Владимир Тимофеев - Игрушечный мир. Отдохнем по-взрослому Страница 15

– С чем?

– С оперативными псевдонимами, – терпеливо пояснил подполковник. – Ну и с литературными, соответственно. Слышал уже, небось, что Дон-Скорчевский очередную нетленку сваял?

– Да нет, я как-то не слежу.

– А зря. Он ведь тоже, в некотором смысле, коллега.

– Вот это да! – не удержался я. – Неужели из «дембелей»?

– Ну, подтвердить это я тебе не могу, сам понимаешь. Скажу только, что к нашей службе они некоторое отношение имеют.

– Они?

– Они, – подтвердил Пётр Сергеевич. – Мужчина и женщина. Пишут вместе. И очень, знаешь ли, неплохо получается.

– Вы думаете? – усомнился я. – А по-моему, муть несусветная.

– Эх, Андрей, да причем здесь это? Муть или не муть, какая, в конце концов, разница? Главное, что народ по их книгам воспринимает всю нашу службу в нужном ракурсе. И «друзья» забугорные правильные выводы делают. Это точно – проверяли уже. Но в целом, ты, конечно, прав. Чушь редкостная. Хотя и правдоподобная.

«Да уж, правдоподобная». С последним утверждением товарища подполковника я был категорически не согласен. Но опять же, это всего лишь мое мнение. Подавляющее большинство наших милых дам и существенно меньшая, но всё же весьма внушительная часть мужского населения поглощали опусы «нового гения русслийской словесности» Дария Дон-Скорчевского со страшной силой и преогромнейшим удовольствием, не обращая внимания ни на многочисленные нестыковки сюжета, ни на заезженные штампы, ни на откровенные ляпсусы в виде «прыгающей вверх-вниз стрелки осциллографа». Прямо-таки с какой-то пугающей всеядностью поглощали и требовали еще, «и побольше, побольше». Что ж, о вкусах, конечно, не спорят. Я ведь и сам, помнится, пытался прочесть пилотный роман «гения» из серии «Пупсики на диване», но, увы, где-то на середине сломался окончательно, запутавшись в хитросплетениях сюжетных линий. Настолько мощных, настолько «патриотичных» и настолько новаторских, что мой «заторможенный» разум оказался не в силах постичь всю глубину замыслов «творца».

Если же коротко, то сюжет шедевра сводился к следующему. Двое «пупсиков», то есть двое сотрудников ПУПСа (Первого Управления Программных Стратегий ДОЛБоЧ), отважный агент Тарас Убийконь и его не менее отважная подруга Марыся Задерищенская отправляются в Даусовскую Барабанию похищать некий таинственный Серый Камень Абака, который, по мнению их непосредственного начальника Семёна Бобруйского, спрятан в диване, который, в свою очередь, томится на четырех ножках в какой-то парадной зале, которая, соответственно, во дворце султана, который – в столице Барабании, которая – …

Ну, в общем, вы поняли: игла – в яйце, яйцо – в утке, утка – в зайце, ну и так далее – с пересадками до Ивана-царевича… Вроде всё просто, и всё логично: езжай себе на Барабанию, пробирайся во дворец, вскрывай обивку, хватай камушек, уноси ноги, а потом гордо рапортуй о выполненном задании. Сюжет как сюжет, без изысков, но и не придерешься особо. Однако нет, автор не дает своим героям расслабиться. Путь к цели они пролагают через Байбак и Байбан, две жутко похожие, но постоянно соперничающие планеты, все различия между которыми сводятся лишь к способу кручения хвостов у баранов. Байбакцы крутят по часовой стрелке, а байбанцы – против. Это неразрешимое противоречие очень хитро используют наши Тарас и Марыся, подключаясь к секретному каналу связи между планетами, отправляя по нему в обе стороны две телеграммы. Послания главам государств будто бы от лица друг друга. И в каждом – ворох претензий, а сами адресаты на протяжении всего текста именуются то «бараньими окатышами», то «верблюжьей отрыжкой». Вполне естественно, что подобного оскорбления лидеры как Байбака, так и Байбана, вынести не в состоянии и потому тут же объявляют священную войну со всеми вытекающими. А доблестные «пупсики» планово начинают ловить рыбку в мутной воде.

Правда, на хрена им всё это было нужно, я, например, так и не понял. Возможно, это был просто авторский посыл про гуманизм и миролюбие спецслужб, сумевших таки остановить войну. Как обычно, в самый последний момент Тарас с Марысей тырят аккумуляторы для боевых роботов, причем все, общим весом тонн так пятьсот, и вручную закапывают их на каком-то пустынном астероиде. А что в итоге? В итоге, как обычно, мир, дружба, жвачка. Или не жвачка, а какой-нибудь «насвай» (надо же как-то и местный колорит подчеркнуть).

Что ж, этот посыл автору безусловно удался. Лично мне отчего-то захотелось послать гения туда же, на тот самый астероид, а заодно БСЛ (большую совковую лопату) вложить в мозолистые авторские ручонки. Очень, знаете ли, мечталось заставить «творца» собственноручно откопать все уворованные батарейки. Особенно, когда представил себе несчастных «бабаев» (так на Байбаке-Байбане «быриков» называют), на остатках энергии бредущих по городам и весям с протянутым щупальцем, жалобно завывающих: «Обидели баба-а-айчика. Отняли батаре-е-ечку».

Но, впрочем, шайтан с ними, с бабаями, там действие дальше продолжилось. Оба агента после байбакбанской авантюры рванули-таки к дауситам на Барабанию. Аж с двух сторон в бой ринулись. Тарас трех султанских жен принялся охмурять, а Марыся за самого султана взялась. И, в конце концов, добрались они таки до дивана вожделенного, вот только, как водится, всё перепутали. Точнее, не всё, а только сам диван. Не в ту комнату в темноте забрели – у султана ведь комнат во дворце до хрена, вот и ошиблись дверью. И султан с султаншами, и Тарас с Марысей. В итоге султанская семья на одном диване всю ночь отношения выясняла, а «пупсики» на другом резвились. Лишь к утру выяснив, что промахнулись с партнерами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Сноски

1

Эта песенка (на мотив «Господа юнкера» Булата Окуджавы) ежегодно (начиная с 70-х) исполняется в традиционной части фестиваля-конкурса «Физтех-песня». Кто именно написал стихи, автору доподлинно неизвестно.