Рретанские истории - Сапфир Ясмина Страница 39

Нет, мне все-таки нужен тайм-аут. Я не рретанка и не способна на такие подвиги после ночного безумия. Даже не вспомню, сколько раз мы тогда… Сбилась со счету.

Рей втянул воздух возле моего уха, беззвучно поцеловал в мочку, повторил свой маневр с другим ухом.

– Ре-эй! – взмолилась я, когда хвост почти сделал свое дело, стянув трусики до колен.

Рретанин прорычал что-то о том, как сильно он меня хочет, но не собирается заставлять, если «его женщине» нужен отдых. Снова накрыл губами губы… Раздвинул их языком, поиграл с небом и щеками. Я уперлась руками в грудь Рея, и он наконец-то послушался. Позволил отстраниться, поправить белье.

– Покажи мне станцию! – потребовала я, стараясь, чтобы голос звучал как можно уверенней.

Рей ухмыльнулся, взял под козырек, как делали только земляне и абестанцы в армии КОР, и сдался:

– Ладно, придется мне потерпеть. Но не надейся долго от меня бегать. Мы еще не испробовали все возможности… хвоста!

Мы погуляли по станции. Она походила на небольшой мирок, втиснутый в сферу гигантского космического корабля. Здесь цвели сады с причудливыми растениями Рретана – вьюнами лломзи – цветами, похожими на гигантские розовые секиры с бахромой на остриях, акалиями, напоминающими наши розы, но с вытянутыми соцветиями и желтыми пестиками, и множеством других растений. В садах повсюду были расставлены беседки, где можно посидеть и отдохнуть. В парках тянулись к искусственному небу и солнцу зеввы – деревья, пирамидальные как кипарисы, от которых приятно веяло хвоей. Лиственные мэвы напоминали дубы кряжистыми стволами, крупными волнистыми листьями и плодами, отдаленно походящими на желуди, только круглые и фиолетовые.

В одном из парков мы обнаружили качели. Я запрыгнула на них, и Рей принялся раскачивать то рукой, то хвостом с явным намеком на то, что хвост и не такое может…

Искусственный поток воздуха охлаждал лицо, волосы развевались, платье струилось по ветру. Я запрокинула голову, прикрыла глаза и просто наслаждалась. Так в детстве летаешь на качелях, не думая о будущем, в полной уверенности, что оно прекрасно. Почему? Просто потому, что иначе не может быть.

Мы прогуляли до вечера. Перекусили в замковом парке. Слуги принесли нам горячие закуски, пироги с мясом, картошкой и мои любимые – с творогом, какую-то рретанскую выпечку и два термоса – с плодовым напитком для Рея и с ягодным чаем для меня.

Мы угощались, смеялись и радовались жизни, как дети. Давно я такого не ощущала. Даже рядом с мамой, закованная в кандалы всеобщих требований, предъявляемых к президентской дочери. Каждую минуту приходилось думать о том, как выгляжу перед всеми этими вельможами… Я стремилась не ударить в грязь лицом на очередном великосветском приеме и даже просто при выходе из дворца. Ведь все смотрят, оценивают, обсуждают…

Глаза Рея переливались перламутром весь день и вечер. Значит, он разделял мои эмоции.

Мы расстались у моей каюты. Рретанин притянул, по-свойски погладил по спине, напрягся, наклонился, накрыл рот поцелуем.

Я боялась, что опять придется уговаривать Рея подождать с новым сеансом страсти, но он усвоил урок. Нехотя оторвался от моих губ, отпустил и пожелал спокойной ночи.

Я уснула как младенец, не думая о том, что нам предстоит в ближайшие дни, и не желая вспоминать о проблемах и неприятностях. Я была счастлива сегодня и хотела, чтобы это не заканчивалось.

Глава 8

Рей

Али стала для меня наваждением. Сам себе я казался озабоченным. Я хотел ее постоянно, просто касаясь, разговаривая, только и думал о том, какая же она сладкая, соблазнительная в сарафане, под которым просвечивали контуры девичьего тела. В какой-то момент я даже не совладал с собой и попытался убедить девушку снова заняться сексом. Но она явно устала, и я отступил, сгорая от желания.

Ночь после нашей прогулки прошла в тягостном томлении и ожидании разговора с Мирайной. Меня беспокоило, что Али не могла решиться улететь со мной, собиралась о чем-то беседовать с матерью. Впервые в жизни я очень боялся. Обычно даже перед боем я испытывал душевный подъем, бросался в пекло схватки, уверенный в своей победе. Даже превосходящие силы противника не могли вызвать во мне страх. А вот маленькая абестанка вызвала.

Я боялся, что она передумает. Это у рретан есть слияние аур, после которого с любой другой женщиной я испытывал бы сплошное разочарование, ощущал бы лишь механическое совокупление, животное и грязное. Абестанцы были универсальными, легко меняли партнеров разных рас и даже любимым могли изменять с удовольствием. Кажется, они называли это полигамией. Впрочем, как и земляне.

Я страшился того, что в привычной ей домашней обстановке, рядом с матерью, которую Али боготворила, она очнется. Вдруг посмотрит на меня иными глазами и выберет какого-нибудь Ворнера. Я не сомневался, что абсолютно любого абестанца или даже инопланетянина Мирайна предпочтет мне в качестве зятя. При мысли об этом кулаки сжимались, шипы выстреливали, и мне хотелось ринуться в кровавый бой, чтобы не оставить никого в живых. Так мы, рретане, сбрасывали эмоции.

Я проворочался до утра, едва уплывая в дрему и снова пробуждаясь от мучительных мыслей. Хотелось пойти к Али и попросить, потребовать… В конце концов, объяснить, насколько мне важно отправиться вместе на Рретан. Но я дам абестанке решить самой. Она ведь не моя подчиненная и даже не подданная – она моя женщина. У Али есть свои резоны, которые я даже не позволил ей озвучить…

Я собирался позавтракать вместе с абестанкой, снова ненавязчиво завести разговор по поводу нашего совместного отлета с Неотерры, но браслет сигнализировал о том, что с бортовым компьютером пытаются связаться.

Мирайна, чтоб ее к айтаху! Не утерпела. Показала заинтересованность. Ладно, зря я так. Речь ведь идет о нашей Али. Я и сам бы торопился в таком случае.

Я быстро привел себя в порядок, запрограммировал завтрак для Али и отправился в кабинет. Наглухо закрыл дверь, защитил силовым полем и включил компьютер. Мирайна Дэйл казалась очень взволнованной, хотя и пыталась это скрыть. С чего бы? Еще недавно я согласился на ее требования, и вроде бы мы пришли к соглашению.

Странно, все это очень странно. Некстати вспомнилось нападение на Евразию и диверсия, когда Али пытались похитить… Факты крутились в голове беспрестанно, возвращая к мысли, что Мирайна о чем-то подозревает, но не сообщает даже дочери.

– Кабинет министров одобрил наше соглашение. Мы прекратим добычу эрития, но при одном условии. Вы отдадите нам все запасы, которые накопились на данный момент, и позволите беспрепятственно вывезти наше оборудование с Рретана. Ознакомьтесь, коммодор Рейминар Тар Ренс. – Президент сунула мне голограмму листка договора, заверенную ее подписью, подписями министров, ДНК всех перечисленных лиц и правительственной печатью.

Компьютер просканировал документ на подлинность и выдал положительное заключение.

– Вам нужно лишь добавить свою виртуальную подпись и печать дома Тар Ренс, коммодор, – продолжила Мирайна и вскинула голову.

Боже, как они похожи с Али! Моя абестанка точно также вскидывала голову, когда хотела казаться уверенней. Даже сейчас, на переговорах, я не мог думать ни о чем, кроме Али наших отношений. Плохо, непрофессионально, но ничего не попишешь.

Компьютер проверил документ снова. Я перечитал все пункты по буквам. Ничего нового. На сей раз земляне с абестанцами не подложили нам никакой свиньи, как они сами любят выражаться. Хорошо. Не хватало ссориться с Мирайной в такой важный для меня момент.

– Я хочу уточнить. Доступ к технологиям вы получите, как только я беспрепятственно вернусь на Рретан. Не раньше, – добавил я.

Президент КОР не удивилась.

– Мы так и предполагали. Ключ к документам вы привезете с Рретана? И он активируется, только когда вы вернетесь, после передачи Али?

– Да.

– Этого мы ожидали и заранее согласились. – Президент хмыкнула, словно говорила: «И когда это я вас обманывала?»