Полубояринов 3 - Александр Евгеньевич Сухов Страница 2

и личный секретарь без вести пропавшего графа, почтенного вида старик, представившийся Забиякиным Виктором Павловичем. А вот третьей встречающей оказалась дама, да еще какая. При виде роскошной красавицы даже у убежденного холостяка Варламова ретиво̀е забилось активнее нежели на конных бегах во время успешного забега фаворита. Его буквально обожгло синее пламя бездонных глаз Изольды Исааковны. Тут же в голове возник рой видений, о которых в приличном обществе упоминать не стоит. Пришлось ему основательно потрясти головой, дабы вернуться в реальный мир.

Гостей усадили за стол и предложили чай, кофе или «что покрепче» на выбор. От угощения Антон Вячеславович отказался – уж очень ему хотелось побыстрее покончить со всеми формальностями и наконец-то приступить к своим служебным обязанностям. Что же касательно Ивана, парень от чая не отказался, ибо присутствовал на встрече в качестве статиста.

- Добрый день, уважаемые дама и господа! Имею честь представиться, коллежский советник барон Антон Вячеславович Варламов, - оно, конечно, «барона» можно было бы опустить, но отчего бы не подчеркнуть собственную значимость, особливо перед эдакой-то кралей, - в связи с трагической гибелью графа Коринфского-Полубояринова, я назначен управляющим всем его движимым и недвижимым имуществом. Надеюсь, вы получали уведомление о моем приезде от секретариата Коллегии по управлению государственным имуществом. – Последняя фраза не являлась вопросом, была, скорее, утверждением.

Барон ожидал, что ему ответит управляющий поместьем, но, неожиданно, заговорила госпожа Беримец:

- Ну как же не получали, ваше высокоблагородие, получили и отправили официальный ответ в секретариат Коллегии по управлению государственным имуществом Российской Империи. И хочу вам признаться, ваш приезд для нас полная неожиданность.

- Как это полная неожиданность?! – Удивленно выпучил глаза чиновник. Он залез в портфель и достал оттуда уже знакомую нам папку, из которой извлек постановление об отчуждении имущества рода Коринфских-Полубояриновых в государственную казну Российской Империи.

Ознакомившись с содержанием документа, Изольда Исааковна перевела взгляд своих искристых глаз на самодовольно ухмыляющегося барона и улыбнулась, будто любящая мать своему несмышленому шаловливому дитятке.

- Обратите внимание, господин Варламов, - она поднесла к носу чиновника лист и указала пальчиком, вот тут написано: «В связи со смертью Александра Николаевича Коринфского-Полубояринова… ну и так далее». Так вот, мы со своей стороны считаем, что смерть графа не является фактом доказанным. Более того…

На что поднаторевший в подобных делах чиновник тут же перехватил инициативу.

- Так оно и есть, уважаемая Изольда Исааковна, не извольте сомневаться. – После этих слов Антон Вячеславович занудно-официальным тоном стал цитировать как по писанному: - В соответствии законам Российской Империи, смерть пропавшего без вести человека считается доказанной по истечении полугода с момента его пропажи. После чего устанавливается личность законного наследника. При отсутствии такового, всё его движимое и недвижимое имущество, а также денежные средства на банковских счетах переходят в собственность государства. В данном случае нам придется поступить по второму варианту.

- То, что вы меня прервали, господин барон, не делает вам чести, ни как мужчине, ни как аристократу. – Несмотря на то, что госпожа Беримец была внешне спокойно, по синим молниям в её глазах было несложно догадаться, какая буря бушует в глубине души этой дамы. Сидевшие за столом мужчины были вполне солидарны с ней, о чем свидетельствовали их недовольные лица. Определенно, эту женщину здесь уважают не только за редкую красоту, но за тонкий ум и еще за более редкое умение осаживать разного рода непочтительных наглецов. После краткой выволочки невоспитанного чиновника, она продолжила: - Смею, уважаемый представитель Коллегии по управлению государственным имуществом, вас разочаровать. Александр Николаевич на данный момент жив и находится в полном здравии. Просто наш господин временно отсутствует, что законами Российской Империи не возбраняется…

- Но…

- Никаких «но»! Да будет вам известно, все присутствующие в этой комнате, а также еще десятка три подданных графа Коринфского-Полубояринова в свое время принесли ему клятву «на крови». Надеюсь, вы имеете представление, что это такое. И смею вас уведомить, каждый из нас до сих пор чувствует невидимую, но нерушимую связь с нашим господином. На этом основании, все мы утверждаем, что граф жив. Кстати, как я вам уже говорила, данная информация, официально заверенная жрецом здешнего храма Всех Богов, вот уже неделю как была направлена в ваше ведомство. Поэтому ваше появление в Коринфино, господин барон, стало для нас полной неожиданностью.

Уверенный тон госпожи Беримец, но, главное, смысл её слов на какое-то время повергли чиновника в полный ступор. Что же получается, он зря тащился в этот медвежий угол? Нет, сдаваться нельзя, на кону половина триллиона, и часть этих денег должна принадлежать ему и только ему.

- А чем докажете?

Столь детский вопрос ни на миг не смутил госпожу Беримец.

- Антон Вячеславович, в поместье имеется алтарь богини Марены. Можем обратиться к ней за подтверждением. Но если вас это не устраивает, неподалеку отсюда имеется храм Всех Богов. Там вы сможете получить подтверждение моих слов непосредственно у своего небесного покровителя.

Сомневаться в словах женщины у Варламова не было причин, но, как говорится, утопающий хватается за соломинку. И этой «соломинкой» чиновник не пренебрег.

Вооружившись зонтами, все находящиеся в комнате переговоров лица тут же проследовали к означенному месту. Барон подошел к алтарю Саваофа (он же Адонай, он же Элохим, он же Ха-Шем и так далее) и, возложив на отшлифованную поверхность камня серебряную монету достоинством рубль, испросил подтверждения слов Изольды Исааковны. Долго ждать ему не пришлось. Небесный покровитель тут же откликнулся на его просьбу. После того, как монета исчезла в не очень яркой вспышке света, божественная сущность вторглась в его сознание в знакомом образе улыбчивого бородатого старичка с нимбом на голове.

- Таки сомневаешься? Правильно делаешь, поскольку на слово никому верить нельзя. Вот только в этом случае, имею тебя разочаровать, дорогой мой Тоша. Беримец права в своем утверждении. Граф жив-здоров. Ничего более конкретного о нем сообщить не могу ибо парень недосягаем для богов. Но факт остается фактом. Так что, тебе придется умерить свои аппетиты и возвращаться в столицу, как здесь говорят, не солоно хлебавши. А за свою нынешнюю поездку и вспыхнувшую надежду благодари Эльвиру Егоровну Никольскую из отдела писем. – И, одарив Антона Вячеславовича скептическим взглядом, добавил: - А вот нечего было обольщать девицу напрасными обещаниями вечной любви. Вот она письмецо-то из Коринфино и попридержала. Прекрасная, на мой взгляд месть униженной и оскорбленной тобой женщины. Ты уже, смотрю, губу раскатал на миллиарды Коринфского-Полубояринова. Таки закатай обратно и возвращайся в