Ирина Шевченко - Осторожно, женское фэнтези (СИ) Страница 73

- Откуда вы знаете?

- Из книг, - пожал плечами Саймон. - По сути, это - все, что есть в учебниках по данному вопросу. Голая теория. Разве вы не интересовались этим вопросом?

- Нет… То есть, да. Только пошла другим путем…

Как в той песенке: “Нормальные герои всегда идут в обход”.

- Я была вчера у мисс Милс, - призналась я. - Подумала, что если это драконья магия, вернее, ритуал, разработанный драконами, она должна что-нибудь знать об этом. Прямо, конечно, не спросила…

- У вас с этим сложно, да? - нахмурился Вульф. - С тем, чтобы спросить прямо? Не мисс Милс, естественно, а меня? Считаете, вам легче что-либо узнать у моей матери, чем мне?

Признаю, сглупила. У Саймона, действительно, больше шансов.

- Поговорю с ней, - пообещал он в ответ на мой виноватый взгляд. - Вы в чем-то правы: в академии нет лучшего специалиста по драконам. Не хочется посвящать мать в то, что у нас тут творится, но я придумаю, как спросить, чтобы она ничего не заподозрила.

Снова, как и в предыдущие наши встречи, оказывалось, что говорить нам, в принципе, не о чем. Сначала нужно было собрать информацию.

Но я не торопилась прощаться.

- Расскажите о Германе, - попросила боевика.

- Зачем?

- Затем, что он - следующий. Если мы ничего не успеем предпринять, его забудут. Все, кроме меня.

- А вы…

- А я расскажу, как получилось, что я помню прежнюю реальность.

Сотрудничество основывается на доверии - так он говорил. Правда, Саймон узнает лишь ту версию, которая уже известна ректору и инспектору Крейгу. Настоящая причина моей памятливости навсегда останется для всех них секретом.

Рассказ у Вульфа получился недлинным и по-мужски скупым на эмоции. Герман Складовик был студентом его матери. Одаренным студентом, в качестве специализации выбравшим мистических существ, и профессор Милс готовила для парня отдельную программу. Нередко занималась с ним дома. Так они с Саймоном и познакомились. У молодого преподавателя было немного друзей, в этом его история напоминала историю Белинды: приятели по студенчеству разъехались, а с коллегами, к которым совсем недавно обращался с почтительным “вы”, непросто перейти на новый уровень общения. А Герман, помимо драконов, единорогов и химер, интересовался боевыми искусствами, занятия по которым не входили в программу теормага, и Саймон взялся его тренировать. Потом нашлись и другие общие увлечения…

- Но ни о каком ритуале он вам не рассказывал? - спросила я, когда Саймон умолк.

- Нет. Я не одобрил бы - возможно, поэтому.

- Почему не одобрили бы?

- Древняя магия недостаточно изучена, - ответил боевик. - Любое заклинание, разработанное до эпохи Противостояния и не прошедшее испытаний в новых реалиях, потенциально опасно. Вы должны знать это из курса истории магии.

- Да, но…

- Скучные фразы из учебника не воспринимаются всерьез? - невесело усмехнулся Вульф, несколькими словами и одной этой усмешкой напомнив о том, что он - преподаватель, а я - неразумная студентка.

И Герман, в своем недоверии к прописным истинам, был, очевидно, таким же.

- Теперь ваша очередь, мисс Аштон, - сменил неприятную тему Саймон. - Как вышло так, что вы помните то, чего не помнят остальные?

- Дело в том, - начала я медленно, - что я тоже пострадала от смены реальностей. Меня… как бы зацепило. И это дало такой вот странный эффект…

- Как зацепило? - не удовлетворился расплывчатым ответом боевик.

- Я потеряла способности к магии. Дар вроде бы остался, но управлять им я не в состоянии…

Саймон осторожно поднял вверх открытую ладонь, и я, не дожидаясь продолжения, громко взвизгнула, скатилась со скамейки и ничком упала на пол, закрыв руками голову.

- Что с вами, Элизабет? - встревоженно бросился ко мне Вульф.

- Со мной? Ничего, - ответила я с удивлением. - Просто… Обычно, когда я рассказываю кому-то, все тут же хотят проверить, не обманываю ли я…

- Я проверил, - немного сконфуженно признался боевик. - Иллюзорная надпись. Если бы вы управляли даром, то увидели бы ее.

- Надпись? - уточнила я ошарашенно.

- Да. “Элизабет Аштон… лгунья”. Точнее, там более обидное слово. Я подумал, что вы отреагировали бы… А до этого вас как проверяли?

- Ну… Милорд ректор меня заморозил. Друзья шарахнули воздушным кулаком, молнией и огнешаром.

- Они вам точно друзья? - усмехнулся Саймон, помогая мне присесть на скамью.

- Уже сомневаюсь, - неловко улыбнулась я в ответ. - А вы очень милый… в смысле, для мага вашей специализации…

- Это и есть ваш личный интерес? - Вульф сделал вид, что не услышал нескладный комплимент, который Оливер наверняка назвал бы фривольным. - Остановить изменение реальности и вернуть способности?

- Да. - Не признаваться же было, что я тут вообще-то мир спасаю? - Считаете, это мелко?

- Это - честно, - ответил Саймон серьезно. - И понятно. Мне, как магу, и представить страшно, каково это - жить без дара. А вы прекрасно держитесь, даже пытаетесь приспособиться. Пройти испытание Огненного Черепа не составило труда?

Я почувствовала себя так, словно меня уличили в шулерстве, но вряд ли вопрос моего бывшего куратора содержал скрытую подоплеку: не в его духе.

- Насчет тренировок вы тоже не шутили? - спросил боевик. И уточнил: - Дикая Кошка?

Догадливый какой.

- Хочу взять реванш, - не стала отнекиваться я. - Получится?

- Посмотрим. Кошка хороша на ринге.

- Мне говорили, она проигрывала бои.

- На моей памяти всего дважды. И это была, скорее, случайность. Счастливая для ее соперниц.

- И все же я попробую, - заявила я.

- Даже не сомневался, - хмыкнул Саймон. - Сразу предупрежу: я не знаю, кто скрывается под этой маской. А если бы и знал… помня о Последнем Драконе, не сказал бы, - злорадный тон и мстительный взгляд ему не удались, но я все равно виновато потупилась. - Приходите завтра после занятий. Не знаю, успею ли к тому времени выяснить что-либо по изменяющимся реальностям, но час-полтора на вашу тренировку выделю. Только оденьтесь должным образом. А то ваш сопровождающий неверно истолкует смысл наших встреч. Или верно, что тоже нежелательно.

- Сопровождающий? - я с трудом удержалась от того, чтобы не начать оглядываться по сторонам, хоть и знала, что в зале никого кроме нас с Вульфом нет. - Вы кого-то заметили?

- Ходит под окнами… Не смотрите! На нем заклинание, позволяющее не бросаться в глаза. Не невидимка, просто неприметный человечек. Тот, кто к вам его приставил, знает о ваших проблемах с даром: магов такими чарами не обмануть.

Значит, меня все-таки охраняли.

Но я и не собиралась нарушать данное Оливеру обещание не влипать в неприятности до его возвращения. Вот когда вернется, тогда и посмотрим.

Следующие два дня прошли спокойно. И бесполезно в том, что касалось расследования. Саймон ничего интересного пока не узнал, Рысь, на которого в связи с его практикой в полиции я возлагала большие надежды, тоже не сообщал ничего нового, и я занялась тем единственным, что было мне сейчас по силам: подготовкой к экзаменам

Леди Пенелопа теперь вела прием вместо миссис Томсон и меня, помня о моей реакции на целительскую магию, с собой брала только на самые легкие случаи. Остальное время я сидела в кабинете, обложившись учебниками и конспектами, от которых меня минимум трижды за день отвлекала Белинда Лемон. Рыжая словно специально караулила под дверью, чтобы дождаться ухода леди Райс и заявиться ко мне со свежезаваренным чаем, печеньем, яблоками или же просто так, без угощенья, дабы порадовать очередным рассказом о своем обожаемом докторе. Ее болезнь прогрессировала, а я только начала изучать медицину и подсказать действенное лекарство не могла. Иногда хотелось ее стукнуть, но если бы кому-нибудь от этого и полегчало бы, то только мне.

На третий день я пришла в лечебницу чуть раньше обычного, но весь медперсонал уже стоял на ушах. Во-первых, ночью в нескольких милях от академии сошел с рельс поезд. К счастью, никто не погиб, но несколько пассажиров травмировалось, и их привезли к нам. Очень сильно пострадал маленький мальчик - лет семи, как сказала мне дежурная сестра - доктор Грин занимался им лично, и к моему приходу операция еще не закончилась. Во-вторых, собственно, поэтому я пошла к дежурной за ключом от кабинета наставницы, а заодно и узнала все подробности, у миссис Перли начались роды. Ее девочки-близняшки выбрали не самое удачное время, чтобы появиться на свет, но я надеялась, что они уже достаточно окрепли после разделения, и леди Пенелопа примет их и без участия Грина.

Сама я ничем не могла помочь. Сидела в обнимку с учебником, который даже не открывала и, пусть не умела молиться по-настоящему, мысленно просила одного знакомого бога о том, чтобы все было хорошо, и с миссис Перли, и с ее девочками, и с пострадавшим в аварии мальчиком.

Не знаю, сколько времени я так просидела и сколько еще просидела бы, если бы в кабинет, давясь слезами, не влетела Белинда.

Увидев ее, я испуганно схватилась за сердце: