Том Маккарти - Когда я был настоящим Страница 50

— Вы были здесь в тот день, когда стреляли?

— Нет, — ответил он.

— Я имею в виду, не именно вот здесь, а вообще на той стороне отгороженной зоны?

— Нет, в тот день меня там не было.

Я пристально глядел на него еще несколько секунд, потом мы с Назом двинулись дальше.

— Как спали? — спросил Наз.

Я вообще не спал. От усталости пятнистый рисунок мокрых и сухих участков на тротуаре казался четче. Воздух был ясным, но не ярко-голубым — солнце пробивалось через тонкий слой белых облаков. В его свете возникали тени и отражения: от столбиков и телефонной будки, на поверхностях луж.

— Неважно, — сказал я. — Сколько у нас времени?

— До шести вечера.

— Продлите, — велел я ему.

— Больше времени они нам не дадут.

— Заплатите им. Предложите вдвое больше того, что мы уже заплатили, а если откажутся, еще вдвое больше. Место между натянутыми лентами — все наше?

— Да.

Отгороженный участок протянулся между мостом и светофором, где меня остановили в первый день, — но основное пространство реконструкции составляла лишь какая-то треть этого места. Остальные две трети были отданы под обеспечение: машины и ящики, столы, большой фургон с открытыми задними дверцами — оттуда две женщины выдавали кофе. Все машины были припаркованы странно: не ровно вдоль тротуара, а как попало, беспорядочно, прямо поперек дороги.

— Так обычно бывает, когда произошла авария, — сказал я Назу.

— Что вы?

— Или когда ярмарка, — продолжал я. — Если на траве.

— А, вот вы о чем. Ну да. Мне всегда нравились ярмарки.

— Мне тоже.

Мы улыбнулись друг другу, и я окинул взглядом наше место. Один из подчиненных Фрэнка, знакомый мне по зданию, вынимал из ящика копии автоматов и вместе с еще одним человеком относил их к фургону, откуда две женщины подавали кофе. Еще один человек выходил из тускло-красной «БМВ», которую припарковал посередине дороги у светофора. Еще один, незнакомый мне коротышка, стоял в двух футах позади него, наблюдая за происходящим. Я снова взглянул на землю. Помимо слоев и трещин там имелись еще и канализационные устройства: земля была усеяна дырами и стоками, размещенными согласно плану, существовавшими со времен прокладки дороги. В асфальт была вделана небольшая крышка, на которой значилось «вода», и еще одна, почти точная копия первой, с надписью «Лондонский транспорт». На другой, побольше, покруглее, вделанной в пожарный кран, имелись две надписи, EM124 и B125, еще на одной просто стояла буква C. Столько всяких отверстий туннелей и трубопроводов, стоков и точек подачи, коммуникаций, уводящих бог знает куда. Видно было, что работа нам предстоит большая.

— Где реконструкторы? — спросил я.

— Вон там, — Наз показал на фургон.

Позади него стояли трое темнокожих мужчин и пили кофе. Двое из них были те самые, на которых я указал Назу в день, когда мы сняли театр «Сохо»; третьего я видел впервые. Он выписывал маленькие круги на красном спортивном велосипеде, пытаясь удержаться, не касаясь ногами земли.

— Это жертва? — спросил я.

— Да, — ответил Наз.

— Отстраните его. Его место займу я. Двое других пусть подойдут ко мне. И еще, Наз…

— Да?

— Я хочу побольше заплатить людям, которые все организовали.

— Кого вы имеете в виду?

— Людей, которые работали с вами над координацией всех отдельных элементов. Не тех, которые непосредственно что-то делают, а тех, благодаря кому у других все согласовывается. Понимаете?

— Да. Но вы им и так много платите.

— Значит, заплатите еще больше.

С этими словами я прижал большой палец к другому, прямо к тому месту, куда несколько часов назад воткнул нож. Деньги — как кровь, рассуждал я. Я лишь едва кольнул себя; там осталось еще много для других.

Наз подошел к троим темнокожим мужчинам у фургона. Я видел, как он отводит в сторону того, что ездил кругами на велосипеде, и разговаривает с ним. Мужчина слез с велосипеда, еще немного поговорил с Назом, потом, крупно шагая, вернулся к фургону, сунул руку внутрь, вытащил сумку и направился к полицейской ленте. Тем временем двое других неторопливо приблизились ко мне. Я проинструктировал их.

— От вас требуется вот что: подъехать на «БМВ» вон оттуда, от светофора, туда, прямо к самому «Грин мэн».

— Ваш сотрудник нам разъяснил, что за чем идет, — сказал один из них.

У него был лондонский акцент и приветливое, улыбчивое лицо.

— Да, но вы должны припарковаться прямо там, понимаете? В точности. Капот, перед, нос — чтобы все было в точности там, не дальше, чем край второго окна «Грин мэн». Паркуетесь там, потом выходите — автоматы берете с собой — и идете через улицу, стреляя в меня.

— В вас? — спросил он же.

— Да. Роль жертвы буду реконструировать я. Через улицу вы должны идти помедленнее, с ленцой, и при этом стрелять в меня. Только не стреляйте до… так, пойдемте со мной.

Я подвел их к телефонной будке.

— Начну отсюда. Вы подъезжаете, я как раз вышел из будки. Или как раз выхожу. Сажусь на велосипед и начинаю крутить педали, еду в этом направлении, вот сюда. Вот тут вы и должны начать стрелять — когда я подъезжаю вот сюда, где начинается «Движение».

— А где нам стоять? — снова спросил мужчина.

— Там.

Мы пошли назад через улицу, я подвел их к пятачку прямо посередине, где трещины расходились, образуя похожий на соты узор из повторяющихся шестиугольников.

— От машины идете сюда. Но только до этого места. Стрелять можете и дальше, но как дошли до этого места, тут же прекратить двигаться вперед. Я попытаюсь свернуть вот на эту улицу, Белинда-роуд, а руль велосипеда подо мной вильнет, и я свалюсь. Потом я снова встаю, тут вы снова стреляете, а я снова падаю. Пока все это происходит, вы, ребята, стойте здесь. Немного постояли, и обратно к машине. Да, давайте вот так. Вот так, и все.

Теперь заговорил другой. У него, в отличие от его приятеля, был сильный вест-индский акцент.

— Вы начальник.

Я подал знак говорившему по телефону Назу. Он подошел к нам.

— Готовы? — спросил он.

— Да, — ответил я. — Какие новости насчет времени?

— Работаю над вопросом.

Он подозвал Фрэнка и Энни. За ними поспевали еще двое: подчиненный Фрэнка плюс тот человек, которого я видел несколькими минутами раньше, когда они вместе таскали оружие. В руках у каждого было по автомату.

— Сид, — сказал Фрэнк, желая представить помощника. — Он занимается спецэффектами, мы с ним вместе работали над несколькими фильмами. Сейчас он ребятам покажет, как действуют автоматы. Вы можете, если хотите, занять свое положение.