Юлия Григорьева - Погоня за сказкой Страница 129

Я возмущенно фыркнула и отвернулась. Неужели непонятно, что они мне все уже как родные. Особенно те несколько человек, в числе которых и Красавчик, кто стал мне по-настоящему близок. Естественно, я беспокоюсь о его состоянии, хоть и понимаю вину.

— Ангел ты мой добрый, — усмехнулся Лоет, вдруг обнимая меня за плечи. — Ты его жалеешь, а он чуть одной глупостью не погубил весь отряд. Да и дамочку эту, любительницу чувственных удовольствий, выпороли так, что она теперь только стонать может. И хорошо еще, что нет доказательств, что они согрешили с Красавчиком, иначе бы обоих порезали, ну и нас заодно, чтобы не разнесли весть о позоре шейха.

— А почему мы бежали? — спросила я, глядя на Эмила, со стоном опустившегося на землю, все равно с сочувствием, ничего не могла с собой поделать. Не было у меня зла на него.

— Бонг вырубил шейха, когда тот собирался своих воинов позвать. Он хотел под пытками заставить Красавчика признаться в содеянном. Я не давал, вот Бонг и применил свое мастерство. Сделал все быстро и тихо. Хвала Небу, что еще не пришлось прорываться с боем, — пояснил Вэйлр, подводя меня к слабой тени от невысокого деревца.

— Можно я подойду к нему? — я кивнула на Красавчика.

— Без тебя позаботятся, — раздраженно отчеканил капитан, и я не стала спорить.

Привал закончился быстро, погоня могла быть все еще позади нас. Потому, дождавшись наших разведчиков, мы отправились в путь, надеясь оказаться на другой стороне еще засветло. Подъем, который нашли матросы, выглядел пологим и удобным. Первым поехал Вэй, за ним Бонг и Мельник, я сейчас ехала рядом с боцманом, развлекавшим меня очередным рассказом. Я все время оглядывалась на Красавчика, ему, судя по сморщенному лицу, было тяжко. Не выдержав, я остановилась и дождалась его.

— Эмил, как вы? — спросила я, протягивая руку и притрагиваясь к его плечу.

Он вскинул голову и попытался улыбнуться, но вышло криво и фальшиво.

— Больно? — мне было так жаль его, несмотря ни на что.

— Заслужил, — усмехнулся он и охнул, хватаясь за бок.

— Ада! — гаркнул Лоет, и я недовольно посмотрела на него.

— Держитесь, — я снова похлопала Красавчика по плечу и догнала капитана.

Он наградил меня суровым взглядом, но это не произвело на меня впечатления. В конце концов, никто не может мне помешать проявлять сочувствие к человеку. Меня удивляло только, что Красавчик не выглядит расстроенным из-за того, что с ним сотворили капитан и лекарь.

— Отчего такой озадаченный вид? — спросил меня Вэй.

Я вздохнула и ответила:

— Хоть весь изойдись на яд, но меня распирает любопытство, что вы с Бонгом сделали с Эмилом, и почему он не выглядит расстроенным. Нет, он, конечно, расстроен, но мне казалось, что вы, мужчины, щепетильней относитесь к этой вашей… э-э, детали, — сказав это, я смущено потупилась.

Капитан молчал, и я, не выдержав, подняла на него взгляд. Вэй дождался, пока я обернусь, и иронично уточнил:

— О какой именно детали идет речь?

Я фыркнула и указала взглядом на низ его живота.

— Ангел мой, без живота никто не может, — серьезно ответил мерзавец.

— Господин Лоет, вы меня прекрасно поняли, — проворчала я.

— Мадам Адалаис, у меня было тяжелое утро, не менее тяжелый день, может, вы все-таки будете выражаться ясней, — раздраженно произнес мужчина. — О чем вы говорите?

— Я тебе показала, — возмутилась я.

— Ты указала на живот, я ответил, — продолжал издеваться несносный пират.

— Я указала ниже, — уточнила я.

— Верблюд?! — округлил глаза Лоет. — Милая моя, мужчины могут быть щепетильны в отношении верблюда в случае, когда верблюд является собственностью. Но не у всех мужчин есть верблюды. Что же, считать их ущербными?

Я тихо зарычала и решила больше с ним не разговаривать. Но от господина пирата отделаться было совсем непросто. И теперь Вэй повторял отвратительно монотонно одно и то же:

— Ада, скажи, Ада, скажи, Ада, скажи, Ада, скажи…

— Замолчи немедленно! — воскликнула я, затыкая уши. — Это невыносимо!

— Тогда я требую уточнения, — осклабился Лоет. — Если это не живот и не верблюд, то что?

Зажмурившись, я выпалила:

— Та штука на тебе, за которую я держалась в тюрьме Ардоса. Доволен?!

Чудовище в облике человека довольно осклабился и ответил:

— О, не переживай, ангел мой, с этой штукой все в полном порядке. Поверь, она в безопасности.

— А та, что на Красавчике? — зло зашипела я, понижая голос.

— И та тоже в порядке и безопасности, а, верней сказать, безобидна, — Вэй обернулся и бросил взгляд на страдальца. — Просто он еще не верит, что безболезненного касания Бонга хватило, чтобы сделать эту штуку инструментом для слива и не больше. Ничего, у него будет еще шанс в этом убедиться, если полезет к кому-то до достижения Тригара. Там наш уважаемый лекарь исправит сей маленький недостаток. А пока пусть упивается верой в свою состоятельность. Теперь ты все узнала, что хотела? Ах, да, не вздумай просить за него! — рявкнул на меня Лоет, и я испуганно вздрогнула. — Прости, я все еще зол на идиота.

Наши планы о ночевке на той стороне оказались не состоятельны, потому что, поднявшись на самый верх склона, мы обнаружили, что впереди у нас второй хребет. Капитан, по своей привычке, в который рез предложил дьяволу весьма неприличные вещи, и я подумала, что нечистый, наверняка, уже измучился от икоты и смущения. Я бы точно умерла, если бы меня с такой завидной периодичностью склоняли к столь отвратительным деяниям весьма интимного характера.

В результате, нам пришлось остановиться на ночлег в горах, найдя отвес, закрывавший нас от ветра, поднявшегося с наступлением темноты. Кое-как мы разожгли костер, но на всю ночь его не хватило. И сегодня я спала не просто на плече Вэя, а тесно прижавшись к нему. Он оплел меня руками и ногами и сразу стало уютно и тепло. Но ночью я проснулась от прохлады. Капитан отодвинулся от меня и лежал, глядя в небо. Дыхание его было хрипловатым и прерывистым.

— У тебя что-то болит? — забеспокоилась я, глядя на страдальческую гримасу на его лице.

Вэй посмотрел на меня, тяжко вздохнул и сказал:

— Ты себе не представляешь, как я скучаю по раздельным каютам, — сказал он.

— Я тоже скучаю по «Счастливчику», — улыбнулась я.

Лоет снова скривился и фыркнул:

— Ада, ну нельзя же быть таким… ангелом.

Мне очень хотелось спать, и раздумывать о словах пиратах я не стала. Подползла к нему, опять устраиваясь на плече, положила ладонь на грудь и пожелала спокойной ночи. Мужчина тихо застонал, выругался и развернул меня спиной к себе, после этого укутал двумя плащами и положил ладонь поверх моего плеча. Прижаться к себе он так и не позволил. Немного пообижавшись, я снова заснула. А утром мы вновь услышали мужской вскрик. Только в этот раз кричал наш часовой. Хотя, криком мне это показалось со сна, потому что возглас был резким и неожиданным.