Мастер драгоценных артефактов - Александр Майерс Страница 14

Я продолжил играть свою роль. С наивностью деревенского дурачка приподнял арбалет и сказал:

— Да я тут, это… тренировался. Стрелял в мишень, смотрю — промазал, кто-то вскрикнул на улице, и… три падения. Странно.

Люди смотрели на меня с непониманием. Ильдар подошёл к окну и посмотрел вниз.

— Разбойники, мать их… Но как это так, одним болтом троих? — изумился он.

— Ну, видимо, одного убил, а он других зацепил, вот и разбились, — развёл я руками. — Всё-таки высоко здесь.

— М-да, наверное, — неуверенно согласился Ильдар.

— Блин, — добавил я с наигранным расстройством. — Я же с двух метров стрелял! Как я мог промазать?

— Ох, да ваша плохая меткость вам сегодня жизнь спасла, кажется!

— Что ж, — вздохнул я. — Приказываю: всё имущество, оружие, что у них там есть — забрать. А с телами… разберитесь. Что вы с ними обычно делаете, хороните?

— Обычно мы их в Тёмную яму скидываем, — пояснил один из гвардейцев.

Память услужливо подсказала образ этой ямы — глубокий провал где-то по дороге к шахтам. Туда сбрасывали всё — от объедков до трупов. Инсектоиды, жившие в глубине, с радостью этим питались.

— Нет, — покачал я головой. — Лучше в лес отнесите. Пусть хоть звери поедят нормально. Надеюсь, не отравятся этими подонками.

Люди, немного удивлённые, подчинились. Я ждал, пока усадьба успокоится и погрузится в сон.

Когда стало тихо, я приступил к действию. Взял один маленький чёрный камень — турмалин, свой зачарованный меч, арбалет и старый рюкзак.

Тихо открыл окно, закрепил верёвку и бесшумно спустился в ночь. «Кошачьи глаза» превращали тьму в сумеречный зелёный мир.

Я двинулся в сторону леса, туда, куда унесли тела. Пришёл и не поверил собственной удаче: на опушке стоял молодой олень. Подарок судьбы!

Я прицелился из арбалета и выпустил болт. Точное попадание, прямо в висок. Зверь рухнул, не издав ни звука.

Затем я подошёл к трупам разбойников. Хорошо, что мои ребята не стали их раздевать. Хотя и поживиться здесь особо было нечем: вместо поясов верёвки, а вместо ботинок — обмотки какие-то.

Барс, похоже, пожалел людей и отправил по мою душу каких-то отщепенцев. Обидно, между прочим.

Придирчиво осмотрев тела, я выбрал самого мелкого из них. Достал турмалин и силой воли активировал камень. Потом запихнул его в рот мелкого.

— Надеюсь, в этом мире нет какой-нибудь инквизиции, которая против некромантов, — пробормотал я, приступая к ритуалу. — Сейчас это вынужденная мера.

Приложил ладонь ко лбу мертвеца и создал заклинание-активатор. Это было не настоящее воскрешение, не создание полноценной нежити. Слишком много сил требовало бы такое. Скорее, нечто вроде кратковременного оживления тканей, создания марионетки на остатках нервной системы и мышечной памяти.

Труп задёргался. Из глаз и рта потянулся чёрный дымок. Через минутку разбойник замер, а потом медленно поднялся на ноги. Глаза были мутными и пустыми.

— Всё равно ты уже не тот человек, — констатировал я. — Ты что-то совсем другое. Но память должна остаться.

Я посмотрел ему в глаза и приказал:

— Идёшь в тот лагерь, где ты обитал. Ты же в лагере обитал?

Разбойник медленно кивнул.

— Понятно. Значит, не случайный гость ко мне в спальню хотел забраться. Хорошо. Топай в лагерь, и я хочу, чтобы ты там что-то ценное достал.

Я сосредоточился, создавая в уме мыслеобраз и переводя его в магический импульс. В воздухе между моим лбом и головой мертвеца вспыхнула и заплясала маленькая сфера. В ней была заключена информация.

Сфера погрузилась в лоб ожившего мертвеца, и он промычал что-то утвердительное. Мол, понял.

— Вот что я считаю ценным. Собери сюда, — я сунул ему в руки рюкзак. — Втихаря, чтобы никто не заметил. Ты там в любом случае свой. Ранений на тебе не видно. Но лучше, чтобы тебя лучше никто не заметил. Бери меньше, не жадничай. И вон под тем дубом, — я указал на большое дерево в сотне метров от усадьбы, — всё сложишь.

Мертвец снова кивнул, развернулся и зашаркал прочь, скрывшись в темноте леса.

— Зашибись, — выдохнул я, глядя ему вслед.

Конечно, можно было дать приказ напасть, убить, разорвать. Но зачем? Нас самих голод победит быстрее, чем эти разбойники. А так — тихая, почти бесплатная доставка ресурсов.

Перевоспитывать я никого не собираюсь. Если человек встал на преступную дорожку — это его выбор. Я никому нотации не читал и читать не буду.

Второй шанс тоже никому давать не собираюсь. Да и в этом мире, судя по всему, никто вторые шансы не раздаёт.

Выживает тот, кто действует быстро, жёстко и без сантиментов.

Что ж, я всегда быстро учился.

Я вернулся в свою комнату, чувствуя усталость во всём теле. Несколько часов сна — и я снова был на ногах.

Взяв арбалет, я вышел на утреннюю прогулку, делая вид, что просто разминаюсь. Нужно было проверить, на месте ли моя добыча.

Олень лежал там же, где и упал, не тронутый хищниками. Отлично.

Когда я вернулся в усадьбу, её обитатели уже проснулись и занимались своими делами. Я остановился посреди двора и громко, с наигранной небрежностью, объявил:

— Кажется, я там оленя убил. Что теперь с ним делать?

На меня уставились с непониманием. Первым нашёлся Ильдар:

— В смысле? Вы где вообще были, ваша милость?

— Ну, я подумал, что по деревянным мишеням стрелять — неинтересно, — объяснил я, разыгрывая лёгкое смущение. — Надо пойти по живым мишеням поупражняться. Вот, смотрю, олень стоит, я и выстрелил.

Слуги и гвардейцы, всё ещё не веря своим ушам, пошли со мной к опушке. Увидели оленя, лежащего неподалёку от того места, куда сбросили трупы двух разбойников.

— Оленина! Наконец-то нормально поедим! — воскликнул кто-то.

— А где ещё один труп? — озадаченно спросил один из гвардейцев, оглядываясь.

— Не знаю, — чистосердечно развёл я руками. — Может, звери утащили.

Но олень затмил все остальные вопросы. По людям было видно — они уже предвкушали хороший обед. У кого-то даже в животе заурчало. Ильдар, однако, тут же охладил их пыл, сурово сказав:

— Вы на добычу графа рот не разевайте. Своё подстрелите, если сможете.

— Да ничего, поделим на всех, — великодушно сказал я. — Один я его всё равно не осилю.

А в мыслях добавил: «Да конечно бы и один съел, аж за ушами бы