Проданная драконом, купленная Смертью - Кристина Юрьевна Юраш Страница 42

Пусть теперь сам решает, во что верить: в драконью кровь… или в правду.

Глава 74. Месть

Кристалл вспыхнул.

— Как видите, — произнёс доктор тихо, почти с жалостью. — Это не ваш ребёнок.

Абертон замер.

Он медленно поднял глаза — сначала на Мелинду без сознания, бледную, в рвотных пятнах на розовом шёлке, потом на доктора, потом… на меня.

— Выметайтесь, — резко бросил доктор, захлопывая шкатулку с таким звуком, будто захлопнул дверь в прошлое. — Здесь посторонним делать нечего. Особенно тем, кто приносит за собой только смерть и позор.

Абертон не стал спорить. Не стал кричать. Он просто кивнул — один раз, коротко — и развернулся.

Мы с доктором перенесли Мелинду в палату. Она стонала, извивалась, и вдруг её вырвало прямо на простыни.

Когда мы переложили её на чистую постель, я собрала грязные простыни и вышла во двор.

Я опустила простыни в корыто, налила холодной воды, насыпала щёлоку.

Тихие. Медленные. По хрустящей листве.

— Значит, ты жива, — произнёс Абертон.

Голос — не ледяной. Не презрительный.

Я продолжала стирать. Не глядя.

— Не знаю, о чём вы, господин, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, как у служанки, а не как у женщины, чьё сердце когда-то билось только для него.

Он подошёл ближе.

— Отпусти, — сказала я ледяным тоном, не поворачиваясь. — Сейчас же.

Он не отпустил.

— Ты так же кричала тогда, — прошептал он. — Когда я обвинил тебя в отравлении. «Я никого не травила!» — вот так, с дрожью в голосе, с огнём в глазах… Ты — Рианнон. Моя жена. Я узнал тебя.

Я рванула руку, но он держал крепко. Корыто покачнулось от того, что я ударилась об него ногой, и ледяная вода расплескалась прямо мне в туфли.

Он попытался обнять.

Глава 75. Признание

Я оттолкнула его так резко, что он пошатнулся.

— Прости, — прошептал Абертон, и в его голосе не было гордости, только отчаяние. — Прости… Я всё исправлю. Скажи — что я должен сделать? Что угодно! Вернись. Я готов на всё.

«Тоже мне мужик — утюг!» — мелькнуло в голове.

— Ничего, — сказала я. — Уже ничего.

— Я согласен на бездетный брак! — вырвалось у него. — Я не хочу ребёнка! Я хочу тебя!

Я рассмеялась. Горько. Злобно.

— Не ври. Ты хочешь живот. Тот самый, что упомянут в королевском письме. Тот, что должен родить «наследника невиданной силы».

— Откуда ты знаешь? - резко дёрнулся бывший муж.

И я не удержалась, чтобы побольнее его уколоть.

— Да об этом уже вся столица твердит, - произнесла я, глядя ему в глаза. - Скоро в газетах напишут!

Он побледнел.

— Я не ради трона! — выдохнул он. — Я… Я люблю тебя!

— Любовь не возвращается по приказу, Абертон, — тихо сказала я. — Особенно когда её выставили на аукцион за десять золотых.

Я столько ждала этого момента. Особенно поначалу. Но сейчас, когда он вот он, я не чувствовала ни радости, ни счастья, ни внутреннего торжества справедливости. Казалось, судьба услышала меня и подарила мне сладкие мгновенья мести, но я чувствовала только раздражение.

Абертон замер.

Я презрительно подняла бровь, видя, как его рука скользнула по моей руке.

— Ты не можешь вернуть время вспять, — сказала я, глядя прямо в его ледяные глаза, где теперь плескалась боль. — Ты не можешь заставить людей забыть, как я стояла в одном исподнем с верёвкой на шее, пока гости смеялись и торговались за меня. Как твоя драгоценная Мелинда предлагала мне мыть полы! Как ты там сказал? Неужели ставки кончились? Вот видишь, такая, как ты, считай, бесплатно никому не нужна!

В ответ на мои слова он лишь стиснул зубы и сжал кулаки.

Больно? Да?