Елена Усачева - Большая книга ужасов 2015 (сборник) Страница 108

Мите удалось так глубоко уйти в себя, что он перестал слышать скрежет крысиных зубов, больше не было старого сундука, темноты и пыли, не было ужаса и одиночества. Все стало как раньше: он вернулся домой, там были все, кого он любил и кто любил его, там было безопасно, светило солнце, и еще там были Ника и Андрей. Они смеялись и звали его, протягивали к нему руки, вот только голосов он не слышал, хотя прислушивался изо всех сил.

«Я здесь, я вижу вас, я рядом, – попытался он ответить, – возьмите меня с собой, не оставляйте одного».

Они выглядели встревоженными, хотя всего мгновение назад весело улыбались.

Митя постарался прочитать по губам, что ему говорила сестра.

«Где ты, где ты?» – повторяла она снова и снова.

Потом лицо ее словно размылось, поплыло, и сам Митя поплыл по лазурной воде, покачиваясь на мягких волнах, а потом оторвался от воды, взлетел и, забирая все выше и выше, поднялся над морем, над бирюзовыми волнами, цветущими островами, мохнатыми пальмами. Он парил рядом с большими белыми птицами, и они учили Митю своему языку.

Митя крепко спал.

Отступили хищные крысы, уползли змееподобные хвосты, затих скрежет когтей. Но вместо крыс комната быстро наполнилась снующими тусклыми тараканами, сухим шорохом и треском ненужных крыльев. Но Митя не слышал их, а они были слишком крупными, чтоб проникнуть в щели рассохшегося сундука, в котором спал мальчик.

Глава 18. Асфальтовая река

– Смотрите! Что это там?!

Андрей и краевед одновременно повернули головы и посмотрели в сторону шоссе. Черная лента покрытия, казалось, утратила неподвижность и потекла, ее течение, хоть и не слишком быстрое, но заметное, привлекло внимание Ники.

– Это же не асфальт, – растерянно пробормотал Андрей. – Асфальт не может двигаться…

– Андрей, ты не туда смотришь! – воскликнула Ника. Но брат и без ее подсказки уже увидел – взбесившееся шоссе вынесло завязшую в покрытии полицейскую машину.

– Там же люди! – завопила Ника и бросилась к дороге.

– Стой! – Андрей рванул за ней, чтобы перехватить. Как назло, он споткнулся и со всего маху рухнул на землю, едва успев сгруппироваться. Он сразу же вскочил и побежал, не обращая внимания на саднящую боль в ладонях.

Ника стояла у самой кромки медленно перемещающейся черной массы, шуршали мелкие камешки, шоссе текло, не выступая за кромку, ровно так, размеренно. Мимо ребят медленно проплывал автомобиль, погруженный в массу по самое днище. Из окошка на них смотрел человек, у него было очень бледное лицо и совершенно обезумевший взгляд.

– Неужели те самые? – произнесла Ника.

Но Андрей, не слушая ее, взмахнул руками и крикнул:

– Эй, вы живы там?!

Человек за окном автомобиля опомнился, стукнул ладонью по стеклу, крикнул что-то в ответ.

– Надо их вытащить, – повторяла Ника как заклинание, – надо их срочно вытащить!

Андрей беспомощно смотрел на уплывавший автомобиль, машинально подобрал камешек с обочины, размахнулся и в сердцах швырнул вслед. Камешек стукнулся о багажник и, отскочив, плюхнулся прямо в текучую массу. Андрей видел, как покрытие, чавкнув, проглотило камешек, поморщилось, пошло кругами и вдруг замедлилось, будто его резко остудили. Масса на глазах стала твердеть, из черной превращаясь в обычное серое дорожное покрытие.

Шоссе встало. Правда, автомобиль оказался намертво вросшим в асфальт, но он больше не двигался!

– Что ты сделал? – Ника носком ботинка стукнула по кромке асфальта.

– Не знаю, – Андрей тоже потрогал шоссе на прочность и убедился в его полной неподвижности и твердости.

– Быстрее! Надо достать полицейских из машины! – Ника прыгнула на покрытие и бесстрашно побежала к автомобилю, но Андрей успел первым. Двери заклинило, однако стекло опускалось. В машине был только один полицейский, водитель, парень лет двадцати пяти. Андрей помог ему выбраться через окно и потащил прочь с шоссе.

– Парень, ты кто? – спросил полицейский.

– Андрей, – ответил тот.

– Фамилия?

– Еремин, только это теперь без разницы.

– Выходит, ты мне жизнь спас, Андрей Еремин. – И полицейский протянул руку: – Старший сержант Бредихин. Можно просто Стас. – Андрей пожал ее и только тогда заметил, что его ладонь в запекшихся ссадинах.

Подошла, прихрамывая, Ника.

– Слава богу, живой, – она осмотрела спасенного и спросила: – Это вы за нами погнались, да? За автобусом? А ваш напарник? Где он?

– Не знаю, – Стас покачал головой. – Я в машине оставался, видел, как ты к автобусу побежала, напарник за тобой, ты в автобус прыгнула, потом Андрей следом, автобус двери закрыл и рванул с места, напарник махнул мне, я – следом, хотел его подхватить, но почему-то мимо проскочил, чертовщина какая-то. И, главное, автобус из виду потерял и напарника забыл. Но вас-то, выходит, догнал… Послушайте, ребятишки, а что вообще происходит, а?

– Сами не знаем, – Андрей пожал плечами. Полицейский оглянулся по сторонам и смог произнести только:

– Н-да… Если это сон, то хотелось бы поскорее проснуться.

– А где Сергей Викторович? – всполошилась Ника.

Андрей тоже огляделся: краевед пропал.

– Час от часу не легче! Куда он мог подеваться?

– Что за краевед? – спросил полицейский.

– Да тот, что исчез двадцать лет назад, – напомнил Андрей.

– Мне не до шуток, – Стас нахмурился.

– Какие уж тут шутки, – буркнул Андрей, – вы о Мертвом городе слышали?

– Так, краем уха, а что?

– Мы сейчас в этом самом городе, – ответил Андрей. – Только не говорите мне, что это легенда и ничего такого не бывает. Как видите, бывает. Краевед очутился здесь двадцать лет назад и, судя по всему, потек крышей в этих условиях, что неудивительно, вы сами убедитесь. Мы с Никой отправились на поиски брата, его увез автобус, такой же, который вы преследовали. Только вот почему вы тоже оказались здесь, да еще и чуть не погибли в асфальтовой реке, непонятно.

– Андрей, что нам делать? – перебила Ника. – Вдруг он погиб и его затянуло в асфальт?

– Не могло его затянуть, – отмахнулся Андрей, – он за мной бежал.

– Так куда же он делся? Перебежал на ту сторону? – предположила Ника.

– Зачем?

– Ребята, – перебил их Стас, – давайте разберемся.

Ника кивнула, соглашаясь. Андрей же сосредоточенно рассматривал уже подсохшие ссадины на ладонях.

Ника окликнула его, он рассеянно отозвался, присел на корточки и стал искать что-то на земле.

Пришлось Нике самой рассказывать полицейскому о том, что с ними случилось и что пришлось пережить. Тот слушал внимательно, но чем дольше слушал, тем сильнее недоумевал. В другое время и другом месте старший сержант Бредихин ни за что не поверил бы Нике, но сейчас он стоял рядом с девочкой у застывшей асфальтовой реки неподалеку от увязшего намертво полицейского автомобиля и понимал, что если бы не эти подростки, неизвестно, что бы с ним было.