Марина Гилл - Ветер пыльных дорог Страница 95

– Давай выйдем из дома, Тристан. В экипаже сидит твоя сестра. Если она всё же окажется не твоей сестрой, ты просто вернёшься сюда. Это ведь не сложно для тебя?

– А почему она не с вами, а в экипаже?

– Она сама пожелала там остаться, – приврал Рошер. – Ну так что? Давай скорее покончим с этим, Тристан.

Мальчик перевёл настороженный взгляд на Сальена, который, кипя гневом, уставился, в свою очередь, на гостя. Тристан не удивился этому. Сальен, конечно же, не хотел, чтобы он исчез из его жизни. Те дни, что он прожил под одной крышей с этим странным человеком, доказали ему, что Сальен отчего-то привязан к нему. И Тристан, обрадовавшись своей удаче, пользовался этим отношением к себе, чтобы ездить с торговцем по Ансени и пытаться вызнать, где сестра и где Клод. Однако разговоров никаких не ходило, на его осторожные вопросы, которые он задавал украдкой, чтобы Сальен не заметил, никто внятно не отвечал.

Но вчера… Он и не ожидал, что услышит Беатрис. Его сестра в доме судьи? Для Тристана слово «судья» отдавало каким-то суеверным страхом. Если его сестра у судьи, значит дело плохо. Ведь не по доброй же воле ей там оказаться? В первые секунды, когда он только услышал, как Беа зовёт его, Тристан растерялся. Он замешкался, сжимая вожжи руками.

– Чего ты медлишь? Поехали, – раздражённо сказал тогда Сальен.

И Тристан, не особо понимая, что делает, послал лошадей вперёд. Потом он оглянулся и смутно увидел, что в дверях судейского дома что-то происходит, а последний зов Беатрис донёсся слишком уж приглушённо. И тогда он решил, что поступил правильно. Чем он поможет Беа, если вернётся? Ничем. Зато он теперь знал, где она находится, а за те долгие скучные часы, что он ожидал Сальена, успел как следует разглядеть дом судьи… На следующий день он намеревался освободить Беа. И вот сегодня он был решительно настроен на то, чтобы под покровом ночи по-тихому уйти от Сальена и во что бы то ни стало спасти сестру.

А потом вместе бы они нашли Клода… Тристан невообразимо скучал по своему старшему другу. Только с Клодом он мог говорить о чём угодно, делиться с ним всеми своими мечтами и планами на будущее. Кто, как ни Клод, мог понять его стремление стать воином? И кто, как ни Клод, мог помочь ему, мог научить его стать воином? Тристан скучал и по их занятиям.

И теперь этот самый судья, которого со вчерашнего вечера Тристан считал врагом, говорит, что он хочет лишь помочь ему и Беа встретиться. Это было так неожиданно, что он и не знал, верить словам судьи или нет. Вдруг это ловушка? Самому-то Тристану было не страшно попасться в злодейские руки: он всё ещё по большей части воспринимал происходящее как приключение, – но Беа надо было вызволять из «плена», и лучше сделать это поскорее.

– Хорошо, – сказал он, наконец, и быстро вышел из комнаты.

Оказавшись на улице и не дожидаясь спешивших за ним судью и Сальена, он мигом отыскал взглядом крытый экипаж и побежал к нему. Грум, ошеломлённый такой наглой ретивостью, опомнился только тогда, когда Тристан уже открыл дверцу. Разумеется, он бы не оставил подобное без внимания, и кнут, который он уже начал поднимать, многозначительно говорил о том, что собственность хозяина он отстоять сумеет, но вовремя появившийся в его поле зрения Жерар Рошер, отрицательно махавший руками, спас Тристана от незавидной участи.

Сам Тристан, тем временем, звонко и громко закричал: «Беа!» и бросился ей на шею. Беатрис, толком не придя в себя, со счастливом смехом прижала брата к себе, гладя его волосы и шепча что-то о том, как она рада его видеть. Жерар Рошер решил пока уладить дело с Сальеном и объяснить разозлённому торговцу, что, к сожалению, Жак оказался на самом деле Тристаном. А Тристан, оставив в покое сестру, перенёс свой пыл на Клода, принявшись было и его обнимать, но стон, который Клод не смог удержать, остановил его.

– Клод ранен, – опомнилась Беатрис. – Боже, Тристан, как ты там оказался? Почему?…

Она схватила лицо брата ладонями и всмотрелась ему в глаза, ожидая ответа.

– Он спас меня, подобрал на улице, и я жил у него некоторое время, пытаясь отыскать вас… – увлечённо начал рассказывать Тристан.

Через некоторое время к ним присоединился судья, и все вместе они поехали к нему домой. Рассказ Тристана занял весь путь. Он в подробностях описывал, как ему жилось все эти дни. Беатрис не могла его наслушаться. Её радовало, что Тристан не пострадал за эти дни. Даже то, что он оказался у сумасшедшего Сальена, на него никак не повлияло. Хотя Беа преувеличивала, должно быть, называя Сальена сумасшедшим. Тристан, во всяком случае, говорил о том, что Арман был добр и заботлив.

В такой же суетливой радости прошёл ужин, а после него, несмотря на все попытки Жерара Рошера отговорить их, Беа, Клод и Тристан решили покинуть Ансени.

– Дождитесь утра хотя бы, – увещевал судья. – Кто отправляется в дальнюю дорогу на ночь глядя?

– Я не могу уже находиться здесь, – призналась Беа. – Мы безмерно благодарны вам за вашу доброту и помощь… Как бы я хотела отплатить вам тем же, но не имею такой возможности…

– Бросьте, – отмахнулся Рошер. – Я делал это не ради вознаграждения.

Беа тепло улыбнулась ему и пожала руку. У крыльца стояли два гнедых коня. Их одолжил им Жерар Рошер, чтобы было на чём добираться. Он не мог отправить их пешком. Беатрис же пообещала ему, что коней они вернут, как только окажутся в Лавале.

Клод всё ещё чувствовал себя плохо, и Беатрис поначалу сомневалась в том, стоит ли им так спешить с отъездом. Но Клод напомнил ей о том, что их кто-то убить пытается, значит нельзя задерживаться на одном месте долго. Что же до него, то ему не привыкать. Да и чувствует он себя гораздо лучше.

Тристан радовал глаз своей живостью. Он не мог и секунду усидеть на месте, всё бегал куда-то, даже с Гийомом успел подружиться. Правда, не особо расстраивался скорому расставанию.

– Наконец-то мы уезжаем из Ансени, – сказал он. – Я не люблю этот город. В нём нас разлучили.

Клод, стараясь выглядеть здоровым человеком, забрался на коня без посторонней помощи. Беа, наблюдая за ним, была готова тут же броситься на выручку, но, к счастью, не пришлось. Тристан устроился в седле перед Клодом. Всё-таки чтобы управлять лошадью Клод не имел ещё достаточно сил. Беатрис, с помощью грума, забралась на второго коня, чувствуя себя как-то странно. С этими животными она никогда особо не ладила, хотя управлять ими умела.

– Может быть, его стоит любить? – светло улыбаясь, спросила она у брата. – Ведь в нём же нас и воссоединили.

Тристан задумался.

Беатрис оглянулась на Жерара Рошера и кивнула ему, прощаясь. А затем втроём, как и прежде, они отправились вниз по улице Ансени, спеша покинуть город до того, как ворота закроются.