Волшебная кондитерская в сером городе - Стаси и Элен Твенти Страница 21

Алина опустилась на стул, чувствуя, как приятная усталость разливается по всему телу. Она посмотрела на Алекса, который стоял, прислонившись к прилавку, и с каким-то странным, задумчивым выражением лица рассматривал пластикового паука на своем свитере.

— Мы сделали это, — выдохнула Алина, и в ее голосе звучала эйфория. — Мы. Сделали. Это.

Алекс оторвал взгляд от паука и посмотрел на нее. На его губах играла тень улыбки, той самой, редкой и настоящей, которую он приберегал только для нее.

— Технически, мы просто создали беспорядок и раздали большое количество сахара несовершеннолетним, — сказал он, но в его голосе не было и капли сарказма. Только тепло.

— Это был лучший беспорядок в истории Чародола, — заявила Алина и, вскочив, решительно хлопнула в ладоши. — Так, операция «Ликвидация»! Чем быстрее уберем, тем быстрее сможем съесть остатки торта!

Они принялись за работу, двигаясь в точном, слаженном ритме, словно делали это уже сотню раз. Алекс, верный своей логической натуре, методично собирал мусор, отделяя бумагу для переработки от всего остального. Алина порхала по залу, собирая посуду и подметая пол, тихонько напевая под нос заводную мелодию, что играла весь вечер.

Они почти не говорили, но слова были и не нужны. Воздух между ними был наполнен чем-то другим — общим триумфом, усталостью, воспоминанием о неловком, нежном поцелуе среди тыкв.

Чтобы убрать весь этот бардак понадобился бы не один час, но они так утомились, что махнули рукой на остатки мусора и, уставшие, опустились на пол, туда же, где сидели прошлой ночью, прислонившись к прохладному стеклу витрины. Огоньки в тыквах все еще горели, бросая на их лица мягкие тени.

Алекс долго молчал, глядя на огонек свечи. Он вертел в руках бумажный стаканчик, оставшийся от «Тыквенного эликсира». Его мозг, привыкший к четким алгоритмам и бинарной логике, отчаянно пытался обработать новую, сложную переменную по имени Алина.

— Алина… — наконец начал он, и его голос прозвучал непривычно тихо и серьезно. Он не смотрел на нее, продолжая изучать стаканчик.

— Мм? — она повернула к нему голову, ее глаза блестели в полумраке.

Он сделал глубокий вдох, собираясь с духом, как перед прыжком в холодную воду.

— То, что между нами… происходит, — он тщательно подбирал слова. — Этот праздник... и то, что было вчера... Это ведь… не просто так, правда?

Вопрос повис в воздухе, хрупкий и до ужаса уязвимый. Это был не вопрос программиста, но вопрос человека, который впервые за долгое время рискнул выйти из своей защитной оболочки.

Алина смотрела на его профиль, на его напряженные плечи, на то, как он сжимает этот несчастный стаканчик. И ее сердце наполнилось такой нежностью, что стало трудно дышать.

Алина не стала смеяться или отшучиваться. Она просто протянула руку и накрыла его ладонь, лежащую на полу.

— Правда, — тихо сказала она.

Алекс медленно повернул голову и посмотрел ей в глаза. И в этот момент они оба все поняли. Он увидел в ее взгляде не просто симпатию или благодарность. Он увидел полное, безоговорочное принятие — его самого, с его сарказмом, нелюбовью к магии и неуклюжими попытками быть рядом.

А она увидела в его глазах не просто интерес. Она увидела страх быть отвергнутым и отчаянную надежду на то, что в этот раз все будет иначе. Она увидела того человека, который помог ей вырезать тыквы, защищал ее своим молчаливым присутствием, поцеловал ее так, словно она была сделана из самого хрупкого фарфора.

Слова «я люблю тебя» не были произнесены. Но они были не нужны. Они прозвучали в том, как его пальцы медленно переплелись с ее, в том, как они сидели в тишине, окруженные улыбающимися тыквами, и просто смотрели друг на друга, понимая, что нашли в этом сером, холодном городе что-то настоящее. Что-то, что было гораздо важнее и сильнее любых слухов, любых врагов и любых магических заклинаний.

Глава 35. День без магии

(Алина)

Утро первого ноября встретило Алину праздничным похмельем. Магазинчик выглядел так, будто в нем взорвалась тыква, начиненная конфетти и детским восторгом. На полу все еще валялись бумажные гирлянды, которые они не успели вчера прибрать с Алексом, пахло корицей, остывшим шоколадом и немного — дымом от догоревших свечей. Алина стояла посреди всего этого, и на ее лице сияла такая счастливая улыбка, что Борис, вышедший из-под прилавка, смерил ее сочувствующим взглядом.

— Постпраздничная травма, хозяйка? — прохрюкал он. — Классический симптом. Рекомендую постельный режим и усиленное питание.

Алина рассмеялась.

— Почти, Боря. Это называется «абсолютное счастье». И оно требует выходного.

Она взяла лист картона, написала на нем крупными, веселыми буквами: «Закрыто по причине счастья (и генеральной уборки)» и повесила табличку на входную дверь. Сегодня этот маленький мир принадлежал только ей. Вернее, так она думала.

(Алекс)

Алекс шел к «Сладкой Фантазии», и каждый шаг отдавался в его груди гулким эхом. Он всю ночь не спал, прокручивая в голове тот неловкий нежный поцелуй. Он чувствовал себя уязвимым, как будто вышел на улицу без своей привычной брони из сарказма. Что он ей скажет? Как себя поведет? Его мозг, привыкший к логическим схемам, пасовал перед этой иррациональной задачей.

Алекс свернул в переулок и замер. На двери висела табличка. «Закрыто». Его сердце ухнуло в пятки. Она решила закрыться? Уехать? Он подошел ближе и прочел. «...по причине счастья».

Он выдохнул и невольно улыбнулся. Ну конечно. Что еще он мог ожидать от нее?

Алекс уже собирался развернуться и уйти, но дверь вдруг приоткрылась, и из нее выглянула Алина.

— Опоздал, — сказала она с лукавой улыбкой. — Кофе для концентрации сегодня не выдаем. У нас выходной.

— Жаль, — ответил он, стараясь, чтобы его голос звучал как обычно. — Мой внутренний критик как раз собирался позавтракать вашим брауни. Теперь он будет очень недоволен.

Они стояли так, глядя друг на друга через порог, и неловкость прошлого вечера висела между ними, смешанная с чем-то новым и теплым.

И тут Алекс, подчиняясь внезапному, совершенно нелогичному импульсу, сказал:

— Раз у тебя выходной... может, сбежим отсюда?

Алина удивленно моргнула.

— Сбежим? Куда?

— К Хрустальным озерам, — выпалил он первое, что пришло в голову. — Туда не ходят магические экипажи. Придется идти пешком. Много свежего воздуха. Никаких людей. Никакой магии.

Он замолчал, пораженный собственной дерзостью. Алина смотрела на него, и в ее глазах медленно разгорался озорной огонек.

— День без магии? — протянула она. — С самым большим скептиком этого города? Звучит