Джулия Тиммон - Невеста по контракту Страница 20

— Я про ваше платье, — объясняет кривляка.

Стефани, стоя между ними, с несколько виноватой улыбочкой похлопывает обеих по рукам.

— Я рассказала им о твоей работе, дорогая. Они тут же пришли к выводу, что в тебе все соответствует выбранному ремеслу: лицо, фигура и туалет. — Смеется. — Не каждая женщина осмелится показаться на людях в таком наряде.

Она что, пытается намекнуть, что я почти развратница? — думаю я, чуть сдвигая брови.

— Это Белинда, а это Джанетт, — знакомит меня Стефани с пышкой и кривлякой.

Ах вон оно что! Стало быть, они мои соперницы. Усмехаюсь про себя.

— Нейл, узнаешь девочек? — спрашивает Стефани.

Одноклассницы Нейла оголяют зубы в широких улыбках.

— А-а! — протягивает он. — Здравствуйте, здравствуйте! Мы не виделись, наверное, с самого выпуска?

— Верно! — с чрезмерным восторгом подтверждает Джанетт. Она приподнимает руки с намерением сердечно обняться с одноклассником, но тот искусно притворяется, что не замечает этого, и будто между прочим делает полшага назад, отдаляясь.

Неужели он был увлечен и одной и другой? — размышляю я. Впрочем, может, они и ничего, а я к ним всего лишь придираюсь. Неужели ревную? Смех!

Стефани берет меня за руку.

— Можно тебя на минутку, Сиара?

Растерянно смотрю на Нейла. Что ей от меня нужно? Хочет наставить меня на путь истинный? Даст понять, что нужно быть поскромнее, поменять работу и образ жизни? Я, хоть и никакая не танцовщица из эротического театра и в столь открытом платье явилась на праздник впервые в жизни, отчего и чувствую себя довольно неловко, вся напрягаюсь. По лицу Нейла ничего нельзя понять.

— А Нейл и девочки пока повспоминают о школьных днях, — добавляет Стефани.

Заставляю себя улыбнуться.

— Конечно.

Она ведет меня прочь из зала в одну из гостиных, где в этот час дня, хоть сегодня и воскресенье, не слишком людно. Садимся перед низким столиком на диван с толстыми подушками. У меня в голове проносится мысль: в обиду себя не дам. Настраиваюсь на боевой лад.

— Послушай… — не вполне уверенным голосом начинает Стефани.

Значит, я угадала! — звучит у меня в голове. Поднимаю руку.

— Я такая, какая есть, Стефани. Именно поэтому… Нейл меня и любит. Если вас с Гарри или Мирабель что-нибудь не устраивает, лучше попробуйте пересмотреть ко мне свое отношение. Изменить меня, как ни старайтесь, не сможете, так и знайте! — Какого черта я разошлась?! Зачем треплю себе нервы, порчу настроение, если в этом нет ни малейшего смысла?

Стефани смотрит на меня, испуганно моргая. Потом кладет руку поверх моей и наклоняется ко мне.

— О чем ты, дорогая?

Смущаюсь. Очевидно, я что-то не так поняла.

— О театре, о платье…

Стефани быстро качает головой и легонько сжимает мою руку.

— От твоего платья в восторге и я, и Мирабель. По ее мнению, ты девочка очень современная, редкой красоты и смелая. Я с ней полностью согласна. — Ее глаза вновь блестят от слез, и я сожалею, что, не разобравшись, в чем дело, толкнула свою враждебную речь. — Я хотела поговорить о другом, — взволнованно говорит она. — Подумала, что потом может не выдаться случая.

Сглатывает и какое-то время молчит, очевидно собираясь с духом. Боясь, что сейчас угожу в ловушку, и вместе с тем всем сердцем больше не желая обижать ее, я слабо улыбаюсь и жду.

— У вас с Нейлом, насколько я поняла, довольно близкие отношения, — произносит Стефани, глядя на наши руки. — И ты наверняка знаешь про Хелену. — Она поднимает на меня глаза. В них вопрос и страдание.

— Гм… Да, конечно. — Интересно, кто такая Хелена? — думаю я.

Стефани вздыхает с облегчением и часто кивает, будто, выяснив, что я все знаю, стала мне ближе и теперь может доверять.

— Я хочу всего лишь поблагодарить тебя, — говорит она, чуть не плача. — Ты спасла моего сына и всех нас.

Спасла? Из-за того, что мне приписывают достижения, каких у меня нет и не может быть, чувствую себя подлой обманщицей.

У Стефани слегка дрожат губы, поэтому, собираясь с силами, она опять молчит. До меня вдруг доходит, что ее болезни и слабость отнюдь не выдумка, а результат настоящих материнских страданий и пролитых слез.

— Поначалу мы не трогали его, чтобы не бередить рану, — снова заговаривает Стефани. Ее голос звучит так тихо, что мне приходится напрягать слух, чтобы разобрать слова. — А спустя несколько лет до нас дошли слухи, будто Нейл вновь встречается с девушками, и стали отчаянно надеяться, что у него все наладится. В какой-то момент мне начало казаться, что он полностью оправился от потрясения. Во всяком случае, даже в разговорах со мной он стал вскользь упоминать о будущих или прошедших свиданиях, причем весьма спокойно, порой чуть ли не весело. Поэтому года два назад я не выдержала и сказала ему, что сплю и вижу, как у нас с Гарри появляются внуки…

Она вытирает щеку, и я невольно обнимаю ее, чтобы утешить, хоть и никак не возьму в толк, о чем речь. Стефани замирает, прижавшись к моей руке, потом снова облегченно вздыхает, смотрит на меня покрасневшими глазами и ласково улыбается.

— Я чувствовала, знала, что в один прекрасный день ему встретится такая девушка, с которой его жизнь полностью войдет в норму, — говорит она. — Но по глупости вбила себе в голову, что с помощью материнской любви сумею ему в этом помочь. — На ее лице отражается раскаяние. — Эти девочки, Джанетт и Белинда… Их пригласила я. Подумала…

Киваю.

— Знаю. Гм… Нейл мне рассказал. — Радуюсь, что вовремя остановилась и не назвала его по фамилии.

Стефани качает головой.

— Некрасиво вышло с девочками. Тем более что ты у Нейла такая красавица. С тобой они обе не идут ни в какое сравнение.

— Перестаньте, — смущенно бормочу я.

— Ты яркая, заметная, — говорит Стефани. — По-моему, даже симпатичнее Хелены, — добавляет она шепотом, в котором я слышу нечто странное, похожее на испуг. — Только это между нами. Нейлу лучше подобного не говорить.

Медленно киваю, заинтригованная. Стефани треплет меня по плечу.

— Ты, пожалуйста, будь к нему снисходительнее, — просит она. — Он бывает резковат, угрюм, фанатично наращивает мышцы… Но все это звенья одной цепи.

Что? Ловлю себя на том, что снова морщу лоб, но слова Стефани слишком уж загадочны и мысль о преждевременном старении лишь слегка задевает мое сознание и тотчас уплывает прочь.

— Будем надеяться, что благодаря нашей всеобщей любви рано или поздно Нейл снова станет прежним, — заключает Стефани. — И, прошу тебя… — поколебавшись, добавляет она. — Никогда не ревнуй его к Хелене. В подобных случаях ревность нелепа. Ты согласна?