Ирина Щеглова - Большая книга ужасов 2014 (сборник) Страница 68

— Жук, дай, пожалуйста, бинокль, — попросила я.

Жук сунул мне бинокль, и я снова посмотрела вверх. То, что я обнаружила, мне совсем не понравилось — круг звездного неба уменьшился на треть и продолжал уменьшаться дальше — люк постепенно закрывался.

— Люк закрывается, — сказала я.

Жук подскочил ко мне и выхватил бинокль.

— А, черт! — Жук сунул мне бинокль обратно и стал целиться вверх.

И было мне видение.

Двое усталых дорожных рабочих, у которых есть семьи, у которых есть дети, после тяжелого трудового дня задвигают люк. И тут из-под земли вылетает молодецкая каленая стрела и весело втыкается пожилому рабочему в глаз. Видение это было скоротечно, но я успела стукнуть Жука по руке. Выстрелить он ухитрился, но вот только не в люк. Стрела шоркнула по стене и упала на пол.

— Ты чего это? — спросил Жук. — Ты чего это делаешь?

— А вдруг там люди люк двигают? — сказала я. — А ты бы кого-нибудь сейчас застрелил бы. Отца троих детей.

— Или мать-героиню, — добавил Дэн. На это Жук не нашел чего возразить.

— Хоть кто-то умный остался, — сказал Дэн. — Валя, тебе мой поклон и поцелуй в диафрагму.

Я сделала шутливый книксен, как принцессы в старых фильмах. Жук подобрал стрелу, попробовал на ногте ее остроту и спрятал в патронташ.

— Теперь я буду выбирать, в какой коридор идти, — сказал Жук. — Я знаю правильный путь.

— То же самое говорил в свое время Сусанин, — заметил Дэн.

На это ироническое замечание Жук не обратил никакого внимания.

Из бойлерной было несколько выходов. Жук их тщательно осмотрел и сказал:

— В этот.

Сусанин был крут…

…стал рассказывать свою очередную страшную историю:

— Им всего двадцать дней в этом лагере осталось прожить, а потом домой ехать. И тут как раз им подселили новенького. А они каждый вечер страшилки друг другу рассказывали. Ну, как обычно в лагерях. А все истории такие паршивенькие были, про кладбища всякие, про чудовищ. Ну, конечно, про красное знамя, чушь, короче. А потом пришла очередь новенькому рассказывать. И он стал рассказывать одну историю. Он ее рассказывал, и все постепенно помирали. А в палатке по восемь человек жили.

— И что в конце произошло? — спросила я.

— Он один остался, все умерли. Он рассказал свою историю и ушел в лес. Потому что он был не человек, а…

Дэн резко остановился, и я, как всегда, на него наскочила.

— Что это? — спросил Жук.

— Ты что, не слышишь? — усмехнулся Дэн.

— С чего бы? — забеспокоился Жук. — Я-то слышу, а вы слышите?

— Слышим. Во всяком случае, я слышу. Ты, Валь… ну да…

Я покачала головой.

— Володька, — объяснил мне Дэн. — Зовет на помощь… Сильно зовет… Вон оттуда…

— Голос похож, в общем-то… — сомневался Жук. — Похож…

— Его голос, — поставил точку Дэн.

— Надо идти, — сразу же сказала я. — Идти. Он ведь зовет…

— А если это не он? — предположил скептический Жук. — Давайте подождем…

— Ага, — стал сердиться Дэн. — Валь, ты послушай, что он предлагает! Подождать! Если пять часов проорет — значит, не Володька! Если через полчасика замолчит — Володька. Только поздно уже будет, если замолчит. Вдруг он на самом деле в яму какую-нибудь провалился?

— Я пойду, — сразу сказала я. — Я не боюсь…

— О чем спорим? — вмешался Жук. — Идем вместе. Вместе как-то надежнее…

— Вместе нельзя. — Дэн достал из рюкзака леску и стал привязывать к поясу. — Вместе нельзя. А вдруг там и в самом деле ловушка?

Дэн достал еще один моток лески.

— Здесь двести метров. Должно хватить. Знак, что все нормально, — один раз. Если что пойдет не так — дерну два раза.

Дэн скинул куртку.

— Погоди. — Жук засучил рукав на правой руке и выщелкнул стилет. — На, возьми.

— Какая щедрость с твоей стороны, — усмехнулся Дэн, но стилет взял, примерил его в руке, проверил балансировку. — Хороший ножик.

Я подумала, может, сказать Дэну что-то вроде «будь осторожен» или «возвращайся», но не сказала. Дэн посмотрел на меня, он тоже ожидал чего-нибудь ободряющего. Но ничего ободряющего я ему не сказала. Он хмыкнул и шагнул в коридор.

Я подняла с пола леску и стала пропускать сквозь пальцы.

— Типичная ошибка всех. — Жук настороженно осматривался по сторонам. — Все ее допускают — расходятся. Нельзя расходиться, нельзя, ни в коем случае… Господи, да что же он так орет-то?

У меня в голове сразу возник образ: Володька, провалившийся в трясину, взывает о помощи, а эта трясина постепенно заполняется живыми тараканами, и Вовка захлебывается в них, захлебывается и тонет. Или крысами. Тут ведь Крысолов. Он может заполнить крысами любую емкость. Крысами и рыбой с красным мясом.

Или пятнами.

Леска уходила через мои руки, моток, лежащий на полу, разворачивался. Судя по скорости, Дэн не спешил. Правильно делал, в таких случаях не стоит спешить. Я слегка прижала леску большим пальцем, леска остановилась. С той стороны дернули раз. Все в порядке. Я дернула раз в ответ. Леска снова поплыла.

— Все нормально, — сказала я Жуку. — Идет.

— Все идет по плану. — Жук плюнул на стену.

Леска смоталась уже наполовину, Дэн ушел в глубину коридоров примерно на пятьдесят метров.

Леска остановилась снова. И снова Дэн дернул один раз, и я ему ответила.

— Хорошо идет, — сказал Жук. — Так никакой лески не напасешься. А кричат-то вроде недалеко даже… Орет… Черт, хорошо, что ты не слышишь!

Леска на первой катушке кончилась, Дэн дернул, что все в порядке, и я привязала вторую катушку. Леска не двигалась.

— Эй, — позвал меня Жук. — Что там?

— Стоит, — ответила я. — Не двигается.

— На рыбалку похоже, — ухмыльнулся Жук. — А Дэн вроде как наживка…

— Дурак, сплюнь.

Жук второй раз плюнул на стену, только на сей раз через левое плечо.

— Если бы я каждый раз плевал… — начал Жук.

Леска резко дернулась и рассекла мне ладонь. Затем пришел сигнал — два рывка, затем еще один — два рывка, затем рывки зачастили, леска дергалась, как ненормальная, а потом леску потянули.

Я сдуру попыталась ее прихватить и только ухудшила положение — леска разрезала мне руку еще глубже, почти до кости. Но я все равно почему-то ее не отпускала, я пребывала в каком-то дурацком ступоре.

— Ах ты! — крикнул Жук. — Бросай же!

Я отпустила леску.

Леска разматывалась с космической скоростью, катушка подпрыгивала на полу, я попробовала придавить катушку ногой, но Жук меня оттолкнул. Он подскочил к катушке и прижал ее своим мощным ботинком. Катушка остановилась. Леска натянулась и зазвенела. Жук не отпускал. Я почувствовала, что крики о помощи стихли и в коридоре установилась какая-то враждебная тишина.