчет перехода в железный век?

Вождь посмотрел на изувеченную тушу, на притихшую толпу, вздохнул и сказал:

– Пошли!

Народ ответил смехом и криками. Поскольку шумели все, ничего не понявший питекантроп громко и радостно поддержал компанию:

– Ом-ом та Се-ха! – Мы вместе, Семхон!

Человеческие дети на его плечах завизжали еще громче, откуда-то издалека донесся трубный рев Вари – кажется, она тоже была согласна.