Игорь Чужин - Странник. Трилогия Страница 138

— И темные начтут охоту за нами по всему Геону. Сто пятьдесят лет назад я уже сделал такую глупость, не отдал положенное им по договору, и они заслали на Тарон двух смертников с отравой. Тогда погибло триста двадцать шесть гвельфов и сто шестнадцать темных. Ты снова хочешь устроить резню?

— В домах могут начаться волнения, так и до междоусобицы недалеко.

— Анхель, срочно собирай большой совет домов, я выступлю на нем и постараюсь утрясти ситуацию. Нам только переворота не хватало.

Неожиданно распахнулась дверь, и в кабинет вбежал секретарь Алакдара.

— Что случилось, Элинир?

— Высокородный, прискакал гонец из Илирии, у него срочное сообщение, буквально рвется к вам.

— Впусти.

В зал вошел молодой гвельф в пыльной одежде и молча передал Анхелю пакет. Князь взломал восковую печать и впился глазами в документ. Закончив читать послание, он бросил бумагу на стол и тихо произнес:

— Мы опоздали, отец. Селия сбежала со всем запасом эликсира жизни, а то, что не смогла унести, испорчено. В ее покоях нашли флакон с остатками эльфийской пыли, наша семья объявлена вне закона, я низложен. Совет домов приказал нам оставаться в замке Эрмор, сюда идет илирийская гвардия. Что будем делать, отец?

Глава 1

ИЗ ОГНЯ ДА В ПОЛЫМЯ

Тузик жалобно заскулил, и я окончательно проснулся.

Уйти в транс и просканировать окружающее пространство мне не удалось: из утреннего тумана вынырнул нос корабля и со скрежетом выполз на берег, за ним показался второй корабль, а потом третий. С кораблей как горох посыпались воины и начали строиться на пляже, готовясь к бою. Десант высадился в трехстах метрах левее дракаров, и наш лагерь оказался как раз между десантом и кораблями.

— Имперцы! — прошептал на ухо Арчер, вынырнувший из тумана за спиной.

«Только имперцев мне здесь не хватало, — подумал я, подтягивая к себе метатель. — Этих уродов человек триста против нашей полусотни».

По большому счету нужно открывать огонь из метателя, пока имперцы не обнаружили засаду. Но это стопроцентная война с империей, которая в данный момент может закончиться для нас только братской могилой. Хочешь не хочешь, но нужно идти на переговоры.

— Арчер, бери метатель и скрытно займи позицию вон за теми камнями, главное, постарайся стрелять вдоль пляжа, чтобы не пожечь корабли, они нам еще пригодятся. Я сейчас пойду на переговоры и попробую закончить дело миром, не думаю, что у них есть приказ начинать войну с Танолом. Маркус, без меня берешь на себя командование. Не раскрывай позицию отряда, и сидите тихо, пока я не дам команду. Курт, бери второй метатель, будешь меня прикрывать, только не начните стрелять с перепугу. Если что, я махну рукой.

Мы с Куртом, прикрываясь туманом, перебежали по ложбине ближе к кораблям имперцев, и я, указав Курту его позицию, вышел на пляж. Имперцы сразу на меня внимания не обратили и продолжали строиться в боевую колонну. Мне пришлось окликнуть одного из офицеров и потребовать, чтобы меня отвели к командиру. Меня тут же обступили четверо воинов и попытались разоружить. Я сделал зверскую рожу и схватился за меч:

— Я Ингар, князь кланов «Зорг» и «Желтая змея», если вы хотите умереть прямо сейчас, то можете попытаться отобрать у меня меч. Офицер, у тебя есть полномочия начинать войну с хуманами? Если нет, то веди к своему командиру.

Офицер опешил от такой наглости, но решил не обострять ситуацию и отдал приказ меня не трогать. В голове крутилась только одна мысль: главное, чтобы Арчер и Курт не начали стрелять, увидев эту разборку. Меня отвели под конвоем в глубину строя имперцев к стоящему возле корабля офицеру в позолоченных доспехах. Рядом с ним расположились два молодых мага с полевым метателем на треноге.

— Кто такой?

— Я Ингар, князь кланов «Зорг» и «Желтая змея».

Офицер заинтересованно посмотрел на меня и задал ожидаемый мною вопрос:

— А что случилось с князем Сигурдом?

— Князь Сигурд умер, кланы избрали князем меня.

— Что явилось причиной смерти Великого князя Танола?

— Причиной смерти Сигурда стал мой меч, я зарубил его в поединке чести по законам хуманов.

Я старался вести себя как можно наглее, чтобы не дать имперцу спокойно соображать и напустить как можно больше тумана на сложившуюся ситуацию. Но все мои понты на офицера не подействовали. По всей видимости, у него были четкие указания или заранее продуманные решения для любых раскладов на Теребе. Скучающий вид имперца красноречиво говорил, что ему по барабану разборки среди хуманов.

— Юноша, мне плевать на то, что ты князь в каком-то племени дикарей. Я центурион Меранской империи, а тебя наверняка в детстве уронили головкой на мостовую, если ты решил разговаривать со мной подобным тоном. Линий, — обратился центурион к офицеру охраны, — свяжи эту лысую обезьяну и посади под замок, и поосторожнее с ней, а то она, наверное, кусается.

Хохот, раздавшийся после шутки имперца, расслабил охрану и дал мне несколько мгновений на анализ ситуации. Но дураков жизнь учит всю жизнь, а толку никакого, так и я, вместо того чтобы сразу рвать когти, снова начал трепаться:

— Центурион, а у тебя есть полномочия начинать войну с Танолом?

— Хуман, ты полный идиот? Война уже идет, войска империи высадились на Таноле и добивают последние очаги сопротивления. Мы здесь, чтобы дорезать последних, как ты, придурков.

Удар сапогом под зад сбил меня с ног, и я едва не пропахал мордой песок. Единственным плюсом было то, что от падения включилась защита кольчуги и попытка успокоить меня ударом по голове не удалась. Меч, плашмя опускавшийся на мой затылок, соскользнул по защите кольчуги в сторону. Адреналин едва не потек из ушей, настолько меня разозлили полученный пендель и собственная глупость. Не успел я заделаться Великим князем Танола, как сразу был коронован пинком под задницу.

«Хрен вы, хлопцы, угадали! Пусть я князь липовый и полководец из меня как из говна пуля, но ножиком помахать я сумею!» — буквально гремело в голове.

Звуки вокруг зазвучали басами, и воздух стал тягучим, как кисель. Вместе с погружением в транс пришло спокойствие. Хватит строить великие планы языком, пора действовать. Меч сам скользнул в руку, и офицер, давший мне пинка, мгновенно оказался короче на отрубленные по колено ноги. Подниматься с земли я не стал, а просто перекатился поближе к магам, стоящим возле метателя. Правда, стояли они недолго, два взмаха — и рядом со мной упали визжащие обрубки, но визжали они басом. Через мгновение метатель оказался у меня под мышкой, и я улепетывал с поля боя, уворачиваясь, как регбист, от попыток захвата. Мне удалось за несколько секунд оторваться от преследователей метров на тридцать, и настало время пускать в ход трофейный метатель. Первый выстрел оказался неточным, и файербол, зацепив камень, ударил в землю, лишь окатив преследователей раскаленным песком. Вторая попытка получилась намного удачнее: огненный шар врезался в строй охраны, окружившей центуриона.

«Побегайте, ребята, бег полезен для здоровья», — зло подумал я, глядя на разбегающиеся факелы.

В этот момент выстрелил Арчер, файербол крепостного метателя снес весь левый фланг имперцев, и пляж покрылся горящими кусками человеческих тел. Уши заложило от грохота, меня сбило на землю взрывной волной и окатило жаром.

— Снайпер косорукий! — выругался я, уползая на карачках за ближайший камень.

На мое счастье, Арчер больше не стрелял, и я отделался только прожженными штанами и мелкими ожогами. Из замешательства меня вывели новые хлопки выстрелов, на этот раз огонь открыл Курт. Я высунулся из-за камня и увидел, как взрывы файерболов разносят на куски тела солдат, пытавшихся построиться для отражения предполагаемой атаки. Курт стрелял не спеша, выцеливая только группы, в которых не меньше десятка бойцов. В мою сторону бежала толпа хорошо прожаренных имперцев, пытающихся спастись от смерти.

— Это куда вы, козлы, собрались? — заорал я по-русски. — Назад, в стойло!

Шары файерболов вырывались из ствола моего метателя и огненным смерчем сметали все на своем пути, но толпу уже ничто не могло остановить. На очередное нажатие на спуск метатель ответил сухим щелчком, сигнализирующим об окончании боезапаса, и я, отбросив его, как бесполезный мусор, снова взялся за меч. Толпа захлестнула меня, как водоворот, кругом звериный вой, звон оружия, фонтаны крови из отрубленных конечностей и распоротых тел. Я превратился в зверя, тело не реагировало на приказы мозга, оно управлялось только древними инстинктами, решая лишь две задачи: убивать и выжить. Голос пропал от непрерывного крика, из груди вырывался только булькающий хрип. Я рубил мечом, парировал удары, падал на землю и снова вскакивал. Сражалось все мое тело, я бил головой, локтями, коленями, получал удары и снова рубил, рубил и рубил. Неожиданно противники закончились, и только вой за спиной говорил о том, что кому-то удалось прорваться.