Год Собаки I. Среди Теней (СИ) - Тай Алеш Страница 31

Ма указывала на длинную белую полосу на моем боку, уходящую под плед.

— Скидывай… — решительно сказала Ма.

Я помотал головой.

— Давай-давай… — поддел Илья. — Не мне же одному перед девчонками голым стоять.

— Это еще перед какими… — начал я, но Илья дернул плед, и он упал на пол.

Ма издала возглас удивления.

Я опустил голову и посмотрел на себя. Следы от порезов, невидимые в полумраке или свете ламп, в солнечном свете были прекрасно заметны. Белые шрамы на загорелой коже.

Магия не излечила мои раны полностью. Отравленные клинки оставили в крови яд, препятствующий исцелению.

Порезов оказалось больше, чем я думал. И куда больше, чем судьи засчитали противникам баллов. Не все раны сразу кровоточили после удара, и не все удары были колющими, многие скользили вдоль тела. И я их просто не чувствовал.

Илья с жалостью сказал:

— Пернатый, ну что ж ты… Живого места нет. Стоило отлучиться ненадолго, как тебя нашинковали…

Ма обошла меня и охнула:

— И на спине тоже! Это откуда?

Она опустилась на стул.

Я изогнулся, стараясь через плечо посмотреть на спину.

Вспомнил, как сражался с Принцем, смещаясь все дальше и дальше по вектору времени в будущее.

И сказал:

— Это, скорее всего, вероятностные удары Принца. Он фехтует в будущем. Часть нашего поединка прошла там.

Ма смотрела на меня широко раскрытыми глазами:

— Насколько далеко?

— Мы дошли до трех секунд, — помедлив, сказал я. — Но он может дальше.

— А ты? — тихо спросила Ма.

— Не больше пяти… — так же тихо сказал я, и опустил глаза, чувствуя сильное смущение.

Добавил:

— Принц опасный противник.

Я ощущал на себе их удивленные взгляды. Поднял глаза и встретился взглядом с Ма:

— Он поддался тебе.

Ма прикусила губу, она не была удивлена, но расстроена.

— Я знала… Просто отпустил клинок и слил бой.

— Да что тут у вас произошло? — вдруг спросил Илья. — Расскажет мне кто-нибудь?

Я поднял ладонь, останавливая его.

Глядя на Ма произнес:

— Погоди… Ты тоже сражалась с Принцем…

И мы втроем уставились друг на друга. Потом Илья хлопнул ладонями и хищно потер их:

— Раздевайся! Твоя очередь.

Доверительно сообщил мне на ухо:

— Сейчас будет стриптиз!

— Дитё малое… — усмехнулась Ма. — Размечтался…

Взялась за пуговицу рубашки и вопросительная посмотрела на меня.

— Я отвернусь, — поспешно сказал я.

Повернулся спиной.

Было слышно шуршание ткани, потом легкие шаги. Видимо, Ма положила одежду на стул и встала в солнечные лучи.

— О-оо… — простонал сзади абуминог. — Как мы приоделись… Какой у нас купальник.

И наступила тишина…

Затем Илья сказал изменившимся голосом:

— Ничего себе… Ты брюхо вместо щита использовала?

— За брюхо ответишь…

Раздались хихиканье и звук подзатыльника.

Затем Ма грозно спросила:

— Куда полез?

— Осмотреть зону бикини… — убежденно произнес абуминог. — Не стала ли бабушка на балу дедушкой.

— Перебьешься… — сказала Ма. — Пошляк.

За спиной снова раздался подзатыльник и довольный смех.

В этот момент входная дверь распахнулась. Вкатилась двухъярусная тележка с завтраком и сменой белья.

Энн очутилась прямо перед нами и застыла в изумлении, пытаясь осмыслить откровенную скульптурную композицию.

Принцессу, тайно проникшую в мальчиковый номер. Абуминога, стоящего перед ней на коленях. И объект воздыханий, исчерканный белыми полосами вероятностных ударов.

Повисла пауза.

А потом Ма все тем же грозным голосом произнесла:

— Куда смотришь? Захотела автограф под глаз?

Энн вспыхнула. Пролепетала сбивчивые извинения и выскочила в коридор.

Ма молча обдумывала ситуацию.

— Вижу, — медленно сказала она, — вы тут не обделены женским вниманием…

Я, не оборачиваясь, произнес:

— Надеюсь, это не появится в вечерних газетах?

Искоса глянул на Илью, все еще стоящего на коленях.

— Ты что творишь? — возмутился абуминог. — Ты распугаешь наших женщин…

Ма стукнула его по макушке ладонью:

— Я сейчас вам покажу… женщин…

#

День Третий. Сцена 2–3

2.

Пользуясь паузой, я скрылся в ванной. Принял душ, почистил зубы. Оделся в свежее.

Когда вернулся, Ма все еще стояла в утренних лучах, а Илья ходил рядом со склянкой Аманды, нанося мазь на следы вероятностных ударов.

Едва взглянув на Ма, понял восторженные «о-ооо» абуминога.

На ней был невероятный, ослепительный купальник. Две сияющие белые полосы — на уровне груди и бедер.

Эстетика минимализма превращала Ма в произведение искусства.

Даже хаотичные росчерки вероятностных ударов на ее теле выглядели частью замысла. Казались экспрессивным озарением творца…

Невероятная картина дополнялась еще более невероятным.

Илья строго выговаривал Ма, а та не возражала… Стояла виноватая, покорная и смущенная.

— Да какая я принцесса… — прошептала она.

— Неважно… Для нее ты принцесса, а твое слово — закон, пряник и кнут. Энн запросто могут пришить оскорбление королевской семьи. А это совсем не шуточки…

Ма краснела, глядя в пол.

— Я не хотела вовсе…

— Из-за твоей истерики, насмешек, просто косого взгляда Энн могут не только уволить, но и убить…

Ма испуганно посмотрела на Илью:

— За что?

Илья помолчал несколько секунд.

— Слышал вчера от ребят… — сказал он негромко. — Что уволенные сотрудники долго не живут. Несчастные случаи…

— Как… — Ма была ошеломлена. — Разве такое возможно?

— На них открывается охота.

Ма смотрела на брата, не моргая.

— Это Ритуал, детка, — сказал Илья. — Тут убивают…

Ма заметила меня в дверях и что-то шепнула брату.

Абуминог махнул рукой:

— Они светлеют… — сказал он. — Иди сюда.

Я подошел, посмотрел на Ма вблизи и протяжно вздохнул.

Она глянула вопросительно.

— Ничего… — ответил я.

Это был как раз тот самый волнительный момент, про который говорили «дышать неровно».

А потом признался:

— Ты очень красивая… Невероятно… — и пошутил. — Хочется приподнять одну из белых полос и заглянуть.

Ма поднесла кулак к моему лицу:

— Сразу получишь…

Я коснулся губами костяшек ее пальцев и прислонился к ним щекой.

Теперь уже Ма вздохнула.

— Ты слышал про Энн? — спросила она.

Я кивнул.

— Тут все не так, как кажется, — проговорил я. — В первый день, случайно… подслушал разговор мэра и Принца.

Ма с Ильей уставились на меня.

— Мне особенно нравится этот пернатый пассаж — «случайно подслушал»… — съязвил абуминог.

И добавил:

— Выкладывай уже… Не томи.

Я пересказал подслушанный разговор. Как мэр сползал по стене от тихого «уволю» Принца. Потом рассказал про их ночной визит. Как Принц проучил меня, и заставил мэра извиняться.

Завершил рассказ тайными переговорами в зале первого этажа, где я оставил точку наблюдения.

Из этого момента, следуя Кодексу, я передал только сам разговор, который видел через зеркало, и опустил остальное.

Ма с Ильей не спеша одевались, изредка поглядывая на меня.

Абуминог помотал головой:

— Ничесе… Я все проспал, оказывается.

— Это далеко не все…

Поманив друзей за собой, я поставил их перед зеркалом в ванной. Они переглянулись.

— Когда смеяться? — спросила Ма, улыбаясь.

Вдруг зеркало стало черным, а наши отражение исчезли.

Движением пальца я открыл трансляцию с точек наблюдения. Появились изображения. Большая картинка была в центре, остальные справа и слева.

Ма ахнула, догадавшись:

— Ты поглядывал за Принцем, мэром и Аароном, когда ушел…

— Да, — сказал я, — и меня вычислили.

И рассказал про утро второго дня, про гипнотический вальс в западном крыле, прыжок Синга. Как летал, расставляя точки наблюдения.

Илья за моей спиной проговорил: