С песней по жизням. Часть 1 и Часть 2 (СИ) - Лей Лора Страница 41

- Ну что вы, в самом деле…Я вам дело говорю – изобразила обиду Эйрин, хотя в душе радовалась: снова ее воспринимали нормально, без опасений и подозрений, скорее, шутливо.

Отсмеявшись, Эйвинд внимательно посмотрел на девушку.

- Почему ты думаешь, что путь по землям русов для нас больше подходит? Он ведь более длинный. Есть ли там поселения, мы не знаем. Какая местность – тоже. Одни мы пойдем или с караваном? Думаешь, русы используют эту реку активно?

Слава богу, дошли до диалога!

- Про характер русов ты и сам знаешь. Поселения должны быть, я уверена, да и мама всегда о родине отзывалась как о населенной местности, разными народами, да, но язык они предпочитают русов. Да и как-то отец мой попал в Царство и в Курянск, откуда-то ехал, дипломатом был. Почему бы и не из южных пределов? Песни я вам пела, судя по ним – привольно там, места много, не будут люди сочинять такую мелодию про Вилюйку, скажи? Про леса… У истоков–точно, а дальше…Рыба уж всяко есть, если равнина, то или зерно сеют, или живность какую ростят. Да не помрем мы с голоду!

Мужчины слушали Эйрин, переглядывались, но насмешки попаданка не увидела.

-Думаю, в словах Эйрин есть резон – подал голос Аладдин. – Лучше по одной стране ехать, чем несколько пересечь. Меня больше страшат горы…Сможем ли найти проводника? Хотя, там мое имя может помочь: иметь в должниках сына халифа дорогого стоит.

-Горы опасны, но и там люди живут! Быть внимательными, доброжелательными к ним и их обычаям – ключ к сердцам южан. На море Хвалынском города есть, Дербент, Бакы..Оставить там корабли, в Персию идти не всем: и проще затеряться в караване, и парни наши смогут подработать – вдоль берега уж не так сложно туда-сюда ходить…Я думаю…– пробормотала Эйрин и села. Она свою миссию выполнила.

Норды обдумывали сказанное долго, переглядывались многозначительно, пока слово неожиданно не взяла старая вельва.

- И чего вы так задумались, мальчики? Даже я считаю, что Эйрин дело говорит. Дорога, конечно, неизвестна, трудна, но когда возможные испытания останавливали северян? Преодоление трудностей закаляет характер, победа же любит смелых и сильных. Так что прекращайте сомневаться и начинайте готовиться. Я брошу руны, но уверена, боги и духи будут благосклонны к нам.

Мужчины уставились на Гудрун – «нам»?

-Конечно, я иду с вами! Спорить и останавливать меня бесполезно, я уже давно решила, что хочу напоследок увидеть новые земли, раз уж в мой дом привело чужестранцев, которых надо вернуть на родину. Обузой никому не была и сейчас не буду, не волнуйтесь. А вам я пригожусь, да и тянет меня куда-то, а от намеков богов вельве отмахиваться не след.. Так что, ступайте отдыхать, утром начнем собираться.

И старуха разогнала собравшихся по местам ночевки, чему никто не противился: уж больно сурова и решительная была уважаемая ими женщина.

Ирина же, хоть и удивилась заявлению хозяйки дома, в душе что-то подобное подозревала. И, если честно, была рада ее компании. Экспедиция предстояла крайне интересная во всех отношениях.

***

Подготовка заняла пару недель: были проверены корабли, определен состав команды, подготовлены запасы продуктов, снаряжение, обговорены дополнительно роли и варианты маршрута, распродано хозяйство Гудрун.

Да, вельва раздала, продала, обменяла почти все имущество, кроме собственно дома: за ним обещал присмотреть Орм, которого Густафссон оставил за старшего во вверенных ему землях.

Из бывшей команды с ними отправились не все: некоторые выразили желание переждать год-другой на родине – семьи за зиму выросли, некоторые парни женились, командир им щедро заплатил, так что нужды в заработке норды не испытывали.

Отправились на когге и одном драккаре-сопровождении, всего получилось сорок человек вместе с принцем, его охранником и женщинами. В качестве хоть какого-то товара захватили несколько пудов воска из плавилен Кауны, особой копченой рыбы, которой славилось побережье куршей, князь, дядя Эйвинда, поделился железными слитками, несколькими мешочками янтаря различного размера и качества и благословением предков.

Северное море, по Ириному-Балтика, вскрылось ото льда вдоль побережья, где он за зиму имелся, ветер наполнял паруса исправно, и к ближе к концу мая команда Эйвинда Густафссона, преодолев сотни миль на восток по просторам Балтики, пройдя по Неве и Ладожскому озеру, входила в устье Волхова.

Нельзя сказать, что было легко: все-таки весенняя Балтика не теплые южные воды, Эйрин с Гудрун иной раз здорово мерзли, как и Аладдин с Исмаилом, но вельва отпаивала всех какими-то мудреными травяными чаями, и команда выдержала сырость и знойкость без серьезных простуд.

Волхов прошли до Новограда на веслах почти весь, но здесь погода благоволила: без дождей, по полноводной реке шли довольно быстро, на редкие остановки у небольших поселений типа собственно Волхова или Киришей время подолгу не тратили, поскольку ни закупить что-либо, кроме мехов да немного речного жемчуга, ни особо отдохнуть не получалось. Причина? Народ занимался полевыми работами, гостей не ждали – не сезон еще, так чего нервировать местных? Поспали, помылись, поели горячего «от пуза», поохотились на дорогу и снова в путь.

Часть вторая Глава 18

Новоград показался на горизонте, издали блестя куполами многочисленных церквей. Река подвела нордов к берегу, на котором возвышался величественный Детинец –городской кремль, крепость, обнесенная высокой кирпичной стеной с круглыми сторожевыми башнями с конусообразными крышами, даже издали производившими впечатление мощи и неприступности.

Эйрин с трепетом следила за приближающимся легендарным местом, пытаясь охватить взглядом его красоту и размеры. Новоград поражал размахом и какой-то силой, исходящей от стен над Волховом, от башен, от грудящихся у берега суденышек и больших лодей, от суетящихся на кораблях и пристани людей. День был в разгаре, северное солнце прогрело свежий речной воздух, беготня и крики рождали в душе предвкушение открытий и знакомств с невиданным ранее поселением.

- Большой город –задумчиво сказала Эйрин, глядя на Новоград. – Богатый, должно быть. Интересно, чистый?

Эйвинд, подошедший к девушке, усмехнулся.

- Чистый. Местные гордятся своим городищем, мостовые все деревянные, их метут, а проезжую часть улиц выложили камнем. Здесь вообще много каменных зданий, уж про церкви я не говорю. Одна сторона, левая, зовется Софийской, собор там главный, крепость и живут богатые горожане и власти, хотя и там есть концы (районы) с мастерскими, Гончарный, например. Купцы да ремесленный люд больше на Торговой стороне селятся, на другом берегу. Там торг большой, рынок или базар ежедневный, потому так и назвали. Обе стороны обнесены земляными валами и рвами, да и реки еще мелкие, а соединяет их Великий мост, широкий, крепкий. Местные на нем порой драки устраивают, так пол-города собирается! Мы остановимся в Торговой части, в Гостевой слободе, у земляка. Он, как Гильфи, женился на новогородчанке, ее родители трактир им на свадьбу подарили. Вот наши у него чаще всего и гостюют, - Эйвинд хлопнул в ладоши. – Ребята, заканчивайте! Идем к Хейнрику Нибо в «Хитрого Локи»!

Парни загудели одобрительно, Гудрун аккуратно спустилась на берег, Эйрин поспешила за пожилой женщиной.

-Ох, давно я не видела малыша Хейни…Он мой дальний родственник, ушел к русам, да и не вернулся..Старый Нибо злился, чуть не отрекся от сына. Дурак! Интересно, узнает он меня? Уж годов 10 прошло – вельва оглядывалась вокруг, следила за парнями, присматривалась к местным, но лицо держала.

«Устала Гудрун – подумала Ирина. – Хоть и не показывает, но явно рада по земле пройтись. Я бы точно не смогла вот так сорваться в неизвестность в такие годы, а она –кремень, а не тетка».

Ирину потряхивало от волнения: слыша знакомую речь, понимая ее, она чувствовала себя… ну если не дома, то в более привычной обстановке. Особо умиляли и успокаивали тут и там видимые купола белокаменных церквей: золотые, синие со звездами, серебряные… Веяло от них чем-то родным, теплым. Впервые за год она стояла на незнакомом месте и не опасалась сделать что-то не так, выделиться или в чем-то промахнуться. Не была она в Новгороде в прошлой жизни, но ощущение близости не проходило. В Куяве такого не было.