Как развестись с драконом и не влюбиться - Анна Ланц Страница 8

Правда, все они тоже давно опустели. О былой роскоши намекали лишь высокие окна, добротный деревянный паркет, который неплохо тут сохранился, да изящные обои. Мебели нигде не было.

И вдруг Марфа смущенно улыбнулась, приоткрывая очередную дверь.

— Когда-то это была твоя детская. Но я жила тут все эти годы.

Я вошла внутрь, и сердце странно кольнуло. На фоне всеобщего запустения эта комната выглядела уютной: детская кровать с изголовьем, обои в нежно-розовый цветочек, креслице в виде лошадки.

— Но я сегодня же ее для тебя освобожу, — поспешно добавила Марфа.

— Не стоит, — мягко возразила я. — Я выберу себе другую комнату.

Впрочем, особого выбора не представилось. Мебель обнаружилась только в небольшой узкой спальне, бывшей комнате няни Юлании.

Там была старая перекошенная кровать и стул.

— Останусь тут на первое время.

Для себя я решила, что первое, с чего нужно начать — это покупка мебели. Пусть скромной, но все же, чтобы было на чем спать и куда сложить вещи.

«Хоть кровать да шкаф», — прикинула я. Хорошо, что Танред оставил мне денег на первое время. Интересно, сколько там? Хватит ли на самое необходимое? Или придется выбирать между матрасом и столом?

Мысль вроде бы была практичной, но почему-то стоило вспомнить мужа, как в груди разлилось странное тихое тепло. Я нахмурилась. С чего бы это?

— Идем на третий этаж, — позвала я Марфу, силой воли погашая непрошеный трепет.

Третий этаж выглядел особенно печально. Над одной из комнат провалилась крыша. По стенам расползалась черная плесень, кое-где даже пробивался мох. Здесь запустение чувствовалось сильнее всего.

— Тут в основном были комнаты для слуг, — рассказала Марфа. — Ну и кое-какие складские помещения.

Я шла по коридору, с грустью заглядывая в одну за другой двери. Кое-где прогнил пол, были выбиты окна. Да… Работа предстоит немалая.

Я зашла в одно из помещений и выглянула в окно. С третьего этажа открывался отличный вид на мои новые владения. Прижавшись к подоконнику, я задержала дыхание.

Территория оказалась куда больше, чем я представляла. Но вся она тонула в бурьяне, так что местами было трудно различить ее границы.

Впрочем, сквозь этот хаос все еще угадывались следа порядка. Вот там, левее, стройно выстроились ряды старых яблонь и других плодовых деревьев. Целый сад, в глубине которого виднелась деревянная беседка. Даже отсюда было заметно, что ее перекосило от времени.

Чуть правее — чернела круглая каменная площадка.

— Там раньше ставили жаровню и устраивали летние праздники с угощением и музыкой. — Пояснила Марфа.

Теперь же камни заросли мхом, а в стыках пробивалась трава.

За площадкой виднелись кусты роз, которые разрослись в настоящие колючие заросли.

— У твоей мамы был розарий. Лучший в округе. — С грустью шепнула старушка. — А за ним… Вон там… — Марфа указала куда-то за кусты. — Там теперь бьет родник.

Я прищурилась, пытаясь разглядеть блеск воды. Сердце почему-то невольно забилось чаще. Но с высоты ничего увидеть не удалось.

Сколько тут работы — мама дорогая. Даже просто, чтобы скосить бурьян уйдет не один час. Да какое там — не один день. А я даже косу держать не умею.

Ничего, научусь. Со всем справлюсь. В груди тихо теплилось странное чувство: это поместье и этот сад ждали именно меня.

Все случилось, как должно было случиться. И теперь я дома.

Не успела я додумать эту странную мысль, как за дверью что-то зашуршало.

— Крысы? — возмущенно воскликнула Марфа, подбоченившись. — Не было же! Я всех лично разогнала!

Я с интересом уставилась на дверь, а в следующий миг оттуда выпорхнул котокрыл.

— Габи! — удивленно выдохнула я, застыв на месте. Впрочем, удивление быстро сменилось радостью. — Как же ты меня нашел?

Черный шерстяной комочек радостно кружил вокруг меня.

— Это что еще за нечисть? — отпрянула Марфа. — Крылатый кот?

— А что такого? — осторожно спросила я. — Никогда не видели таких котиков?

Я все еще не понимала, Габи обычная зверюшка для этого мира, или же что-то нестандартное и явно наделенное магией? А иначе, как он нашел меня так далеко от замка?

— Да где ж я увижу? — старушка не спускала подозрительных глаз в Габи. — У нас в деревне только обычные коты ходят. А это, видимо, какой-то столичный экземпляр. У них там, говорят, чего только нет. На днях слыхала, что они собачек маленьких разводят, таких, что не больше кошки. И дамы везде с ними ходят. И на кой им такие собаки — непонятно. Собаки же должны быть такими, чтобы дом охранять… А те тявкают почем зря.

Я улыбнулась. Может, и правда Габи какой-то столичный питомец. Котокрыл тем временем впорхнул мне в руки и громко замурлыкал, подставляя шею для почесывания. Иногда он косился на Марфу с выражением «видала, как надо».

Старушка несколько минут его рассматривала, а потом сменила гнев на милость.

— Ну ладно, крылышками машет, а мурлыкает-то хорошо, как надо, по-кошачьи, — пробормотала она. — Идем, страшилище, я тебя молочком напою. Как раз сегодня у соседки забрала, у той корова есть. А то вон какой худой, весь в хозяйку.

Габи тут же оживился, совсем не обидевшись на «страшилище», издал радостный «мурр» и, не дожидаясь повторного приглашения, выскользнул из моих рук. Подлетев к Марфе, он мягко ткнул ее в плечо, словно подгоняя.

Я закатила глаза:

— Вот продажная душонка. Одного обещания молока хватило, чтоб завести себе нового лучшего друга.

Габи невинно заморгал, словно говоря «не обижайся».

Марфа прыснула от смеха и потрепала Габи между ушей:

— А умный какой!

Все вместе мы спустились на первый этаж. А дальше наши пути разошлись, старушка с котокрылом поспешила на кухню, а я — в кладовку за инвентарем.

Пора было браться за дела.

Я решила начать с уборки. Дело уже близилось к вечеру, и нужно было прибрать комнату, где мне предстояло переночевать.

Марфа, хоть и следила в поместье за порядком, но сил у нее хватало только на уборку в основных помещениях, а остальные давно стояли пыльные и забытые.

Я прихватила тряпки, старую швабру и набрала в ведро воды, — благо она тут текла из крана, и даже теплая!

А вот с электричеством дела обстояли хуже. Люстр почти нигде было: отец Юлании умудрился проиграть даже их. А там, где они остались, чуда все равно не случилось. На все мои щелчки тумблером туда-сюда, люстры оставались мрачными.

Я сбегала на кухню к Марфе, чтобы узнать, вдруг я что-то делаю не так. Старушка перебирала какие-то травы на столе.

— А свет