Милослав Князев - Великая миссия Страница 33

Она думает, что сможет меня таким ответом задеть. Наивная.

— Ты, мастер Нарин, спроси её, так ли она уверена в том, что тот же Дрейк не станет на неё нападать.

— Мастер Нарин, ответь, пожалуйста, этой светлой, что никакая собака, в том числе Дрейк, никогда на меня не нападёт.

Всё! Попалась тёмная. Приятно осознавать, как легко мне удалось, не только заманить её в ловушку, но и хорошо разозлить, вон, она даже забыла подчеркнуть, что собака должна быть немагической. Смотрю на Ва'Дима.

— Так, ушастые, обе, прекратили балаган! — говорит он.

Я — само послушание, тут же прекращаю, даже на «ушастую» не обижаюсь. И вообще, становлюсь, как говорит сам Ва'Дим, хорошей, белой и пушистой.

— Но не могу же я молчать, когда меня пытаются так лживо оскорбить?!

Тёмная ещё и оправдываться пытается, никакого достоинства.

— А лживо ли? — спрашивает Ва'Дим.

Нужно запомнить этот его тон, чтоб потом самой не попасться.

— Лживо! — самоуверенно заявляет тёмная.

— Так собаку мы имеем, тёмную эльфийку тоже, можно и проверить.

— Можно.

Ну всё, попалась тёмная! Теперь уже окончательно. Смогу посмотреть со стороны, как я тогда выглядела.

Ва'Дим зовёт Дрейка, цепляет поводок, становится поудобнее, всё как в тот раз, но теперь я понимаю значение этих приготовлений. А тёмная не понимает, гном с Зарой тоже.

— Дрейк! Чужой! Фас!

Молодец Дрейк! Так её, тёмную! Она аж отскочила, горжусь собой, я тогда не сделала ни шагу назад. Чувствую магию, тёмная готовит, с перепугу, боевое заклинание. Беру её на прицел, пусть только попробует. Сдерживается. А жаль. Ва'Дим успокаивает и отпускает Дрейка, но я не даю псу начать вилять хвостом перед тёмной, а зову к себе и угощаю подготовленным заранее куском мяса. Заслужил. Моё прощение за прошлый раз тоже заслужил.

Позволить светлой так просто заманить себя в ловушку — это непростительно. Вон, какая довольная, собаку гладит, совсем ещё девчонка. Наверняка ведь Ва'Дим проделал этот номер и с ней, откуда ей ещё быть такой уверенной в результате? Не своим же умом дошла. Вот только никому этого не докажешь, наверное всё было без свидетелей, а как собака напала на меня, видели все. Странный пёс. Нет, бывают и более странные, но там всегда видны следы магического воздействия, а тут ничего такого нет…

А вообще у этой светлой что-то с головой. Стоило нам остановиться на ночлег раньше обычного, как она устроила с Ва'Димом тренировки по фехтованию. Тоже мне, великий мастер меча. Ничего, кроме того, что преподают молодёжи на уроках в начальной школе, не умеет, а корчит из себя опытного учителя. И Нарин с Зарой смотрят на это безобразие совершенно спокойно, хотя даже у гнома получилось бы лучше, а уж у Зары тем более. И показывает светлая исключительно приёмы предназначенные для мифриловых мечей. Не знаю, откуда у Ва'Дима столько мифрила — кольчуги у него и у светлой я сразу заметила, да и меч, судя по всему такой же. Недолюбливаю я мифриловые мечи, веса в них мало, ни доспех толком пробить, ни перерубить врага пополам. Скорее церемониальное оружие, чем боевое. Оно и понятно — тот, кто может позволить себе такой меч, редко сам в бой полезет.

До темноты ещё было время, но уж больно удобное место для ночлега попалось. И хотя никто не устал настолько, чтоб валиться с ног, все были рады привалу. Но стоило нам остановиться раньше, чем обычно останавливались в Проклятых землях, как Эль тут же устроила тренировки. Только я не очень понял, это она действительно обо мне так заботится, или перед тёмной выпендривается?

А после тренировок Эль не утерпела и снова начала скандал. Опять поют на своём эльфийском. Лара ладно, она думает, что никто, кроме светлой, её не понимает, а Эль ведь мне сама языки передавала. Или передала больше, чем хотела? Или просто прикидывается, что не знает, что я знаю эльфийский? И что мне с ними теперь делать? Так и хочется взять фотоаппарат, и заставить эльфиек выполнить всё то, что они сейчас друг другу обещают, ту часть, где не идёт речи об убийстве. Любой порножурнал потом такие фотографии с руками оторвёт. Разбогатею.

— Мастер Нарин, — обращаюсь я к гному, — когда ты нам рассказывал, чем тёмные эльфы отличаются от светлых, то забыл упомянуть одну очень важную вещь.

Чувствую, мы с Эль ещё не раз успеем надоесть гному этими словами.

— Это какую же? — спрашивает гном.

Эльфийки продолжают ругаться, но ухи-то у обеих в нашу сторону повёрнуты.

— Тёмные более дисциплинированны: обещала, первой скандалы не устраивать, вот и держит слово.

— А откуда ты, мастер Ва'Дим знаешь, о чём они там поют? Может и не ругаются вовсе.

— А что же ещё? Неужели ты думаешь, что они погоду обсуждают, или там виды на урожай желудей с Древа Жизни? Может готов поставить свой топор, против моего меча?

Гном не готов. А эльфийки уже не ругаются, а сидят, демонстративно развернувшись спинами друг к другу, и на этот раз даже не подглядывают. Может, есть кто-то наивный, думающий, что после этого случая скандалы прекратились? Нет, конечно. Просто перешли на другой уровень.

— Уважаемый мастер Нарин, будь добр, если тебе не трудно, передай этой тёмной, что…

— Почтенный мастер Нарин, будь любезен, если тебя не затруднит, скажи этой светлой, что…

— Дорогой Нарин, ещё раз тебя побеспокою, но скажи, пожалуйста, этой тёмной, что…

И так продолжается до тех пор, пока у одной из эльфиек не кончается терпение, и она не обращается напрямую к сопернице. Тогда та, с гордым видом победительницы, разворачивается спиной к оппонентке. Скандалить, оказывается, можно и не разговаривая друг с другом. Но есть и плюсы. Во-первых, соревнуясь в уважительных эпитетах, которыми они награждают гнома, не очень-то поорёшь. А во-вторых, если раньше они пытались спровоцировать друг друга на действия, то теперь стараются продемонстрировать одна другой своё превосходство.

А сам Нарин, во время эльфийских перепалок, в которых он выполняет роль посредника, не произносит ни слова, только довольно щурится. Наверное, представляет, как будет обо всём рассказывать у себя в горах. Только я сильно сомневаюсь, что ему хоть кто-нибудь поверит.

Вечером, после номера с Дрейком, Эль опять муркнула и потёрлась об моё лицо щекой. Это вся её благодарность? Дрейка она и то больше гладила. А чего я собственно ожидал? Но для начала тоже неплохо.

И зачем я так красочно описал, что светлые от тёмных почти ничем не отличаются? Мне теперь об этом будут напоминать по любому поводу. Эледриэль ладно, я бы очень удивился, если бы эльфийка такого не припомнила, но и мастер Ва'Дим туда же. И если бы только напоминал, а он сумел стравить эльфиек так, что они теперь не убить друг друга пытаются, а унизить. И всё это через мою голову. Сначала мне даже нравилось, как они почтительно ко мне обращаются.

— Многоуважаемый Нарин, извини, что опять вынуждена тебя отвлекать, но этой светлой непременно нужно сказать, что она…

— Любезный Нарин, очень прошу прощения, что отвлекаю тебя от важных дел, но ещё раз скажи этой тёмной, что у неё…

— Глубокоуважаемый мастер Нарин, ещё раз прошу прощения, что вынуждена тратить твоё драгоценное время на эту светлую, но я готова заплатить, если ты очень точно передашь ей, что…

Но потом быстро надоело, ведь они могли так упражняться часами. И говорить им было что-либо бесполезно, они только мастера Ва'Дима и слушают. Вот так идёшь и думаешь: быстрей бы какая-нибудь нечисть напала на одну из ушастых, а лучше на обеих. Мы, в конце концов, по Проклятым землям идём, или по королевскому парку? А сликовники? Они что, нам так просто свой алтарь простят? Быстрей бы догоняли и забирали свою тёмную, а мы им и светлую в придачу отдадим.

Ну вот, накаркал.

Глава 10

Сликовники нас нагнали на равнине. Никуда не скрыться, нигде не спрятаться, но и неожиданных сюрпризов в виде внезапно напавшего со спины вражеского отряда, или пополнения пришедшего к противнику в самый последний момент, тоже не будет. Хотя от этого не легче. Весь их отряд сразу виден — тридцать один человек, все конные, при таком численном перевесе пополнение им точно не понадобится. Охранников-зомби только десяток, остальные жрецы. Двое из них высшего ранга, тут и на амулеты смотреть не нужно, отсюда чувствую, да и по одежде с оружием не ошибёшься, кто из нападающих главные, а кто подчинённые. А чего мы ещё ждали, после того, как разбили алтарь? Что пошлют жреца низшего ранга с десятком охранников?

Интересно, как мой покровитель там, наверху, будет выкручиваться? Или просто позволит жрецам сейчас меня убить, а потом они и братцу отомстят, за мой дерзкий побег? Формально соответствует высказанному мною пожеланию, но это не его стиль.