Сила и ярость Юга - Евгения Александрова Страница 47

class="p1">Рядом с ним становилось легче на душе. Она присела, чтобы собрать срубленный тростник в большую кучу. Некоторое время они с Рианом работали неподалеку друг от друга, храня молчание. Ясмин обдумывала его слова, а он, похоже, попросту смотрел на то, как она каждый раз склоняется вниз, чтобы схватить новую охапку и донести до общей кучи, которую вечером соберут в телегу.

Надсмотрщик прошёл по соседнему ряду, прикрикнул на остальных рубщиков, но Риан даже с кандалами на ногах умудрился так ловко укрыться за зелёными листьями, что его не заметили.

– Перестань на меня так смотреть, – фыркнула Ясмин.

– А ты перестань так наклоняться, – парировал в ответ Риан.

Ясмин сердито выпрямилась.

– Ещё скажи, что я делаю это нарочно.

– Не знаю, не знаю… Ты так стараешься. Глядишь, тебя и похвалят за усилия… – всё-таки не удержался и добавил Риан по ходу дела, и Ясмин тут же швырнула в него вырванный с корнем сорняк.

Риан дурашливо отклонился и плюхнулся на землю, делая вид, что ему страшно больно. И пока потирал бок, куда она якобы попала, схватил мягкий ком земли… и швырнул прямо в неё в ответ!

Ясмин сначала даже не поняла, неужто у него правда хватило наглости… Он швырнул в неё грязью! И теперь на светлой блузке мокрый след от этой грязной земли. Да как мог посметь?! И это после того, как сам обвинил в… в самом гадком!

Отбросив срубленный тростник, она налетела на него, как разъярённая кошка. Попыталась ударить по щеке, но Риан перехватил и завалил на себя. И смеялся, предатель! Всё то время, что Ясмин, сидя верхом, пыталась то ли расцарапать, то ли укусить наглеца.

– Что. Ты. Себе. Позволяешь?! – Вывернувшись, Ясмин ударила ладонью в его оголённую, мокрую от пота грудь. Но он даже не дрогнул, только опёрся на руки, глядя на неё. – За кого ты меня принимаешь?! За девку, которая спит и видит, как бы оказаться в постели хозяина?

Но эта схватка быстро превратилась в шутку. Ещё какое-то время Риан уворачивался от неё, шутя, хохотал над жалкими выпадами, сверкая белозубой улыбкой, и перехватывал за руки, пытаясь унять гнев госпожи. В конце концов Ясмин оказалась побеждена и сама повалилась на спину прямо на землю.

Прямо на срубленный тростник! А ещё недавно её заботила белая блузка со следом от грязи. Теперь она грязная целиком и полностью, даже в волосах мелкий сор. Ну и слава богам!

Риан, лежа на боку, навис над ней сверху и медленно проговорил:

– Я ничего не знаю о тебе, Ясмин. А ведь когда-то думал, что знал…

Он глядел на неё так проницательно, так глубоко, и по-прежнему лучились светом его глаза, а на губах не исчезала улыбка после глупой схватки. Ясмин опустила руки, но продолжала сверлить его взглядом, тяжело дыша.

– Я ненавижу его. Ненавижу, ясно?!

– Да, ненавидишь, – просто согласился Риан. – Но не только…

Ясмин не выдержала и снова со всей силы пихнула в грудь, ещё и ещё.

– Хватит! Хватит! Риан, прекрати! – И вдруг почувствовала, как злые слёзы выступили на глазах. – Он захватил мои земли, дом, вынудил выйти за него, он… он… – и язык не поворачивался произнести остальное вслух.

– Ладно, тише. Теперь ты меня прости. Я не прав. Прости.

Риан приподнялся, сел рядом и мягко привлёк её к себе, подхватив под спину. Ласково и сильно прижал, больше не спрашивая, готова ли она сбежать с ним снова. Склонил голову, уткнувшись носом в её затылок. Наплевав на всю грязь и сор…

Крепкие ладони прошлись по волосам, цепляясь за лёгкие, спутанные пряди, а от влажной кожи пахло сладким тростниковым соком, землёй и солнцем. Даже запах его пота не отталкивал, и Ясмин спрятала лицо у его горячего плеча, просто позволяя себя обнимать.

Сейчас их увидят вместе надсмотрщики, а после узнает сам Вальдер. И Ясмин поймала себя на мысли, что боится этого, что боится быть пойманной с другим. И вовсе не потому, что страшно будет наказание или ещё что, а потому… потому что Вальдер этого не простит, и тогда она точно проиграет.

Ей нужно ещё немного времени.

– Нидейла сказала, что есть один ритуал, – прошептала Ясмин напоследок, сжимая с силой пальцы на его голой коже предплечья, – способный лишить его силы. Мне надо найти её. Надо собрать всех, кто против чужака. И найти то, что боги сочтут достаточной жертвой.

– Я знаю, – неожиданно выдохнул в ответ Риан. – Я говорил с ней и с теми, кто готов тебя поддержать.

Как? Когда? В кандалах? Впрочем, не важно, вдруг этот болтун и впрямь выторговал себе свободу на несколько часов или ведунья навещала мятежников по их просьбе…

– Дай мне ещё день, и я что-нибудь придумаю.

Ясмин вспомнила то, каким ранимым и внезапно беззащитным показался Вальдер при последнем разговоре. Да, пришло время магов. Да, у него поддержка губернатора и всей новой правящей элиты, а у неё самой ни капли магического дара, чтобы теперь иметь право противостоять захвату. Но не так-то он тут уверен и силён, как казалось прежде. И ничего не знает о том, чем на самом деле живёт плантация.

Зато явно зауважал её после попытки ударить ножом, после того, как она сама вызвалась работать на плантации. После того, как не сломалась и дала отпор.

И он клялся, что не будет использовать против неё свой дар. А вот она ему, напротив, ничего подобного не обещала. Осталось убедить знающих-и-видящих в том, что их поддержка сейчас – святое дело, которое одобрят Ао и Теа, а не нарушение закона!

Думать, что Вальдер так просто оставит её в покое, было наивно. И к вечеру прежнего стража сменил снова Гаррет, но не для того, чтобы отвести в ту же хижину.

– Хозяин ждёт вас в доме.

– Вот как…

При появлении стража Ясмин вытерла краем рукава мокрый лоб, не думая, насколько это не подходит знатной девушке. Когда пот раздражает кожу и попадает в глаза, как-то не до красоты и изящества.

Может, уже доложили про Риана, но что теперь?.. Или Вальдер нарочно отпустил на плантацию, желая проследить, что Ясмин будет делать… Сейчас же до безумия хотелось лишь вырваться с поля и уйти к хорошо видному отсюда океану. Поймать убегающую прохладную волну, а потом зайти глубже и нырнуть в лазурную у берега воду.

Промелькнуло даже желание попросить об этой свободе Вальдера – последний разговор расположил к дружелюбности и откровенности, – но Ясмин тут же представила, как это будет выглядеть. Или,