Паладин нового строя. Неофит. Том I и Том II (СИ) - Давыдов Кирилл Страница 36

Для начала нам объяснили куда пропали целители. Нет, их не убили всех во время мировой войны, как можно было подумать после слов его сиятельства. Точнее почти все погибли во время этих боевых действий, но это далеко не главная причина. Количество повелителей энергии мира к концу девятнадцатого века сократилось по объективным причинам. Во-первых, количество одаренных, которые по направлению своего таланта могли бы стать целителями, постоянно сокращалось на протяжении всего средневековья и к началу нового времени их общее число стало ничтожным. Это кстати стало одной из причин падения многих религиозных организаций, ведь большинство магических врачей было сосредоточено именно там, и они же были одним из главных их столпов. А во-вторых, особенность традиционной системы обучения магов предполагает разделение всего мира одаренных на множество семей, родов, кланов, домов, орденов и так далее. И каждая эта организация занималась индивидуальным обучением магов по своей методике, которую они разумеется хранили в секрете. В современной системе обучения тоже есть и семьи, и рода, и кланы, но они не такие закрытые как раньше. Лига, например, состоит всего из пяти кланов. Большинство одаренных состоит именно в них. Несколько сотен тысяч одаренных, живущих в РНР состоит всего в пяти кланах. Когда триста лет назад и двадцать полноценных магов могли являться отдельным, полноценным, закрытым кланом. И не смотря на разделение, кланы Лиги остаются единой организацией, они делятся знаниями, технологиями, успехами, обмениваются опытом и так далее. В общем, делают то, что по меркам традиционной системы обучения невозможно в принципе. По итогу, к началу Мировой войны, солдатам оставалось уничтожить не множество древних и могущественных объединений магов, перед которыми в разное время склонялись целые народы, а кучку ослабевших, захеревших семей, которые на чистом упрямстве продолжали обучать своих детей искусству своих предков.

А сохранять или восстанавливать науку столь уникальных упрямцев никто не торопился. Из-за того, что в то время настолько наперед никто не думал. И мысли трепетно относиться к искусству магического исцеления звучала также странно, как и предложение тратить астрономические средства на сохранение животных из красной книги. А еще в двадцатом веке не магическая медицина сделала просто космический скачок, поэтому и особой надобности в целителях не было.

Поэтому наша группа сейчас очень страдает. Некоторая результативность у наших тренировок есть. С помощью различных медитаций абсолютно все успешно воздействовали на магию внутри своих тел. Это подтверждает контролирующий наши тренировки Степан Романович. Он не похож на того, кто будет тратить своё время на утешение нетерпеливых школьников, поэтому я не вижу причин не верить его словам. По крайней мере почти за семь лет нашего знакомства он таким ни разу не занимался. А еще часть будущих целителей что-то чувствовала, и они начинали заниматься отдельно. Видимо пытались продолжать идти по успешной методике. Особенно много “чувствующих” было во время медитации открытия чакр. Но по итогу поводов для радости у руководства всей этой движухи не появилось, ведь по заключению нашего сенсея эти чувства оказались ложными. Хотя у Ярослава и Миланы что-то получилось с последней на данный момент техникой - цигуном. Ярослав - это неформальный лидер тринадцатилетних, а Милана - лидер двенадцатилетних, а также это именно те два человека, которые в первый день вели диалог со Степаном Семеновичем, и первые переговорщики с двумя стариками, со мной и Мишей. И не смотря на всю свою завистливость я искренне желаю им успеха. Частично моё желание продиктовано чувствами хорошего, в принципе, человека по отношению к своим товарищам. А еще частично надеждой на последующую помощь с их стороны. Как-то раз его сиятельство упоминал, что одной из наших проблем является отсутствие целителя в качестве тренера. Как показывает практика современной системы обучения, совпадение направленности дара учителя и ученика плодотворно сказывается на практике. При таком совпадении тренер лучше чувствует энергию падавана, а еще ему легче научить делать конкретно то, что он умеет сам.

Надежда на помощь со стороны передовиков магической учебы вполне обоснованная, ведь мы хорошо поладили и быстро выяснилось, что мне очень приятно общаться и проводить время с новыми товарищами, особенно на фоне продолжения конфликтов в нашей шайке. Очень редко можно встретить людей и еще реже можно встретить ситуацию, при которой в общем-то друзья ругались бы на протяжении двух месяцев. И мы шестеро не были в этом плане исключением, но проблема в том, что на смену старым обидам достаточно часто стали приходить новые. И я уже не знаю, что с этим делать. Надо как-то скооперироваться и достичь прежней гармонии в своей команде, но в одиночку это сделать не получается. Миша в этом плане плохой помощник. Не потому, что не хочет или что-то такое, а просто у него нет способностей в этой сфере. Умный, надежный, старательный, думающий перед своими действиями, все эти эпитеты подходят ему. Но среди присущих ему качеств нет так нужных сейчас дипломатии, умения внушать окружающим какие-то мысли или чего-то подобного. Артем же по отношению ко мне просто оскотинился, и поэтому он тут не помощник. По отношению к Бельскому оскотинился уже я, и вроде понимаю, что в последних наших ссорах в основном не прав я, но ничего сделать с этим не получается. Ссорюсь, осознаю свою вину, мирюсь и так по кругу. Всё объяснить Анне мешает ее брат. После одной попытки, во время которой не получилось все нормально ей объяснить и которая привела к ссоре между Извольской и Извольским и лишению меня второго телефона до окончания лицея, я остановил работу в этом направлении. И пока не придумал ничего нового. Соня же всегда на стороне Извольской, и она тоже не помощник.

На фоне такого ступора в шайке, целители показывают себя с прекрасной стороны. После ознакомления друг с другом, семерка подростков стала вести себя менее зажато и это дало возможность узнать их получше. Все как на подбор оказались умными, креативными, хорошо рассуждающими, неутомиыми энтузиастами. И такие прекрасные интеллектуально-волевые характеристики всех членов группы, как и несколько других обстоятельств приводит к возникновению многих вопросов по поводу всего этого мероприятия, которые я и планирую сегодня задать Степану Романовичу.

– Степан Романович, можно вопросы на немного отстраненные темы? – после очередного сеанса цигуна, когда Мила и Ярик к нам вернулись, я решил задать так волнующие меня вопросы. Ждал я этого момента, чтобы не отвлекать остальных от тренировки, но при этом чтобы все послушали ответы на мои вопросы. Ведь они, как мне кажется, будут важными для всех.

– Конечно, зная тебя почти семь лет, я невероятно удивлен, почему этот момент наступил только сейчас.

– Почему мы вообще так много времени тратим на отстраненные темы?

– Неужели я слышу в твоем голосе упрек по отношению к своим товарищам?

– Нет, вам показалось.

– Верю верю – тон его голоса показывает недоверие к моим словам. И небольшой упрек действительно есть, потому что их вопросы посередине занятий отвлекали от тренировок и потому что у меня в их время такой возможности не было. В двенадцать лет я всеми способами пытался узнать хоть что-нибудь об одаренных, но все молчали как рыба. А у них сейчас есть возможность задавать практически любой вопрос и что еще важнее, получать на них ответ. Но сейчас важно не это.

– Так почему вы отвечаете на такие вопросы?

– Особенность традиционной системы обучения. Кроме самих тренировок отличаются и отношения между учениками и учителем. В девятнадцатом веке учителя не были ограничены множеством соглашений, подписок, режимом хранения тайны и так далее, и могли отвечать на любые вопросы своего ученика, если посчитают это необходимым.

– А разве в современной системе обучения не так? – Милана решила подключиться к нашему обсуждению.

– Нет, и именно поэтому в словах Сергея проскальзывает упрек и зависть по отношению к вам.