Хозяюшка Покровской крепости. Книга 2 - Талия Осова Страница 28

Мы проговорили с Варфоломеем Ивановичем почти три часа. Затронули много важных тем и решили несколько вопросов. Ближе к обеду вернулся Сил Капитонович из гарнизона и заявил, что после обеда нас ждут для знакомства и беседы.

Наш путь пролегал прямиком в кремль. Варфоломей Иванович предложил для поездки свою городскую бричку, которая была более манёвренной. Однако нам всё равно пришлось оставлять свой транспорт в определённом месте у крепостной стены, а дальше следовать до интендантского корпуса пешком через весь плац.

Больше всего меня поразила не архитектура внутри крепости с разными зданиями и башнями, а полностью вымощенная аккуратным булыжником территория. Снега и сугробов внутри совсем не было, всё выметено под метёлку.

«Это же сколько солдатикам пришлось приложить труда, чтобы всё здесь прибрать от снега?! А может к уборке привлекают каторжан? Их не жалко загружать тяжёлой физической работой. Это у нас в Покровской казачкам всё приходится делать самим, правда и площади у нас гораздо меньше», - крутилось в голове, когда мы двигались к небольшому зданию, расположенному чуть в стороне от остальных.

Пётр Васильевич Лагутин, интендант Тобольского гарнизона, принял нас ровно в назначенное время. Мы поднялись на второй этаж каменного здания, которое снизу практически не имело окон, зато в торце расположились массивные кованые ворота с обеих сторон. Предположила, что это сделано для удобства разгрузки с подвод. Наверняка первый этаж занят складами.

- Проходите, Пётр Васильевич вас ждёт, - открыл перед нами двери дежурный.

Нас встретил пожилой мужчина с военной выправкой лет шестидесяти. Чёрные волнистые волосы давно проредила седина. Борода коротко острижена и хорошенько прочесана волосок к волоску. Смуглое лицо испещрено глубокими морщинами особенно сильно на лбу и вокруг тёмно-карих глаз. Прямой нос с небольшой горбинкой придавал внешности некой хищности.

Тёмно-зелёный китель с золотыми погонами не скрывал широких плеч и развитой мускулатуры рук, а даже подчёркивал их. Его форма значительно отличалась от той, что носили в Покровской крепости. Оно и понятно, наш гарнизон был представлен казаками, а здесь собралось гораздо больше видов войск под управление генерал-майора.

Из «Ведомости» мне было уже кое-что известно о преобразованиях в армии. Раньше управление крепостями и острогами было сосредоточено в руках воевод, но после военной реформы Петра I многое изменили. Постепенно вокруг военных гарнизонов появлялись небольшие поселения и города. Возникла необходимость разделить власть на военную и административную. Приказные избы постепенно были переведены в статус канцелярий, а уезды в более крупные административные территории - губернии. На самом деле изменений было очень много, но не все из них дошли до Сибири настолько быстро, как было запланировано.

«Не ведает царь, что делает псарь, - вдруг вспомнилась народная мудрость. - Разрыв между верховной властью и её исполнением на местах слишком велик в любой реальности и времени. А на местах ещё и часто всё настолько извратят, что даже самая хорошая задумка идёт только во вред людям».

В нашей крепости такой службы не было. Всю интендантскую функцию выполняли Аким Шило и Макар Лукич Крашенинников. На самом деле это очень тяжелая работа. Каждый служивый гарнизона стоял на довольствии и получал причитаемое по рангу. Интендантская служба Тобольской крепости включает самую настоящую систему учреждений и органов, отвечающих за материальное обеспечение армии, включая снабжение оружием, боеприпасами, продовольствием, обмундированием и другими видами довольствия. В более широком смысле, это тыловое обеспечение и военная логистика. Они же распределяют всё по более мелким крепостям и острогам, который закреплены за этой службой. Когда все они работают слажено, то и обозы приходят в назначенное место вовремя и без потерь. За все годы моей жизни в Покровской крепости обоз ещё ни разу вовремя не прибыл, но виноватого в этом найти было очень хлопотно, да и не брался за это никто.

- Отставить! Вольно, - предостерёг Сила Капитоновича от громогласного приветствия хозяин кабинета. - Проходите и усаживайтесь ближе к столу. Давайте знакомиться.

- Рядовой, Гуска Сил Капитонович и Мария Богдановна Камышина, - представил нас служивый. - Командирован для организации обучения огородному и хозяйскому делу В Тобольский гарнизон, - немного смутился от собственного чётко поставленного голоса. - Только наша Мария Богдановна поболее меня всё знает. Это она у нас всё огородное дело при крепости наладила, а мы на подхвате у неё были, - добавил уже с более мягкими нотками в голосе, будто бы оправдывался за что-то.

- Значит Мария Богдановна, - задумался лишь ненадолго. - Тогда мы вот как поступим. Где вы остановились?

- У купца Гуреева. Наш комендант снарядил свою приёмную дочь к нему на постой, а потом в женскую школу для поступления, - отчитался Сил Капитонович.

- А Варфоломей Иванович, случаем, не предложил вам занять и его земли под огороды? - посмотрел на нас испытывающе.

- Предложил, Пётр Васильевич, - не стала скрывать. - Мы и про тепличку обговорили для рассады, только решили с этим немного обождать и занять пока все окна в его доме под ящики. Поговорим с его управляющим и тогда уже решим, как нам быть дальше.

- Вот, проныра, - услышала восхищение в голосе интенданта. - Он и здесь уже подсуетился. Мало того, что у татар скупил все лучшие земли, так он и здесь расстарался.

Реакция мужчины была интересной со стороны для наблюдателя. Нельзя сказать чего больше было в его речи - возмущение или негодования от упущения собственных возможностей. Только долго распаляться он не стал и быстро взял себя в руки.

Варфаломей Иванович был совершенно прав, и земля на солдатскую десятину была выделена близ поселения Карачино. Когда-то это была большая деревня сибирских татар, но постепенно молодёжь потянулась к более цивилизованным и обжитым землям и прижилась в других местах. Коренные жители теперь запросто могли пойти на службу государству и пользовались этой возможностью, чтобы лучше пристроиться.

Поселение постепенно хирело, у стариков пахать землю сил не так много было и те кто имел возможность избавиться от собственного надела распродали землицу с накопившимися долгами по налогам. Хотя его принимали и шкурками пушного зверя, но с охотой так же возникали проблемы из-за ослабленного зрения ввиду возраста. Могли ставить ловушки, но нужно было пройти много вёрст и иметь силу, чтобы нести всё на себе.

Когда казённых крестьян начали расселять за Урал, то