Строгий препод - Рин Скай Страница 19

— Как Красовский себя ведет? — вдруг громко спрашивает Марк.

— Коля — идеальный мальчик. — улыбается Анна Викторовна. — Послушный, воспитанный, интеллигентный. Очень умный. На одни пятерки учится.

Марк светится медным тазом. Так и хочется его пнуть, ведь это не его заслуга, но в то же время, ладно, черт с ним, пусть наслаждается триумфом, все же в Коле течет и его кровь.

— Вот только он застенчивый, а еще он панически боится получить отметку ниже пятерки… Это не нормально. Вы его ругаете за четверки? — обращается Анна Викторовна ко мне.

— Нет, ну что вы… — заверяю я ее. — Я ничего плохого ни в четверках, и даже в тройках не вижу.

— Ну тогда тем более странно, кто внушил ребенку такую паническую боязнь к четверкам.

Марк внимательно смотрит на меня прищурившись. Я знаю ответ на этот вопрос, но не собираюсь озвучивать его при всех. И мне очень жаль, что так получилось. Я много раз разговаривала с Колей на тему отметок, но все без толку. Как внушили ребенку, что нужно получать ТОЛЬКО пятерки, теперь видимо, не переделать.

— Но наш физрук похвалил Колю. — добавляет ложку меду Анна Викторовна. — В последнее время Коля делает успехи в плане спорта.

Марк снова горделиво расправляет плечи. Ну тут хотя бы справедливо, ведь он водит сына на занятия карате, поэтому успехи нашего сына в физкультуре — полностью заслуга бывшего мужа.

Возвращаемся домой поздно.

— Лера. — Марк глушит мотор и смотрит на меня. — Что случилось с Колей? Почему он так реагирует на оценки?

— Вадим… мой бывший муж орал на него за каждую четверку.

— Что?! — вспыхивают очень недобрым глаза Марка.

— Я защищала сына, но, видимо, Вадим успел внушить ребенку, что единственная оценка, это — пять.

На кулаках Марка выступают вены, бывший муж скрипит зубами.

— Какой-то хрен с горы орал на моего сына за четверки?! — цедит Марк, будто сам не виноват в этом.

— А где в этот момент был ты, Марк? — возмущаюсь я. — Тебе было плевать и на меня, и на сына! А поэтому теперь не сверкай тут глазами, и не маши кулаками! Колю пытался воспитывать отчим как умел! А ты! А ты вообще не пытался!

* * *

МАРК КРАСОВСКИЙ

Бью кулаком в стену от бессилия и злости. Брызги крови летят повсюду, но мне похрен. Не чувствую боли физической, потому что боль душевная сводит меня с ума. Как я мог бросить своего маленького беззащитного ребенка?! Как мог не вспоминать о нем, не интересоваться? Как мог позволить, чтобы чужой мужик воспитывал моего сына, и орал за оценки?

Если бы я сейчас увидел Вадима, я бы проломил ему череп! Никому не позволено орать на моего сына!

Я поступил очень плохо, и нет мне прощения. Как еще после такого Коля продолжает называть меня отцом? Как после такого Лера допустила меня в их жизнь? Я променял два бриллианта на стекляшку. И теперь, когда мои глаза открыты, я не могу допустить, чтобы Ладу воспитывал кто-то чужой. Про сына я не думал в тот момент, но теперь, осознавая всю чудовищность своего поступка я никогда не смогу поступить так со своей дочерью. Даже если она не родная мне. Ведь отец — не тот, кто родил, а тот, кто воспитал.

Глава 27

МАРК КРАСОВСКИЙ

— Где Лада? — врываюсь я в дом, где жил до этого.

Алиса позвонила мне полчаса назад и сообщила, что Лада заболела. Я летел домой сломя голову через весь город. И что я вижу теперь?

Алиса, разодетая в новое облегающее платье, с прической, макияжем, дома, на каблуках зажигает свечи.

— Что все это значит? — я, чувствуя себя полным идиотом хмуро оглядываю накрытый ужин и чисто убранную квартиру. — Где мой ребенок?

— Марк, мне пришлось пойти на маленькую хитрость. — улыбается Алиса. — Ты совсем нас забросил, а ведь… у нас так все хорошо было!

— Не было у нас ни хрена хорошо! Где Лада?!

— Лада у няни, не переживай. Нам надо поговорить наедине.

— Какая же ты тварь! — злюсь я. — Зачем ты шутишь с такими вещами, как здоровье нашей дочери?

— По-другому тебя не заманить, Марк!

Алиса подходит ближе. В нос бьет резкий запах ее духов. Меня даже пошатывает от тошноты.

— Уйди!

Но Алиса не слышит меня, лезет расстегивать пуговицы на пальто нагло и уверенно глядя мне в глаза.

— Марк, давай забудем все как было. — предлагает Алиса, расстегивая одну пуговицу за другой.

Перехватываю ее пальцы, Алиса вскрикивает от боли, я же отбрасываю их от себя, точно ядовитых червяков.

— Как ты посмела отдать нашу дочь няне?! Ты в своем уме?!

Я очень зол памятуя ситуацию с Колей. Нельзя оставлять детей с чужими людьми! Даже если есть няня, все равно дети должны быть под присмотром!

— Марк, ну давай ты успокоишься, мы поужинаем, проведем время вместе, только ты и я, как раньше? А няня пока сделает с Ладой уроки.

— Алиса, я достаточно ясно выразил свои мысли. — надеваю я пальто обратно. — Мы больше не вместе!

На лице жены появляется злость.

— Ты нашел другую, да?! — вспыхивает она.

— Да. — подтверждаю я.

Алиса хватается за сердце и отступает от меня на шаг.

— Это — твоя бывшая! — поднимает она на меня глаза, полные ненависти. — Это она увела тебя, да?!

— Алиса, я не теленок на привязи, чтобы меня уводить. — хмыкаю я. — Я сам принял такое решение. Мы с тобой расстаемся, и я возвращаюсь к Лере.

— Нет!!! — страшно вскрикивает Алиса, и я даже где-то в глубине души рад, что Лада сейчас не слушает наших разборок. — Нет!!! Ты так не поступишь со мной?

— Все, Алиса, хватит. — не береди душу ни мне, ни себе. Давай закончим наши отношения как взрослые люди.

— Нет! Я не пущу тебя! — Алиса проскальзывает к двери, и закрывает ее собой. — Ты — мой! Мы сейчас просто поссорились, это не повод уходить к бывшей!

— Алиса!

— Нет, Марк! Бывшая обманывала тебя! Она Колю нагуляла!

— Чего?! — хмыкаю я.

— Коля на тебя вообще не похож! Лера изменяла тебе, поэтому и на Колю не просила алиментов, потому что боялась, что ты ДНК тест проведешь!

— Я большей ереси никогда в жизни не слышал! — хмыкаю я, — Не лей с больной головы на здоровую! Это ты нагуляла ребенка и обманула меня, Лера же всегда была верной мне!

Грубо отодвигаю жену со своего пути и быстрей выхожу из квартиры.

* * *

МАРК КРАСОВСКИЙ

— Марк? —