Невеста по контракту - Маргарита Александровна Гришаева Страница 46

— Но… это все же дети аристократов, — не слишком уверено возразила императрица. — Конечно, их с детства приучают вести себя идеально и внушают, насколько важно для них образование.

Я с трудом сдержала ухмылку — а то я молодых аристократов в своем мире не видела. Прежде всего их приучают к тому, что они выше и лучше всех, а потом уже идет воспитание и образование. И не всем удаются внушить важность последних двух пунктов, зато про первый помнят всегда.

— Было еще кое-что, показавшееся странным. Форма на детях была новой. Как будто только сегодня надетой в первый раз.

— Мы недавно выделили им средства на пошив новой формы, — согласно кивнула Ильяса.

— Многим она была не по размеру, — продолжила с намеком я. — А вот обувь была у всех разная и своя. Причем заметно потертая.

Императрица нахмурилась, явно не понимая, к чему я веду.

— Знаете, просто я уже один раз сталкивалась с таким в одном детдоме. Специально для проверок и визитов потенциальных опекунов у них был набор новой одежды. Детей отмывали, обряжали в чистое, показывали нужным людям, а после убирали нормальную одежду в кладовые, а детям выдавали обноски. Они же дети, все равно испортят и попачкают все — так нам объяснил это потом кладовщик. А вот с обувью такой трюк не проходил — все же в обуви не по размеру особо не походишь, а размер у всех меняется быстро, так что приходилось оставлять свои разношенные башмаки. Впрочем, если в остальном ребенок аккуратен, обувь могут и не заметить.

— Ты думаешь… — округлила глаза Кираса.

— Что здесь провернули такой же трюк, — кивнула я. — Дети едва заметно ерзали и даже чесались — было понятно, что форма им неудобна и непривычна. Кроме того, ничего похожего по цвету на эту форму в шкафах в общежитии я не заметила. Если форма у них повседневная, то как минимум один запасной комплект должен быть.

— Вы даже в шкафы заглянули? — удивилась императрица.

— Да там и так все видно, — пожала плечами принцесса. — Правда я не вглядывалась.

— Это как?

— Вот это мне кстати тоже не понравилось, — нахмурилась я. — Все шкафы и полки полностью открыты — ничего не спрячешь и не укроешь от чужих глаз. Как будто они малолетние преступники, которым ничего лишнего нельзя иметь. Да и вообще во всем общежитии я не увидела ни одной личной вещи. Но ведь они не беспризорники с улиц. У этих детей должно быть хоть какое-то наследство, какие-то вещи из дома…

— Наследственные украшения, — шепнула Кираса, уставившись на меня круглыми глазами, а я согласно кивнула.

— Хотя драгоценности-то как раз могли забрать на хранение в сейф. Правда я сомневаюсь, что их потом вернут. Да и без украшений — какая-то одежда, картины, игрушки, хоть что-то. А тут только казенная мебель и учебники. И то не лучшего качества. Кровати хоть и прикрыты приличными парчовыми покрывалами, да все равно заметно, что матрасы старые продавлены. Покрывала думаю тоже выданы только для проверки, как с формой.

— Как же так, — удрученно покачала головой Ильяса. — Но если бы все было так плохо, неужели никто бы из детей не пожаловался?

— Сироты редко рассчитывают на защиту со стороны. Кроме того, наверняка у учителей было время убедить детей, что все это делается с одобрения короны, а потому жаловаться не только бессмысленно, но еще и опасно. Они ведь хотят доучиться и получить образование, а не оказаться выкинутыми на улицу сей момент, — безрадостно усмехнулась я.

— Линария, неужели все правда так плохо? — с отчаяньем посмотрела на меня императрица. — Неужели я все это упустила? Мы ведь проверяли, мы старались сделать как лучше, помочь тем, кто больше всего нуждается в защите… Если здесь, в самом престижном пансионе все так плохо, то каков же масштаб трагедии в остальных приютах, — обреченно прикрыла глаза женщина.

— Погодите так расстраиваться, ваше величество. Все же все, что я здесь рассказала, это только мои домыслы, и я рисую вам худшую из возможных перспектив. Карать и миловать пока рано, ведь я могу ошибаться.

К слову, вот как раз в приютах попроще положение может быть лучше. Ведь у детей с улицы отбирать особо нечего, так что и работать туда чаще всего идут не настолько материально заинтересованные люди. А вот у бесправных аристократов под шумок много чего можно отнять. Это я еще не озвучила совсем печального варианта, где администрация может и приторговывать детьми, организовывая браки для особо желающих обзавестись хоть каким-то титулом.

— Но как же тогда узнать правду? Если мои проверки, получается, никак не помогают…

— Устроить незаметную проверку. Насколько я понимаю, у вас весьма артистичные и даже авантюрные пажи, — улыбнулась я, припоминая, как талантливо они разыграли утопление одного из них на первом конкурсе отбора. Как будто уже целая жизнь прошла с тех пор, а на деле не так уж и много. — Вот и пристройте одного из них через третьих лиц в этот приют с подставными документами. И обязательно выдать ему личных ценных вещей и украшений — заодно узнаем, что с ними происходит. Пусть мальчик там хоть неделю проведет, наверняка много интересного узнает. А потом у него найдутся какие-нибудь дальние родственники, что решат все же приютить парня, и он оттуда выберется, не привлекая внимания. Ну а вы будете иметь более полное представление о происходящем за этими стенами.

— Гениально… — широко улыбнулась Кираса.

— Только не прямо сейчас это делайте. Понятно, что после конфуза с упавшим гербом им сейчас надо будет устроить проверки разных инстанций. Но это им привычное зло, думаю все равно выпутаются. А вот где-то через месяц, можно отправить подставного ученика, — посоветовала я.

— И почему мне самой это в голову не пришло? — удивилась императрица. — Это действительно хорошая идея, Линария, спасибо вам. Вы, наверное, уже проводили такие проверки у себя, в Верлинии?

— Кхм… да, — натянуто улыбнулась я.

На самом деле, я просто неоднократно слышала истории воспитанников гильдии. Ученики там появляются из разных мест — кто-то приходит сам, кого-то привозят с заданий мастера, а некоторых буквально выкупают. Так что да, если смотреть отстраненно, то в этом пансионе все