Безумные сказки Андрея Ангелова. 2021 год - Андрей Ангелов Страница 99

— Я хочу сказать, что… как ты можешь спокойно прыгать на дефке4, когда невдалеке лежит золотая лошадь весом в полторы тонны! И знаем о ней только мы. К нашему взаимному счастью я не занимался ерундой, и мой мозг усиленно работал. В голову пришли мысли и я хочу поделиться ими с тобой!

Очкарик вытащил у фрэнда из кармана ириску, основательно зажевал. Всучил Джорджу фантик и заметил:

— Нельзя коня оставлять здесь долго. Его ещё найдут! Восемьсот лет золото лежало в земле, но сейчас, похоже, настал момент находок.

Джордж раскрыл полы палатки и выкинул фантик. Светоч успокоил нервы и готов к диалогу. Вперёд!

— Надо отдербанить копыто, что торчит из косогора. Оно слишком бросается в глаза. Встаёт тактический вопрос — как это сделать? — спросил Джордж. И сам же и ответил:

— Можно взять кувалду и бить по копыту до тех пор, пока оно не отломится!

— Золото — мягкий металл, — выдал справку Светоч. — Он не ломается, а гнётся.

— Чёрт! Тогда… я придумал отпилить ногу. Только у нас нет ножовки по металлу.

— Зато есть у профессора, — просветил ботаник.

— Отлично! Надо украсть инструмент.

— Не надо. Профессор даст по моей просьбе. Навру ему чего-нибудь…

— Договорились, — кивнул Гейзер. — Ночью произведем отпил. Золотое копыто спрячем в вещах. Стену косогора, где лежит основная туша, заделаем мокрой глиной. А потом… надо отпроситься у профессора домой, типа заболели.

— Экспедиция и так уедет домой, — поправил Светоч. — В течение пары дней. Поэтому не вижу причин для лишних сложностей…

— Как это? — удивился Гейзер. — Нам ещё неделю здесь париться. Курган выкопан только наполовину, а пока не отроем его весь… и не вскроем там могилу монголо-татарина… ни шагу в город!

— Положись на меня? — попросил Светоч. — Через пару дней экспедиция уедет в город, я гарантирую!

Джордж испытующе глянул на очкарика. Светоч не похож на парня, который может что-либо гарантировать. Кроме гарантии положительной отметки в зачетке. Если, конечно, ты у него списал ответ на билет. Однако золото меняет не только людей, но и отличников… К тому же, Михайло Васильевич хлипок внешне, да крепок внутренне. Самые продуманные парни — это ботаники, на самом-то деле!

— ОК, — решился доверить своей интуиции Гейзер. — Мы увозим копыто в Астрахань! Там золото продаём дельцу, который не задаёт вопросов. На вырученные деньги покупаем тачку, приезжаем, пилим коня бензорезом. Всё так?

— Всё так, — подтвердил очкарик. Рука нечаянно тронула трусики, позабытые Олесией… медленно сжала. Мысль перестроилась на другую волну.

— До ночи! — подмигнул Гейзер, намереваясь вылезти из палатки.

— Постой! — попросил Светоч, тиская кружева. И быстро спросил: — Ты Олесию… любил?

Гейзер захотел соврать, но понял, что врать в итоге не хочется.

— Нет, — вымолвил Джордж с неохотой. — Мы с Леськой лютые враги.

«С тех самых пор, как она Гейзеру отказала! Единственная из тех, у кого он просил. Весомый повод, чтобы записать девушку во враги!» — шепнула совесть Джорджа. Но мысли совести будет озвучивать только психически больной. Даже лучшему фрэнду…

— Сегодня Олесия второй раз меня заметила! — поделился радостью Светоч. — За всё время знакомства…

— А первый раз когда? — без интереса спросил Гейзер.

— В прошлом году! Спросила годы правления Ивана Калиты!

Джордж отбросил дурацкие мысли о своей мужской несостоятельности. Ухмыльнулся в своей манере:

— Если бы я страдал из-за каждой дефки, то давно бы наложил на себя руки! — он вышел из палатки.

— Ты легко относишься к половым связям, — пробормотал Светоч. — А я девственность берёг именно для жены.

3. Досадная случайность

Окрестности окутала ночь, луна стояла во второй четверти.

Даша открыла калитку своей усадьбы, и выкатила за ограду велосипед. Легко прыгнула на сиденье и методично закрутила ногами педали. Поехав сначала по неширокой сельской улочке — мимо магазина, потом свернув к бескрайним полям.

За Дашей пристально наблюдала баба Васа — соседка. Проводив женщину плотоядным от любопытства взором — Васа намылилась бежать к подружкам, дабы поделиться…

— Девчёнки, а Дашка-та опять ныне укатила к своему ентому хахалю! — обычно так начинался рассказ Васы.

Но Васа вовремя вспомнила, что ночью деревенские старухи спят. Это ей приспичило проверить свеклу на предмет целости от местной алкашни! И Васа отложила свои побегушки до утра.

Примерно в это же время, в лагере археологов, из своей палатки вылез профессор. Воровато оглядевшись и никого не заметив… повернулся спиной к ряду палаток, задвигал руками. И стал писить!

Облегчившись, Шер постоял ещё немного, задрав голову к звёздному небу.

— Эх, красота! — сказал негромко.

Взглянул на наручные часы и направился к леску. Из чьей-то палатки за ним наблюдали чьи-то глаза.

* * *

— Мы похожи на Балаганова и Паниковского, — вымолвил Светоч, жуя ириску.

— Они пилили чугунные гири. А чугун легче поддаётся пилке. Поверь. Золото очень вязкий металл, так тяжко идёт! — Гейзер пыхтел и плевался, юзая ножовкой по конской ноге. Золотые опилки мелкой струйкой сыпались в полиэтиленовый пакет, предусмотрительно положенный на землю — под местом отпила.

Берег реки обнимала всё та же ночь, лунный свет немного освещал сцену. Пространство рядом с косогором наполнял «жужжащий» звук распиливаемого металла. Негромкий и внятный.

— Давай-ка теперь ты, — Джордж отставил ножовку. Отошёл в сторонку, вдыхая воздух полной грудью. Михайло взял одной рукой инструмент за ручку, а другой рукой обхватил ножовку сверху. И начал пилить!

— Профессор спрашивал, зачем ножовка? — обронил Гейзер.

— Да, — ответил очкарик. — Я сказал, что остриё лопаты постоянно загибается, решил его отпилить.

— И Шер поверил? — не поверил Джордж. — Знаешь, сделать это с лопатой почти нереально. Лучше отломать.

— Не знаю, поверил он или нет. Но он дал ножовку. Что нам и требовалось. Не так ли?

Летом ночи короткие, а толщина золотой конской ноги имеет свойство заканчиваться. Металлический скрежет прервался, когда на небосклоне показалось красное солнце.

— Часа три пилили, — заметил Гейзер.

Друзья заделали место отпила мокрой глиной (из косогора торчало продолжение ноги 3-х см длиной), взяли пакет с опилками и собственно копыто. И потихоньку направились к лагерю. Светоч осторожно выглянул из-за деревьев, оглядел досыпающую последний часик поляну с палатками. И прошептал:

— Все дрыхнут, вперёд, — он сделал два шага к лагерю. На интуиции не уловив за собой шагов фрэнда — обернулся. Недоуменно вскинул брови. — Георгий?

— Ты где?..

Не одному тебе внезапно исчезать, ботаник! А тишина нам не отвечает, как известно. Очкарик поспешно шагнул назад, тиская пакет с золотыми опилками и ножовку.

— Ау, Георгий!

Из-за ближайшего куста раздалось пуканье и голос Джорджа:

— Ну, чего орёшь? Погоди минутку.

Светоч чуть прогнулся в сторону, увидел голову присевшего Гейзера:

— Посмотри лопушок, я поблизости все вырвал, — попросил лучший фрэнд.

— В таких делах я не помощник, — отказался очкарик. — Увидимся, — он повернулся и отошёл к лагерю.

— Эй! А если я больной попрошу стакан воды? Тоже не подашь! — возмутился Джордж.

— Сравнил, — донеслось с тропки. — Воду для болящего и анус засранца.

— Заметь, богатого засранца, — проворчал Гейзер. И поднялся, осматриваясь в поисках лопушка.

* * *

Палатка профессора была такой высокой, что позволяла стоять человеку в полный рост! Если гость желал постоять или не смел сесть. Сам хозяин палатки обычно сидел, поджав по-турецки ноги. Этим утром тоже. Шер приземлил заднее место на подушечку-думку и вносил записи в «Полевой журнал». Тетрадь покоилась на планшете, а планшет на скрещённых коленях ученого. Снаружи послышался ищущий голос:

— Виталий Степаныч, вы дома?

— Заходи, Михаил.

В палатке появился Светоч. Не сел, а с порога подал ножовку:

— Возвращаю.

Профессор взял инструмент и положил его рядом с собой.

— Виталий Степаныч… — начал, помявшись, Светоч. — Студенты… они хотят домой… Ну, измотали полевые условия! Это я с вами не первый год, а ребята… с непривычки.

Взрослый ботаник молча смотрел на юного ботаника.

— В общем, ребята готовы ударно поработать сегодня, во имя Науки. Сделав тройную норму. Чтобы с чистой совестью укатить домой не позднее, чем послезавтра. Вот как-то так…

Повисла тягостная