Игорь Чужин - Странник. Трилогия Страница 97

Вот такой у меня раб, сам только что мне почти всю свою кровь отдал и сидит за столом, шатаясь, но ждет меня и не начинает есть. За ужином мы съели почти все запасы, привезенные из поселка. После обильной еды самочувствие начало стремительно улучшаться, и я повел всю компанию в подвал, чтобы окончательно подправить нашу покоцанную энергетику после диверсии Лили.

Мне почти удалось закончить лечебные процедуры, когда я заметил четыре человеческие ауры, идущие по подземному ходу к подвалу. Тузик утробно зарычал, и его шерсть встала дыбом. Мы с Первым встали по обеим сторонам от входа в подземелье и стали дожидаться пришельцев. Люк мы с шаком заклинили еще в момент обнаружения, и он не должен был открыться, но чем черт не шутит? Бандиты с той стороны люка посуетились минут десять, подергали за рычаг привода крышки, тихо потолкали ее и, наконец, ушли назад по туннелю.

«Значит, Алой Темный решил не ждать завтрашнего вечера и хочет заявиться к нам в гости сегодня ночью. Ладно, он сам сделал свой выбор. Действуем так, как я и планировал: я полезу на крышу, шак спрячется в конюшне и на всякий случай приготовит лошадей. Тузик будет меня прикрывать на втором этаже, а заодно присмотрит за Лили».

Объяснив диспозицию Первому и Тузику, я полез с луком на крышу. Погода к вечеру испортилась, и небо заволокло тучами. Солнце ушло за горизонт, и вокруг стало темно, как в шахте.

Бандиты появились с трех сторон. Четверо вылезли из-под земли возле большой кучи обломков и начали подавать какие-то сигналы фонарем. Через некоторое время я заметил такие же сигналы со стороны поселка и городских ворот. Всего в группе захвата оказалось двенадцать человек. Вся группа собралась возле спуска в подземелье и начала совещаться. Затем трое отделились и стали приближаться к усадьбе со стороны ворот. Остальные разбились на две группы и направились к забору с противоположной стороны. Пора было начинать действовать.

Первой погибла группа из четырех человек, подбиравшаяся к стене со стороны поселка. Все четыре стрелы нашли свою цель, и ни один из бандитов долго не протянул, их ауры погасли за несколько секунд. С отрядом из пятерых бандитов пришлось повозиться. Они вытянулись цепочкой и шли один за другим. Я решил сначала стрелять в идущих позади бандитов, чтобы выиграть время до того момента, пока они не поймут, что их убивают. Двое умерли незаметно, но третий закричал и замолк только после второй стрелы. Двое оставшихся в живых бандитов бросились в разные стороны, петляя, как зайцы. Одного мне удалось завалить, но другой сумел скрыться среди обломков камней. Троица возле ворот, услышав крик, на несколько секунд замешкалась, но потом все-таки перелезла через стену во двор. Я перебежал на внутреннюю сторону крыши и взял троицу на прицел.

— Алой! Я тебя в гости завтра вечером приглашал, а ты сегодня приперся! — крикнул я с крыши.

Троица бросилась врассыпную. Две стрелы, одна за другой, сорвались с тетивы в долю секунды, и бандиты с воем покатились по земле, получив по стреле в ногу. Алой, как кошка, бросился вперед и перекатом ушел из сектора обстрела к стене дома. Убивать эту троицу я не собирался, мне нужно было поговорить с Алоем.

— Алой, хватит ползать на пузе, заходи в дом, поговорим! — крикнул я и спустился с крыши.

Мы с Тузиком стояли возле лестницы на втором этаже и ждали, когда войдет Алой. Дверь в дом с треском отворилась, и в кухню ворвался воин. Он перекатом пролетел мимо лестницы и, перевернув стол, спрятался за ним.

— Какого черта ты в чужом доме мебель ломаешь? — заорал я, стараясь сбить Алоя с толку. — Поставь стол на место, стрелять не буду, даю слово чести!

Алой выглянул из-за укрытия и, подняв глаза и не увидев в моих руках лука, вышел с мечом на середину кухни. Я положил свой меч на плечо и начал спускаться по лестнице. Уже спустившись почти до половины, я почувствовал, что бандит сейчас бросится на меня.

Мы застыли в напряженном ожидании, выбирая момент для атаки. В крови закипел адреналин, но все неожиданно закончилось. Мимо меня проскользнул Тузик и, рыча, направился к Алою. Волк шел медленно, словно подкрадываясь, шерсть на его холке стояла дыбом, из разинутой пасти капала слюна.

— Малхус? Хранитель? — выдохнул воин и попятился назад.

Взгляд Алоя то устремлялся на меня, то снова возвращался к Тузику. Немая сцена продолжалась несколько секунд. Наконец его глаза приняли осмысленное выражение, и он, отбросив меч, плашмя упал на пол, раскинув руки в стороны. Тузик подошел к лежащему на полу Алою и поставил ему на спину передние лапы.

— Хранитель, прости меня, недостойного! — начал воин. — Покарай меня за глупость. Я поднял руку на хранителя Дерева Жизни, и мне нет прощения. Прикажи своему малхусу разорвать меня на куски.

«Вот это номер!» — остолбенел я.

Из глубины памяти всплыл Нордрассил — эльфийское Дерево Жизни. Затем огромные глаза Старого Вожака заполнили сознание, и в ушах прозвучало мое обещание найти эльфов и спасти Дерево Жизни. На груди нагрелся амулет хранителя с надписью «Малхус» по-эльфийски, найденный Первым в логове эльфийских волков. Я не особенно задумывался над обещанием, данным Старому Вожаку, думал, что найду Викану и расскажу ей про Дерево Жизни, вот и все. А в реальности все оказалось во много раз серьезнее. Лежащий передо мной лицом вниз человек оказался очень весомым аргументом в этом вопросе.

— Хватит валяться, вставай и наводи в кухне порядок, а я займусь твоими людьми, пока они не померли.

Воин поднялся с пола, и я понял, почему его зовут Алой Темный, — передо мной стоял темный эльф. Викана тоже была гвельфийкой, но кожа у нее была светлой, с легким оливковым оттенком. Кожа Алоя оказалась темно-оливковой, почти черной. Эльф был высок и красив, как эльф, Ален Делон рядом не валялся.

— Ты темный гвельф? — спросил я.

— Нет, я темный эльф! — гордо ответил воин. — Светлые стали называть себя гвельфами после катастрофы, по названию своего клана. Мы, темные, не изменили традиции и называем себя эльфами, как и в Срединной земле.

Следующие два часа мы посвятили лечению раненых и наведению порядка на кухне. Алой беспрекословно выполнял все мои приказы и не задавал лишних вопросов. Закончив все дела и поручив заботу о раненых бандитах Первому, я повел эльфа наверх в мою комнату. Проходя мимо спальни, Алой увидел связанную Лили, но даже ухом не повел. Я усадил эльфа за стол напротив себя и начал разговор:

— Алой, расскажи о себе, кто ты, откуда и как оказался главой бандитов в Шателье.

— Я сын Алатерна, князя темных эльфов, послан отцом в Шателье, чтобы следить за магами из секты «Исход», которые ищут портал, ведущий в Срединную землю, в подземельях острова Дейрос.

— Ты так просто выдаешь мне тайны клана? Я ведь не эльф, и ты меня не знаешь. Может, я самозванец.

— Ты хранитель, а остальное не имеет никакого значения. Среди эльфов тебе нет равных по титулу. Я маг пятого уровня посвящения и вижу все знаки хранителя.

— И какие это знаки?

— Тебе служит малхус, кроме хранителей они никому не подвластны. Малхус едва не убил меня, но напасть на эльфа малхус может только по приказу хранителя. У тебя на груди медальон хранителя, и ты знаешь, где Дерево Жизни. Единственное, что не соответствует описанию, это обычная аура вокруг тебя. Но она может быть скрыта Камнем тумана, который можно найти только рядом с Деревом Жизни.

— Почему ты решил, что я знаю, где Дерево Жизни?

— По запаху. Ты недавно пользовался мазью из плодов, упавших с дерева, у них особый запах, и мы, эльфы, чуем его за версту.

— Да, запашок у них специфический! — вспомнил я вонь, которая исходила от мази.

— Хранитель, разреши тебя попросить открыть свою ауру полностью, я должен запомнить ее образ и передать всем темным эльфам, чтобы они оказывали тебе помощь по первому требованию.

— Ну, если это тебе так необходимо… — сказал я и снял афрский амулет со своей шеи.

— Какой большой Камень тумана, у нас таких нет, все в три раза меньше, — проговорил удивленный Алой, разглядывая камень, и тут же вскочил на ноги и застыл столбом.

— Парень, что с тобой, ты чего вскочил как ошпаренный?

— Я не могу сидеть перед вами, только стоять или лежать ниц.

— С какого такого перепуга? И почему это я теперь вы.

— Вы — хранитель Дерева Жизни, хозяин малхуса, истинный высокородный, пришелец из другого мира. На Геоне нет ровни вам по рождению. Я могу сказать «ты» любому эльфу на Геоне и даже Великим князьям, потому что сам — сын Великого князя темных эльфов, но вам я не ровня.

Это заявление Алоя у меня радости не вызвало. В прошлый раз, когда меня именовали подобными титулами, все закончилось в придорожной канаве, где я подыхал, поедаемый червями. Знал бы парень, что я еще и глава клана хуманов с правами на престол Великого князя, то вообще, наверное, передо мной на карачках начал ползать.