Виктория Свободина - Далекие звезды Страница 29

Стоило нам с мужем начать идти по направлению к центру зала, и разговоры вокруг нас тут же затихают. Нарядно одетые, красивые мужчины и женщины поражают меня своим блеском и роскошью, но больше их демонстративной ко мне неприязнью. Что такого я всем им сделала?

— Выпрямись, — нагнувшись ко мне, в приказном порядке потребовал Рикер.

— Что?

— Я говорю, выпрямись. Не показывай никому свой страх и неуверенность. Ты моя жена. Год или больше, уже не имеет значения. Неважно кем ты была раньше. Ты выше рангом большинства находящихся здесь людей, их просто это бесит.

С неохотой выпрямила спину. Я действительно под столь тяжелыми взглядами сгорбилась. Расправила плечи. И правда, чего я волнуюсь? Возможно, уже сегодня окажется так, что все эти лица я больше не увижу.

Теперь я шла свободно, с ленивым прищуром и легкой усмешкой на губах. За это меня возненавидят еще больше, но оно того стоит. Исказившиеся лица находящихся рядом людей мне это прекрасно подтвердили.

— Молодец, — шепнул на ухо муж, чуть коснувшись губами. От этого, казалось случайного движения, по всему телу побежали мурашки.

Мы подошли к фонтану. Сейчас здесь установили столы с разнообразными закусками и напитками. К Рикеру подошел пожилой мужчина. Кто он, я не знала. Не встречалась ранее, и не видела в досье мужа.

— Здравствуйте, мистер Блэквуд. Меня просили передать Вам, что через пятнадцать минут Ваш отец ждет Вас на верхней трибуне для произнесения торжественной речи.

— Я понял, Джастин.

Этот Джастин как-то многозначительно посмотрел на меня.

— Вас ждут там одного, — зачем-то уточнил мужчина и поспешил удалиться.

Рикер усмехнулся, но ничего не сказал. Мы с мужем вновь остались наедине друг с другом, и толпой наблюдающей за каждым нашим движением. Чувствую себя скандальной знаменитостью.

Взяв со стола с напитками два бокала, один Рикер протянул мне. Шампанское. Сделала один маленький глоток. Не знаю, что больше меня нервировало. Чужие взгляды или близость мужа. По-моему, он подошел ко мне чересчур близко. Подняв руку, нежно заправил выбившийся из моей прически непослушный локон. Чуть улыбается и смотрит пристально. Такое ощущение, что вот-вот поцелует. От этого становится страшно, но при этом в животе почти болезненно все сжимается, а ноги слабеют, подкашиваясь.

— Мистер Блэквуд, что Вы делаете? — испуганно шепчу.

— Называй меня Рикер, — голос тихий и вкрадчивый, его рука начинает свое обследование. Невесомым касанием, пальцы очерчивают овал лица, задерживается на подборке, легкий захват, и муж притягивает к себе еще ближе. Теперь наши губы почти касаются. У меня внутри все замерло. Вместо поцелуя, его губы скользят по щеке, а затем еле слышный довольный шепот. — Не стоит давать повод для лишних сплетен, миссис Блэквуд. Твое обращение звучит слишком официально и сухо. Будто я тебе не муж, а строгий начальник. Так что, просто Рикер. Запомнила?

— Может, отпустите меня? — говорю тихо и хрипло. Одной рукой муж, продолжает свое обследование, спустившись с подбородка, к шее, нежно ее поглаживает. А второй рукой по-хозяйски обвил мою талию.

— Имею же я право, хотя бы на приеме обнять свою законную жену. Ты так не считаешь?

— Все смотрят.

— Пускай. Нашим дамам давно пора понять, что не стоит меня так усиленно осаждать.

— Боюсь, что Ваши действия наоборот только подогреют их интерес и азарт.

— Посмотрим. Раньше я не мог, при желании, открыто послать молодых знатных и очень наглых девиц, а теперь у меня есть прекрасный официальный повод.

— Я прошу прощения! — чей-то противный нежный голосок вынудил Рикера, наконец, с неохотой от меня оторваться.

Обратила все свое внимание, на прервавшего наш довольно интимным разговор с мужем. А, это же моя знакомая. Катрин Норвейг. Мы с Рикером развернулись к ней, однако его шаловливая рука не успокоилась. Горячая ладонь скользит по моей спине, медленно опускаясь все ниже, заставляя тем самым напряженно выпрямиться. Сейчас моей осанке может позавидовать любая королева.

По лицу Катрин можно заметить, как все кипит внутри нее от злости и возмущения. Такие яркие эмоции. Я помню, какая она вспыльчивая. Ее бы энергию, да в мирное русло, горы бы свернула. По бокам девушки пристроились, очевидно, ее подруги. Две стройные, роскошно одетые блондинки. Как мне кажется, он крашенные. Слишком не естественно смотрелись карего цвета раскосые глаза, очень смуглая кожа и почти белые волосы. Сестры? Возможно. Вся троица просто пожирала Рикера глазами.

— Добрый вечер, мистер Блэквуд, — скромно потупившись, но стреляя из под ресниц глазами, начала Катрин. Волосы ее, заплетенные в замысловатую прическу, украшала диадема, по виду, с настоящими бриллиантами. Белое атласное платье выгодно оттеняло нежную кожу, открывая тонную девичью фигурку. Красавица, что ни говори. — Мой папа просил передать Вам свои наилучшие пожелания, и поинтересоваться, будете ли Вы сегодня выступать с речью.

— Передайте Вашему отцу мои ответные пожелания всех благ. А то ведь со вчерашней нашей с ним встречи прошло так много времени. Мало ли что. Выступать с речью я сегодня буду. Впрочем, как и все прошлые годы.

Сарказма и прохладного тона мужа, Катрин предпочла не замечать.

— О! Это же просто чудесно! — чуть в ладоши от восторга не захлопала. Из Катрин вышла бы прекрасная актриса. — Пока вы будете на трибуне, мы могли бы составить компанию Вашей замечательной супруге, чтобы ей не было скучно.

Я чуть в голос не расхохоталась. Последнее, чего бы я сейчас хотела, чтобы мне составляли компанию столь «очаровательные» дамы. Меж тем, Катрин проникновенно продолжила.

— Миа, я представляю, как нелегко может приходиться новым людям в нашем обществе. Я была бы рада иметь возможность с тобой подружиться, чтобы тебе не было так грустно и одиноко.

Браво! Только милая Катрин, видимо, понятия не имеет, что Рикер в курсе нашей маленькой драки, не зря же он сейчас фырчит мне на ухо, едва сдерживая смех.

— Мисс Норвейг, Ваше предложение весьма любезно, однако в Вашей поддержке и компании нет необходимости, ведь Миа идет на трибуну вместе со мной.

Сказанное заставило меня напряженно вскинуться, а Катрин удивленно и не совсем светски раскрыть рот и округлить глаза. Несколько мгновений стояла ошеломленная тишина. К нашему разговору прислушивались, поэтому Рикер изумил не только нас с Катрин и ее подруг, но и остальных любопытствующих. По лицу мужа было почти невозможно уловить, о чем он думает, но я от чего-то почувствовала, что всей ситуацией он просто таки наслаждается.