Егерь. Черная Луна - Николай Скиба Страница 5

— Не знаю, Макс, — протянул Стёпка. — Какой ещё выкуп… Такое спускать нельзя.

— Понимаю. Но и об осторожности забывать тоже нельзя.

Мы несколько минут посидели молча. Стёпа был прав — я не собирался спускать такое с рук никому. Нужно просто кое-что проверить.

Из спальни послышался стон. Барут снова приходил в себя.

— Пойду гляну, как он, — сказала Лана, поднимаясь со стула.

— Подожди. — Я перехватил её за руку. — Сначала я.

Лана нахмурилась.

— Что у тебя на уме?

— Мне нужно кое-что проверить.

После истории о лже-Хароне, когда некто мог принять любое лицо и завладеть любыми воспоминаниями… Прости, Барут, рисковать просто не имею права.

Я вошёл в спальню. Торговец лежал с закрытыми глазами, но дыхание стало более ровным. Ника аккуратно меняла повязку. При моём появлении она обернулась.

— Как дела?

— Зелье помогает даже быстрее, чем мы думали. Вроде окончательно приходит в себя.

Я подошёл ближе.

Взгляд торговца сфокусировался на мне.

— Макс…

— Как себя чувствуешь?

— Паршиво. — Он осторожно провёл языком по разбитой губе. — Голова трещит, а в рёбрах что-то хрустит.

— Ничего, скоро заживёт. Главное, что живой.

Барут попытался приподняться. Я помог ему сесть, подложив под спину подушку.

— Спасибо за подмогу, — сказал он, кивая в сторону двери. — Если бы не Лана…

— Она тебя нашла.

— Да.

Я кивнул, но внутри что-то сжалось. Что ж, он вменяем. Пора проверить.

Резким движением прижал Барута к подушке и приставил нож к его горлу. Ника ахнула и отпрыгнула в сторону, опрокинув миску с водой. Мика рванулся вперед, но остановился, увидев мой взгляд. Торговец выпучил глаза от неожиданности.

Краем глаза заметил, как замерла возле двери Лана — её рука инстинктивно дёрнулась к поясу. Но она не двинулась с места, доверяя моему решению. Из углов комнаты доносилось едва слышное рычание. Стая почувствовала готовность вожака к бою, но не двигалась без приказа.

— Макс! Ты что творишь?

— Отвечай быстро, — процедил я сквозь зубы. — Когда-то давно мы встретились в лесу, и я попросил привести лекаря, чтобы провести ещё одну проверку, после того как Ефим изгнал меня. Сколько монет я тебе тогда дал?

Барут уставился на меня, словно я спятил.

— Что? Какие ещё монеты?

— Для лекаря. Сколько монет я дал?

— Да ты думаешь я знаю, придурок⁈ — взорвался он. — Это было сто лет назад! Я должен помнить каждую медяшку? Посчитать те крохи и запомнить на всю жизнь⁈

Злость в его голосе была искренней. Настоящий Барут мог забыть такую мелочь. А вот существо с идеальным доступом к чужой памяти наверняка назвало бы точную сумму.

Я убрал нож и помог другу нормально сесть. Лана выдохнула и отпустила рукоять кинжала. Стёпа покачал головой, а рычание стаи стихло.

— Прости. Пришлось проверить.

— Проверить что? — Барут потёр шею там, где касалось лезвие.

Я коротко напомнил всем о ситуации с лже-Хароном.

— Вот дерьмо, — выдохнул торговец, когда я закончил. — И долго мне придётся отвечать на дурацкие вопросы каждый раз, когда мы встречаемся?

— Извини, это всё выглядело как план по внедрению. В любом случае, проверить было несложно.

Торговец кивнул с пониманием. Боль в его глазах сменилась злостью — это хорошо. Злость означала, что он приходит в себя.

— Теперь рассказывай всё, что помнишь о нападении.

Барут медленно, но подробно пересказал события вечера. Засада в переулке, избиение, угрозы. Когда он дошёл до того, как забрали Фукиса, голос дрогнул.

— Тысячу золотых к завтрашнему вечеру. У старых складов возле восточной стены. — Он сжал кулаки. — Сказал, что мы не знаем, с кем связались. И упоминал тебя, Макс. Это месть за то, что ты отобрал у него пса.

Ну и ублюдок. Упрямая рожа, садистские наклонности, привычка избивать собственного питомца плетью.

— Значит, он решил, что мы лёгкая добыча, — проговорил я, чувствуя, как в груди разгорается знакомый холод. — Ошибся.

— Макс, — Лана наклонилась вперёд, — там может быть ловушка, сам сказал.

— Не похоже. — Я встал и начал ходить по комнате. — Тут личное, слишком многое на это указывает. В любом случае, мы не будем играть по его правилам.

Стёпа подошёл ко мне.

— Предлагаешь то, о чём я думаю?

— Да. Выдвигаемся прямо сейчас. Пока он не ждёт.

— А как найдём их? — спросила Лана.

— В каждом городе есть районы, где водятся подонки. Начнём с места, которое он обозначил сам. Вы с Красавчиком легко выследите их. Почему-то уверен, что он не особо скрывается — слишком открыто действовал. Не удивлюсь, если на складах и сидят.

Барут попытался подняться с кровати, но Ника мягко удержала его.

— Лежи. Тебе нужен отдых.

— Ага, размечтались! — Торговец оттолкнул её руку и с трудом встал на ноги. — Это мой зверь, моя ответственность. Я иду с вами.

— Барут, ты едва держишься на ногах.

— А через час от всех побоев не останется следа, — он указал на почти пустую склянку зелья регенерации. — Я уже чувствую себя лучше. Мой питомец боится чужих, а этот ублюдок может его замучить просто ради развлечения. Хочешь, чтобы я сидел дома, Макс⁈ Что скажешь, Зверолов, а? Ты сам-то остался бы дома?

Спорить было бессмысленно. Да и что сказать? Ведь он прав.

— Хорошо. Час на восстановление, потом выдвигаемся.

— Макс, — Мика встал с места, где сидел рядом с сестрой, — может, стоит попробовать переговоры? Выкупить зверя?

Я посмотрел на него — всё ещё наивный парень, верящий в добро и справедливость.

— Мика, этот тип избил Барута ради удовольствия. Он не остановится, даже если получит деньги. Таких останавливает только сила.

Лана кивнула с пониманием.

— Такое нападение нельзя оставлять безнаказанным, ребята.

Пантера понимала мои внутренние законы лучше многих.

Я почувствовал, как внутри что-то переключается — из режима защиты в режим охоты.

Через час мы уже двигались к портовому району. Барут шёл твёрдым шагом — зелье регенерации сделало своё дело, от побоев остались лишь желтоватые следы под глазами. Но главное — в его движениях читалась холодная решимость. Такое настроение мне нравилось больше, чем бессмысленная тоска по питомцу.

Старые склады ютились в самой запущенной части Оплота Ветров, где между брёвнами пахло гнилой рыбой и застоялой водой. Идеальное место для тех, кто не хочет привлекать внимание городской стражи.

— Красавчик, — тихо позвал я, когда мы остановились в тени заброшенного причала.

Горностай появился рядом с моей ногой, его белая шёрстка почти сливалась с лунными бликами на мокрых досках.

— Найди их. Ищи запахи крови, пота, звериный мускус. Большая