Инсектерра. Выжить в любви - Регина Грез Страница 38

Я стащила через голову свой полотняный мешок и бросила его на кусок старой шкуры у постели.

– Скажи, я красива?

– О, да…

Он тяжело дышал и улыбался открытым ртом, протягивая ко мне руки. И я наклонилась, позволив моей груди лечь в его расслабленные ладони, а потом опустилась на него всем телом, чувствуя, как к животу прижимается напряженный пенис. Какое-то время я медленно ворочалась на нем, дразня и распаляя, а потом подняла голову и скользнула языком по нижней губе Уно.

Теперь его руки обхватили мои ягодицы и ласково сжали их, но я продолжала играть с его губами и языком, еле сдерживаясь самой, чтобы просто не раскрыться для него, впуская в себя упругую плоть. Я очень хотела ощутить его движение в глубине моего тела.

– Подобная Солнцу и Луне… белее цветов озерной кафры… мягче пуха новорожденного луури… единственная для меня…

Смеясь, я целовала его плечи и грудь, потому что хотела узнать его губами, глазами и пальцами. Изогнувшись лозой, я спустилась к смуглому животу в плотной броне развитых мышц, я целовала его и там, а потом лизнула подрагивающую у моего лица головку пениса и услышала удивленный возглас Уно.

– Что ты делаешь? Разве я это заслужил?

– Я так хочу.

Он приподнял бедра навстречу, и я взяла его пенис глубоко в рот, торопливо и жадно, потом позволила ему выбраться и снова толкнуться внутрь.

– Ма-гри-и-ит!

Я упиралась одно рукой в его бедро, а второй осторожно сжимала мошонку, перекатывая яички внутри, – он порывисто вздрагивал и всхлипывал, едва я усиливала или замедляла темп. Его «ствол» был такой плотный, гладкий и скользкий у меня во рту, что одни эти ощущения доставляли мне не с чем ни сравнимое удовольствие. Но мое тело искало другой ласки.

Я откинула волосы, липнущие ко лбу, и села на него сверху, принимаясь ритмично подниматься и опускаться, одновременно крепко сжимая его внутри. Уно вскрикивал, то широко открывая глаза, то откидываясь назад, и жмурясь. Я ликовала и гордилась собой. Сейчас он для меня повелитель, и я буду заботиться лишь о его восторгах. Когда он излился, приподнявшись и до боли стискивая мои бедра, наши глаза встретились.

– Ослепительная Магрит!

Сидя на его постели, мы все еще составляя одно целое, не в силах разъединиться. Мне было хорошо, а потом он заговорил…

– Ты не получила удовольствия. Ты подарила радость мне и не успела сама. Я хочу еще послужить тебе, но я не смогу сразу. Хочешь, я позову того, кто поможет?

И тогда я ударила его по лицу раскрытой ладонью. Вовсе не сильно, но, возможно, обидно. Я не хотела причинять боль, но слушать дальше было невыносимо, так же как и смотреть в его невинные, огорченные глаза.

– Я сделал что-то не так? Ты сердишься, но я не пойму в чем моя вина. Я давно знаю, ты хочешь от меня нового, и чтобы я угадал сам, верно?

– Прости. Это трудно объяснить в двух словах.

– Но мы не торопимся. Ты можешь ударить еще и гораздо сильнее. У тебя маленькая ручка, я даже ничего не почувствовал.

«Зато почувствовала я…»

Он тихо засмеялся, будто прочитав мои мысли, и мне пришлось натянуто улыбнуться. Прощание вышло скомканным, я притворилась уставшей и сбежала в свои покои.

А к полудню следующего дня, Наро разбудил меня великолепной новостью:

– У десятерых юношей проявились новые метки. Теперь в Доме еще пять наставников, три добытчика и два воина. А во Чреве Матери прибавилось яиц, и несколько из них заметно отличаются от остальных.

Наверно, это будут особенные собратья. Кормаксилон празднует свое возрождение и чествует Благословенную Магрит.

Глава 16

Королева умеет все

Магрит

Спросонья на меня напала несусветная лень. Какой там еще обед? Разве уже время обеда? Хорошо – хорошо, я уже встаю, не ворчите на вашу бесценную королеву.

– Наро, ну, что ты делаешь?

– Если госпожа позволит, я сам заплету волосы.

– Как всегда…

– Но сначала их надо тщательно расчесать.

Я прикрыла глаза и приготовилась к неземному блаженству. Наро очень ловко стал расчесывать мои спутанные локоны, словно это было любимым его занятием помимо рисования и сортировки запасов. Деревянный гребень несколько раз пробежал от макушки до кончиков волос, заставляя меня сладко постанывать.

Потом руки Наро скользнули по моей шее к затылку и стали нежно касаться головы, разбирая прядь за прядью. Его чуткие, прохладные пальцы легонько задевали мои уши, подхватывали локоны с висков и со лба, будто невзначай касались чувствительной кожи. Я благодарно сопела и улыбалась.

Затем Наро разделил мои волосы на две части, создавая четкий пробор посередине, сделал два тугих жгута, переплел их в один в крупный узел чуть пониже макушки, свернул спиралью и закрепил, воткнув в густую «копну» две заостренные палочки с блестящими шариками на концах.

– Ну, вот и все… Как ты прекрасна, Магрит!

– Наверно, я похожа на японскую гейшу, если бы глаза сузить и лицо набелить…

– Зачем набелить лицо? – удивился он.

– Милый Наро, я просто шучу, ты все равно не поймешь.

Не удержавшись, я обняла друга и поцеловала в щеку, а потом спрыгнула с ложа и подбежала к зеркалу, чтобы изучить свой сегодняшний образ. Никогда бы не думала, что мужчина вроде Наро может сделать нечто подобное с моими непослушными кудрями.

– Спасибо, – сказала я голосом, чуть дрогнувшим от волнения, – королева довольна.

Старший добытчик церемонно поклонился.

– Вчера ты говорила, что хочешь осмотреть кладовые. У нас с утра приготовлено много вкусных вещей и я не знал, что именно ты захочешь попробовать.

– Ура! Мы идем на кухню! Я голодна как стая волков.

– Волки – это мелкие или крупные твари? – уточнил любопытный Наро.

– Похожи на собак. Брр… У них острые клыки и когти, они догоняют добычу и рвут на части.

– Как ларпусы?

Я на секунду задумалась, но спорить не стала. Ларпусы так ларпусы, век бы их не видать. Невольно поежилась от воды для умываний, и Наро забеспокоился.

– После дождя здесь стало свежо, тебя нужно скорее напоить горячим ишу.

– Да, было бы неплохо… Надеюсь, в его составе нет каких-нибудь личинок? – подозрительно спросила я.

– Только травы и ягоды.

– Так дайте же мне скорее глоточек ишу! А оно сладенькое? – облизнулась я.

Заслышав в моем голосе надежду, Наро сначала сделал строгое лицо, а потом засмеялся, поправляя на мне новое платье.

– Ты любишь все сладкое, я знаю. Скажу растопить в ишу смолу литарры, тебе понравится, моя плейпи.

– Кто-кто я? Ты сказал «бейби»?

– Нет! Плейпи… Милые, летающие создания, любят цветочный сок и душистые плоды, треснувшие от своей спелости.

– Ммм… тогда я точно плейпи! Только лохматая, толстая и не умею летать.

Мне было спокойно с Наро. Я знала, что он не станет приставать без позволения. Общаясь с ним я поняла, что