Евгения Грановская - Ведьма придет за тобой Страница 43

– Здравствуйте! – поприветствовала она их. – Ваши паспорта, пожалуйста!

Маша протянула ей заранее приготовленный паспорт. Та ознакомилась, вернула, затем взяла документы Леонида. Ознакомилась, вернула и закрыла за собой дверь.

Маша опустила голову на подушку и снова уснула. Однако вскоре все повторилось. Свет, остановка, громкий окрик проводницы:

– Граждане, готовим паспорта и миграционки!

Маша села на полке и растерянно спросила:

– Как? Опять?

– То была русская граница, а теперь украинская, – объяснил ей Леонид.

– Ясно.

Дверь распахнулась, и на пороге купе показался рослый украинский пограничник.

– Добрий вэчер! – пробасил он. – Ваши документы, будь ласка!

Леонид сунул ему в руки паспорт. Тот раскрыл, глянул, закрыл, вернул обратно. Перевел взгляд на Машу. Она протянула пограничнику свой паспорт. Он раскрыл, посмотрел.

– Цель поездки в Украину? – поинтересовался пограничник и исподволь скользнул взглядом по ее груди, обтянутой тонкой футболкой.

– Еду в гости, – ответила Маша и натянула простыню до шеи.

– Живете в Москве?

– Да.

– А работаете где?

– А это важно?

– Нет. Счастливого пути!

Пограничник улыбнулся и вернул ей документы.

– Уф-ф… – облегченно вздохнула Маша, когда он ушел.

– Не любите пограничников? – насмешливо осведомился Леонид.

– Не люблю, когда незнакомые мужчины смотрят на меня среди ночи – до того как я успела привести себя в порядок.

– А когда смотрят знакомые – любите?

Маша хмыкнула:

– Тоже нет.

– Это еще не все. Сейчас будет таможня.

Едва Леонид это сказал, как дверь купе снова распахнулась и на пороге появился новый персонаж – упитанный дядя с добродушным лицом и колючими глазками.

– Таможенный досмотр, – представился он. – У вас какое гражданство? – обратился он к Леониду.

– Украинец я, – сообщил ему тот.

Таможенник повернулся к Маше.

– А у вас?

– Российское, – ответила она.

Глаза таможенника заинтересованно блеснули.

– Что везете? – сухо осведомился он.

– Ничего, кроме личных вещей.

– Хорошо. Полочку приподнимите, пожалуйста.

Маша нехотя встала с полки, думая только о том, как смешно она сейчас выглядит – с растрепанными волосами, припухшим лицом, да еще и в нелепо задравшихся лосинах, из которых торчат босые ступни с ногтями, лак на которых не мешало бы подновить.

Она подняла полку. Таможенник заглянул в локер и сказал:

– Достаньте, пожалуйста, сумочку.

Маша подчинилась. Таможенник подождал, пока она водрузит сумку на полку, а затем быстро ощупал ее бока.

– Что тут? – спросил он, наткнувшись пальцами на что-то твердое.

– Не помню, – честно призналась Маша.

– Откройте, пожалуйста, сумочку.

– А это обязательно?

– Обязательно.

Маша нахмурилась и расстегнула молнию. Таможенник запустил руки внутрь, несколько секунд рылся там, вороша нижнее белье и гигиенические прокладки, после чего извлек наружу черный пистолет и, изумленно вскинув брови, воскликнул:

– Оружие! Вот так так!

Он выглянул из купе и окликнул кого-то:

– Микола, поди сюды! Та не шокай, а иди!

Затем перевел взгляд на Машу.

– Это ваш пистолет?

– Нет, – растерянно ответила она. – То есть…

И вдруг она все поняла.

«Волохов! – с досадой подумала она. – Балбес непроходимый!» Должно быть, Толик сунул ей в сумку пистолет, пока она надевала плащ.

– Это травматика, – сказала Маша таможеннику.

Он усмехнулся:

– Я понял. У вас есть разрешение?

– Боюсь, что нет.

– И, конечно, вы его не задекларировали?

– Конечно, нет. Я не знала, что он у меня есть.

Таможенник и Леонид переглянулись. Возле двери появился еще один мужик, длинный и сухой, как палка.

– Вот, дывись! – Первый показал второму пистолет. – Кажет, шо травматика! Составляем протокольчик?

– Так, – отозвался худой таможенник.

Приземистый посмотрел на Машу.

– Вам придется пройти с нами, – сказал он.

– Я сотрудник российской полиции, – представилась Маша. Она достала из сумочки удостоверение и протянула таможеннику. – Вот документ.

Приземистый взял удостоверение, ознакомился с ним, показал коллеге, затем снова взглянул на нее и сказал:

– Майор, значит? Что ж вы нарушаете, Мария Александровна? А еще полицейский. Законов не знаете?

– Так получилось. Я понимаю, как глупо это звучит, но… – Маша развела руками. – Послушайте, я правда не знала, что у меня в сумке травматический пистолет. Один мой коллега, очень заботливый, я бы даже сказала – трепетный человек положил мне его для самозащиты.

– Он что, не знал, что вы едете за границу?

– Знал, но… – Маша растерянно улыбнулась. – Это же Украина. В России многие до сих пор не воспринимают ее как отдельную страну. Ну, как будто это «ненастоящая» заграница.

Таможенники хмуро переглянулись.

– И очень зря, – сказал тот, что был повыше.

Маша заметила, что слова о «ненастоящей» загранице сильно задели их, и пожалела о том, что сказала.

– Ладно, – проговорил вдруг Леонид, все это время сидевший молча. – Пора заканчивать эту сумятицу.

Он тоже достал удостоверение и показал его таможенникам.

– Служба безопасности Украины, – жестко произнес он. – Полагаю, инцидент исчерпан?

– Даже не знаю… – с сомнением протянул упитанный.

Леонид достал визитную карточку.

– Вот моя визитка, – веско и спокойно произнес он. – Можете позвонить в отдел СБУ. Спросите полковника Доценко. Только не забудьте представиться. Подобные звонки приводят его в ярость, и я не хочу, чтобы дерьмо вылилось на голову мне одному. Ваши головы для этого больше годятся – они моложе и трезвее.

Таможенники переглянулись.

– А что с травматикой? – спросил худощавый. – Мы должны ее изъять.

– Хотите сделать все официально? – Леонид усмехнулся. – Валяйте. Ненавижу разборки между ведомствами, они отнимают много нервов. Но если у вас куча времени и сил – бросайтесь в схватку, и желаю вам удачи!

Худой таможенник наклонился к приземистому и что-то сказал ему на ухо. Тот кивнул, повернулся к Маше и сказал:

– Приятного пути.

После чего оба вышли из купе и задвинули за собой дверь. Маша взглянула на Леонида.

– Так вы – сотрудник Службы безопасности?

Он кивнул:

– Да.

– Никогда бы не подумала.

– Я хорошо шифруюсь.

– Это точно. – Маша хмыкнула. – Коньяк, байки, обереги, заигрывания…

Леонид усмехнулся.

– Могу же я хотя бы в поезде побыть обычным мужиком.

– Да уж. – Она посмотрела на него с любопытством. Как это она раньше не заметила этот жесткий взгляд и твердую линию губ?