Милослав Князев - Великая миссия Страница 40

А в одном большом зале мы нашли карту, или скорее даже макет всех Проклятых земель. Эта самая, рельефная карта, была построена на большом каменном столе, занимающем весь центр зала. А в специальных нишах даже металлические фигурки воинов, всадников и модельки осадных машин нашлись. Своеобразный центр планирования и управления боевыми действиями. Или это просто детская комната, где сын хозяина замка играл в оловянных солдатиков, разыгрывая свои великие сражения? Скорей всё же центр управления, слишком уж этот зал на детскую комнату непохож, да и расположение коридоров тоже об этом говорит.

Я с самого начала не мог понять, как одна крепость, пусть и такая большая, охраняла все семь перевалов? В один зашёл, в другой вышел, а к крепости вообще не подходи. Но оказывается, что очень даже могла. На каждом перевале, в ключевых местах, были укрепления поменьше. Сейчас там наверняка ничего нет, всё разрушено, но раньше было надёжно защищено. Карта, конечно, слегка устарела, но и по ней можно планировать дальнейшую дорогу. Не джипиэс, но за неимением лучшего и она может пригодиться. Эльфийки тут же получили партийное задание перерисовать этот макет Проклятых земель в альбом, а то герб имеем, а карты владений нет, несолидно получается. Выполнили они его с блеском, причём уже пройденный нами путь нарисовали таким, какой он есть на самом деле, а не таким как изображён на старинной карте. Ещё бы такую же карту самой крепости найти и можно будет чувствовать себя как дома. А возможно где-то тут и есть, но попробуй найди, мы и на эту-то случайно наткнулись.

А найденная карта означает конец отдыха. Теперь есть от чего отталкиваться в планировании дальнейшего пути. Покидать такую гостеприимную долину не хочется, но долго тут не высидеть. Просто одичаем в одиночестве.

А вот Нарину наши походы по замку, с непременным фотографированием везде, где можно, и где нельзя, не нравились. Он вообще после первого удивления, на фотоаппарат смотрит неодобрительно. Такая сложная техника создана для такого глупого и легкомысленного занятия. О том, что фотографии потом на бумаге распечатываются или на мониторе компьютера просматриваются, я спутникам не рассказывал. Хотя думаю, что и узнав об этом гном всё равно не одобрил бы фотосессии с полуголыми эльфийками. А вот сами эльфийки наверняка прониклись бы ещё большим уважением к такому 'артефакту'. Но Нарин себе тоже занятие по вкусу нашёл. Сначала выстрогал новую рукоятку к одному из своих молотов, почему только к одному я так и не понял, ведь и времени и материалов в достатке. А потом раскочегарил одну из кузниц. Что он там ковал, я тоже не понял, вроде оружие и броня у всех и так в порядке.

Кузницы в крепости хорошие, просторные, с отличной вентиляцией и оборудованы тоже хорошо, в них и гному поработать не стыдно. А в одной, судя по всему, гномы и работали, всё под наш рост приспособлено. Её-то я и растопил, тем более что там даже меха сохранились. Ничего из доспехов или оружия не ремонтировал — не нуждается оно в ремонте, а просто выковал кое-какой нужный инструмент. Вот всё говорят эльфы то, эльфы сё, какие эльфы отличные наездники и как хорошо о лошадях заботятся, а гномы наездники самые худшие и ухаживать за лошадьми вообще не умеют. Должен признать, что мы, гномы, ездить верхом действительно не очень любим, всё остальное — враньё! Кто лошадь лучше всех подкуёт? То-то, лучше гнома — никто! Вот например, обе ушастые так хорошо о наших лошадях заботятся, а хоть одна из них подумала, как эти лошади будут жить после того, как мы их оставим? Конечно не подумали. Эльфийки, как я подозреваю, вообще ни о чём, кроме как о своей внешности думать не способны. А вот гном подумал. Потом мы лошадям уже ничем помочь не сможем, но кое о чём можно позаботиться заранее. Вот потеряет одна из них подкову, и что? А так и будет хромать, потому, как новой уже никто не поставит. Вот я инструмент и подготовил, чтоб всех лошадей расковать, без вреда для копыт. Пусть живут на воле так, как и положено богами.

Глава 12

В долине семи перевалов мы задержались на две недели, пока эльфийки по очереди разведывали эти самые перевалы, в поисках такого пути, где пройдём мы все, а не только они. Гномов очень часто, причём ошибочно, называют горными жителями, хотя на самом деле они подгорные. А по горам лучше всех лазают эльфы, почти так же хорошо, как и по своим деревьям. Вот мы и ждали в долине, пока одна из ушастых уходила в горы на день, два, или три. Не знаю, чего все так этой долины боятся, ну шарахнули по ней три тысячи лет назад чем-то непонятным, и что с того? Сейчас-то тут всё в порядке — ни нечисти, ни зловредной магии, ни просто опасных хищников. Живи и радуйся.

Подходящую дорогу через один из заваленных перевалов отыскала Эль. Заявила, что все пройдём, даже её ослик. А вот лошади точно не пройдут, но теперь мы могли оставить их со спокойной совестью, тут наверняка не пропадут.

Долину смерти покидали с сожалением, уж больно гостеприимной она была. А вот тропа найденная Эль наоборот, оказалась очень тяжелой, особенно учитывая груз который тащил на себе каждый из нас. Во многих местах проходимость была крайне условной, эльфийки залезали на какую-нибудь неприступную стену, сбрасывали верёвку и затаскивали гнома, потом втроём все вещи, ослика с сенбернаром, и нас с Зарой. И так не меньше десятка раз за весь переход. Кстати тёмная по этому поводу не высказала и полслова претензий, видимо разведанные ею пути были намного хуже. Вымотались мы за эти четыре дня невероятно.

А когда дорога стала проходимой, обе ушастые предупредили, что опять чувствуют нездоровый магический фон Проклятых земель. И не только фон, присутствие нечисти тоже чувствуют. Так что кончилась наша спокойная жизнь, рассчитывать на наличие ещё одного алтаря бога Слика, и его жрецов услужливо разгоняющих всё что есть из самого опасного, не стоило.

В первую же ночь по эту сторону перевала на наш лагерь попыталась напасть стая волков. Эль выскочила из палатки с луком, но в отличие от того анекдота ещё и с колчаном, и почти всех перестреляла. Позже мы нашли девять волков с её стрелами, ещё одного зарубила мечом Лара, а один успел сцепиться с Дрейком. Хотел загрызть сенбернара, но не угадал и был загрызен сам. Но волки оказались не совсем волками, а очень даже оборотнями, и теперь, покусанный одним из них, Дрейк медленно умирал. Эль старалась изо всех сил, но у неё ничего не получалось. Сидела над псом два дня, сама вся исхудала (никогда бы не подумал, что эльфийке есть куда худеть), но всё-таки выходила. Оклемавшийся Дрейк выглядел крупнее (с чего — непонятно, ведь за эти два дня ничего не ел), был сильнее и, по словам обеих ушастых, больше не был странным. В том смысле, что конечно и дальше для собаки выглядел необычно, но теперь в магическом плане были легко различимы следы укуса оборотня, которыми и объяснялась вся странность. Ещё один день ждали, пока оклемается сама Эль, потом пошли дальше.

Вот теперь я понимаю, что такое Проклятые земли на самом деле. До долины семи перевалов мы вообще как по парку шли, пускай и сильно запущенному. А я всё думал, чего все этих земель так боятся? А по эту сторону всё сразу стало более чем понятно. Каждую ночь нас теперь кто-то обязательно будит. Эльфийки вон, даже ночные дежурства поделили, хотя и очень не любят этого дела, особенно светлая — от меня, Нарина и Зары, не обладающих магическим даром, в этом смысле не было никакого толку. Я, бывало, оставался на пару часов с Эль, или Ларой, чтоб поддержать компанию, так видел, как одна вдруг выпускала в темноту стрелу, а другая огненный шар. А вой подтверждал, что выстрел был не напрасным.

Во время одного из таких дежурств я порасспрашивал Лару про огненные шары. Почему они у неё почти не светятся в темноте? Только при попадании во что-то бывает вспышка, да и то яркость больше от горючести мишени зависит. А вот те шарики, что они с Эль развешивали над столом, светили очень даже неплохо. Для начала эльфийка объяснила, что боевые огненные и бытовые осветительные шары — это две совершенно разные вещи. Я, конечно, согласился, оправдываясь тем, что, разумеется, мне это известно, просто привёл как пример разной яркости свечения.

— Так и огненные шары бывают очень разной яркости, — объясняет Лара, — особенно у неопытных магов.

И для примера запустила в сторону стоящей недалеко от нас, и чернеющей на фоне тёмного неба скалы, очень яркий шарик, а взрыв был вообще ослепительным — фейерверк в чистом виде.

— Опытные же маги учатся экономить далеко небезграничную магическую энергию и не расходовать её на красивое, но бесполезное свечение боевого заклятия. Иногда конечно бывает нужно, и ослепить, но этому тоже учатся.

Потом эльфийка неуверенно попыталась объяснить, что такое спектр. Её неуверенность заключалась в том, что она сомневалась, а пойму ли я эти объяснения. Но тут уже я прочёл ей лекцию о свойствах света, то, что помнил из школьной физики, а помнил немало, так как учился ещё во времена СССР, и про спектр, и про длину волны, и про ультрафиолет с инфракрасным излучением, которых люди не видят. А эльфы? Эльфы оказывается, тоже не видят, но самый краешек и того, и другого способны различить, а вот маги, при желании, видят в любом спектре. Один из способов ночного зрения в этом, кстати, и заключается.