Сандра Паретти - Пурпур и бриллиант Страница 65

Жиль осторожно положил ее на постель, бережно снял сапоги с ее усталых ног, расстегнул жакет. И ощутил нежный, дурманящий аромат ее кожи.

Ее руки казались еще более загорелыми на фоне белого шелка. На левой руке уже запекся длинный кровавый след. На указательном пальце, через который молния прошила ее тело, остался темный след ожога.

Нет, это не кровь! Это сладкий густой сок ежевики засох на коже! Он взял ее руку, прижался к ней губами, поцеловал эти пальцы, совсем недавно кормившие его ягодами и еще сохранившие их теплый аромат.

Но на губах его остался только горький привкус фосфора и серы. Ему больше не уклониться, не спрятаться от правды. Он пережил все снова. Они у мельницы. Она убегает от него в своем новом ярком костюме. Она стоит на самом верху платформы. За ней – черная башня мельницы. Испуганное ржание лошадей. Черная кобыла, взвившаяся на дыбы, как призрак на фоне темного неба. И внезапно вся картина освещается яркой вспышкой. Над Каролиной сверкает молния.

Жиль снова и снова целовал ее руку. Если ее сердце перестало биться, почему же живет и бьется его?

Он накрыл Каролину шелковым покрывалом, поднялся и подошел к столу, на котором стоял подсвечник. Он расстегнул бархатный камзол, рубашку, развязал шелковый галстук. Потом снял с груди кожаный мешочек.

Одно мгновение он сжимал его в руке, не в силах решиться, потом развязал и вытащил оттуда кусок пурпурного шелка. Сегодня утром он в последний раз смотрел на этот бриллиант. Тот лежал перед ним, ясный, прозрачный, сияющий вечным, неугасимым светом.

Он положил сверток на деревянный стол и развернул его.

На пурпурном шелке лежала горстка серого пепла.