Анна Гаврилова - Путь долга и любви Страница 47

— А… — протянул Кир.

— Так по какому вопросу? — не поленился повторить секретарь.

— У нас встреча с Лауном назначена.

Секретарь коротко кивнул и поднялся из-за стола.

— Как доложить?

Я ожидала услышать что угодно, кроме…

— Теридан-Кирстен из рода Донтор, — сказал синеглазый. Потом притянул мою руку к губам, коснулся пальчиков и добавил куда более тёплым голосом: — И госпожа Эмелис из рода Бьен.

Мужчина из реальности выпал. Я, честно говоря, тоже.

— Простите? — переспросил новый секретарь архимага.

— Теридан-Кирстен из рода Донтор, — спокойно повторил боевик. — И Эмелис из рода Бьен.

Нас одарили ещё одним ошарашенным взглядом и учтивым кивком. Маг в невзрачном камзоле выскочил из-за стола и метнулся к дверям кабинета Лауна, а я не выдержала — повернулась, спросила:

— Зачем?

— Не вижу смысла и дальше хранить инкогнито.

— Ты прекрасно понял, что я не об этом!

Усмехнулся. Картинно обвил рукой мою талию и поцеловал в щёку.

— Я не могу похвастаться придворным, — шепнул Терри. — Так хоть коллегам сказать могу?

Секретарь, который как раз от архимага вышел, эту картину застал и выпал из реальности повторно.

Мальчишка! О Создатели, какой же он ещё мальчишка!

— П-проходите…

Аферист из рода Донтор лучисто улыбнулся и повёл в кабинет… к другому аферисту!

Нас ждали. Нас действительно ждали, причём с распростёртыми объятиями!

Архимаг, который вчера являл собой образчик спокойствия и строгости, сидел за широким столом и сиял, как весеннее солнышко.

— Вы так пунктуальны, — с какой-то особенной улыбкой сказал он.

Терри усмехнулся в ответ, а я была более вежлива — присела в реверансе, сказала:

— Добрый день, господин Лаун.

— Очень добрый, — согласился глава дурборского Ордена, указывая на гостевые кресла. — Присаживайтесь.

Я спешно расстегнула застёжки шубки, а вот саму шубку снимал уже Кир, ну в смысле Терри. Архимаг наблюдал за нашими манёврами с той же странной улыбочкой. А ещё жмурился, как сытый котяра, и едва не мурлыкал.

Когда я села в кресло, мне подвинули чернильницу, перо и стопку бумаг.

— Формуляры, которые необходимо заполнить, — доверительно шепнул Лаун.

Я слегка удивилась — не формулярам, разумеется, тону. Но перо взяла и первый лист тоже. Заполнять и подписывать «не глядя», конечно, не собиралась — я же дочь Форана из рода Бьен, мне прекрасно известно, чем грозит подобное легкомыслие.

Их высочество тоже в кресло опустились, и тут же удостоились вопроса.

— Я правильно понял, что ты больше не намерен скрывать имя рода, Кир?

Теридан-Кирстен из рода Донтор кивнул, а улыбка главы Ордена стала стократ шире.

Архимаг откинулся на спинку кресла, одарил нас предельно хитрым взглядом. А в следующую секунду пространство перед ним дрогнуло — вспышка, и в кабинете стало на одного гостя больше. Нет, к нам не человек присоединился, а маленький почтовый журавлик.

Бумажная птичка взмыла под потолок, чтобы тут же обрушиться на голову Лауна. Тот увернулся, выбросил руку, но поймать посланца не успел — журавлик тоже неплохо уворачивался.

Новый взлёт, вираж, подобный тем, что закладывает боевой дракон перед нападением и, собственно, нападение. Лауна клюнули в темечко.

— Да твою ж!.. — выругался хозяин кабинета. Но он не злился, наоборот.

Ещё один выпад, и птичка оказалась в кулаке.

Боевик наблюдал за происходящим с лёгкой улыбкой, а я не скрывала удивления. Так что именно мне и пояснили:

— Центрус негодует.

Что?!

Лаун сломал магическую печать, развернул листок и вчитался в послание. Я же застыла, напрочь забыв о формулярах. Правда, вместо дальнейших пояснений услышала:

— Ты пиши, пиши…

Мне кажется или мир в самом деле с ума сходить начал?

Я действительно вернулась к бумагам, а в кабинете воцарилась тишина. Правда, длилась она недолго… Очень скоро раздался уверенный стук в дверь, а спустя миг мы услышали голос нового секретаря, который… кажется, уже проклинал свою работу.

— Господин Лаун, к вам верилийцы, — чуть заикаясь, сообщил он.

— А пусть войдут!

Я отложила перо и обернулась, чтобы тут же напороться на гневный взгляд серых глаз.

— Эмелис, дорогая, как это понимать? — рыкнул Центрус.

С момента нашей последней встречи глава магического Ордена Верилии изменился мало. Всё те же длинные белые волосы, длиннющая борода, заплетённая в косу, белоснежная хламида, которая придаёт сходство с магами древности и откровенно старит.

— Да что тут понимать? — встрял Лаун. — Я же сказал, тут любовь…

— С кем? — рыкнул глава верилийских магов. — С этим?

Младший сын короля Вонгарда плавно поднялся, не менее плавно развернулся и расправил плечи. Потом как будто не выдержал — сложил руки на груди и одарил архимага предельно наглым взглядом.

Центрус скривился. Лишь теперь глава верилийского Ордена переступил порог кабинета, и я смогла увидеть, что за его спиной ещё двое маячат.

Одного я знала… Широкоплечий, седовласый, с чёрными, как сама ночь, глазами. Этот человек был легендой магического сообщества Верилии, владыкой самого крупного герцогства и отцом моей первой серьёзной влюблённости. За спиной Центруса стоял Рейслин из рода Даор.

Второго мага видела впервые, но это было не важно. Тот факт, что Центруса сопровождает Рейс, уже говорил о том, что намерения у главы Ордена самые серьёзные. И не самые миролюбивые, кстати.

Да, я ждала стычки! Причём немедленной. Но разговор свернул в совсем иное русло…

— Эмелис, где ты была? — спросил… Рейс.

Я удивлённо вскинула брови, а владыка самого крупного герцогства Верилии обогнул главу Ордена, подхватил один из стоящих у стены стульев и направился к нам.

— Эмелис, мы всю страну на уши поставили. С ног сбились. Где ты была? — И столько беспокойства в голосе, причём до того искреннего, что в глазах защипало.

Меня искали? Нет, не так — меня искали маги?!

— Да, искали, — сообщил резко посерьёзневший Центрус. Он тоже стул подхватил и тоже направился к нам. — Когда ты не явилась в академию, ректор поднял тревогу. Мы обратились к твоему отцу, но он сказал, что с магией для тебя покончено. Я… — архимаг запнулся.

После, совершенно игнорируя изображающего грозное изваяние принца, поставил стул подле меня, сел и продолжил.

— Эмелис, мы действительно волновались. Я высказал твоему отцу всё, но он…