Лекарь из другого мира - Рина Вергина Страница 16

— О чем ты говоришь? Совсем ум потеряла?

— Я знаю, о чем она мечтает, матушка, — тихим и заискивающим голоском проговорила Эмилия.

— Что знаешь? — прошипела баронесса.

— Подождите, матушка… я сейчас покажу вам кое-что…

Эмилия с торжествующим видом вышла из комнаты. Я настороженно посмотрела ей в след. В душе зашевелились нехорошие предчувствия.

Эмилия быстро вернулась. Судя по раскрасневшимся щекам, бежала, чтобы быстро исполнить задуманное. Но в гостиную вошла степенно, держа в руках свернутый лист бумаги.

— Отдай! — тут же потребовала я, — какое ты имела право шарить в моей комнате?

— И не подумаю. А матушка должна знать, что ты задумала!

Эмилия проворно вручила лист баронессе, и та тут же развернула и начала читать.

— Рекомендательное письмо… в лекарскую школу! Что за блажь?

— Это не блажь, а моя жизнь. Прошу отдать мне его обратно, — я протянула руку.

— И не подумаю! — рявкнула баронесса, и я вздрогнула. — Я запрещаю тебе даже думать об этой лекарской школе! Ты выйдешь замуж за Фредерика, как только он вернется, и будешь вести себя достойно! А это… — она скомкала письмо в руке и бросила его в полыхающий в камине огонь, — …это просто глупая блажь, которую ты должна забыть!

19

Внутри меня трясло от злости, хотя внешне я напоминала ледяную статую. Рациональный ум взрослой Маргариты Робертовны взял вверх над эмоциями молоденькой Марики. Хотя до безумия хотелось наорать. Топнуть ногой. Заплакать в конце концов.

Как можно так бездумно распоряжаться моей жизнью. Это письмо от доктора много для меня значило. А сейчас оно догорало в камине, превращаясь в пепел.

Зато баронесса заметно успокоилась и как ни в чем не бывало заняла свое место за столом. Стала неспеша пить чай и хрустеть золотистым печеньем.

Эмилия смерила меня злым взглядом.

— Зачем? — тихо спросила я.

— Ты не достойна Фредерика, — процедила она. — Но он любит тебя. Я не позволю тебе сделать ему больно. Жаль, что он выбрал не меня. Я бы никогда так с ним не поступила.

— Возможно, еще не все потеряно, — произнесла я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри все клокотало. — Когда Фредерик вернется, может быть, он увидит, что ты — та, кто ему нужен.

Лицо Эмилии исказилось от ярости.

— Издеваешься! — взвизгнула она. — Я ненавижу тебя! Сначала ты забрала его, а теперь так легко отдаешь! Права была его мать, когда говорила, что ты распутная! Наверняка променяла его на какого-нибудь солдата, когда работала в госпитале! А теперь боишься пройти осмотр перед свадьбой. Пусть Фредерик вернется и узнает, какая ты на самом деле… — Эмилия задохнулась, подбирая слово, — профурсетка!

Я стиснула зубы, уговаривая себя, что я взрослая женщина, а Эмилия глупая влюбленная девчонка. И обижаться на ее слова и действия нет смысла.

— В госпитале я помогала людям. И хочу посвятить этому жизнь. И то, что вы уничтожили мое письмо не отменит этого решения.

Я вышла из комнаты. В дверях столкнулась с бароном.

— Марика, дочка. Что у вас за шум? Случилось что?

— Ничего… отец. Просто я сообщила матушке и сестрам, что уезжаю. Вы вполне здоровы, так что мне здесь больше делать нечего!

Я быстро поднялась в свою комнату и закрыла за собой дверь. Села на кровать, подперев голову руками.

Что мне остается? Возвратиться в госпиталь и просить у доктора еще одно рекомендательное письмо. Да. Так будет лучше всего. А с Фредериком можно будет связаться и все ему объяснить. Написать и тактично разорвать помолвку.

В дверь тихонько поскреблись и жалобно зазвенел голосок Берты.

— Мар… впусти меня…

Я открыла дверь, и Берта сразу кинулась ко мне и обхватила руками за талию. Прижалась всем тельцем.

— Не уезжай. Пожалуйста.

— Берта, ну что ты…

Я с трудом оторвала ее от себя. Присела, заглядывая в глаза.

— Я должна… понимаешь? Я хочу стать лекарем. Открою больницу. А ты подрастешь и будешь помогать мне. Хочешь, я научу тебя делать уколы? И покажу, как нужно бинтовать раны.

Берта замотала головой.

— Останься хоть еще немного. Я так ждала тебя. Эмилия совсем не обращает на меня внимания. А матушка хочет отправить в монастырскую школу. Пожалуйста, Мар…

Берта всхлипнула, а у меня сжалось сердце от жалости. Берта такая маленькая и одинокая. Худенькая, со смешной тощей косичкой и личиком, на котором золотятся веснушки.

Я могу задержаться на несколько дней. Написать письмо в госпиталь и попросить доктора повторно выслать мне рекомендацию.

Что изменит несколько дней?

— Что там баронесса? — вздохнув, спросила я.

— Грозится запереть тебя. А папенька встал на твою защиту. Сказал, что ты просто отвыкла от дома. Мар… ты правда больше не любишь Фредерика?

— Берта, — я взяла ее маленькие ручки в свои, — Фредерик… он хороший человек. Но я… я хочу другого. Я хочу помогать людям. Я хочу стать лекарем.

— Но у тебя теперь нет письма…

— Я попрошу прислать доктора новое. Ты поможешь мне?

Берта серьезно кивнула. Мы сели за стол, и я быстро написала письмо в госпиталь. Осталось придумать как его отправить. Берта сказала, что можно отдать его нашему конюху. Тот часто выбирается в город с поручениями. И за мелкую монетку доставит письмо на почту.

Я достала из кошелька монетку, и Берта просияла от того, что я доверила ей важное поручение.

— Я сейчас отнесу его Полю. Он добрый и никогда не скажет маменьке. А потом ты почитаешь мне?

— Почитаю… беги. Только осторожно.

Следующие несколько дней прошли вполне спокойно. Баронесса не теряла надежды ждала приглашение на чай от баронессы Кранберг. А я ждала ответа на свое письмо.

Все свободное время я проводила с Бертой. Девочка оказалась очень умненькой и разговорчивой. От нее я многое узнала о жизни своего семейства. О том, что барон раньше был состоятельным человеком, но проиграл в карты большую часть своего состояния. Последующий после этого неурожайный год поставил имение на грань разорения. А теперь баронесса всеми силами пыталась вернуть былое величие Файнштейнов.

Через неделю мы обе получили письма.

Баронесса, словно предвкушая триумф, за обедом торжественно зачитала свое вслух, с придыханием произнося каждое слово:

«Баронесса Файнштейн и ее дочери приглашаются на чаепитие в дом к баронессе Кранберг в среду, в три часа пополудни».

Она бросила на меня победоносный взгляд, словно говоря: "Видишь? Все идет по плану."

Свое я прочитала тайком, лишь заперев дверь в свою комнату.

Я развернула пожелтевший лист и дрожащими руками прочитала:

«Доктор Леруа не может ответить на вашу просьбу. На данный момент он покинул госпиталь и