Инсектерра. Выжить в любви - Регина Грез Страница 48

Иногда среди едкой зелени встречается белый умерший ствол – похожий на мачту затонувшего корабля. Мне становится чуточку жутко, и я прячусь в свой маленький тряпичный «шалашик».

Лучше буду прислушиваться к болтовне обезьянок, к гомону потревоженных птиц над головой, к настойчивому разговору перистых листьев вокруг. А еще перед Зеленой стеной через одного молодого наставника Уно передал мне мешочек с сушеными красными ягодами и обрывок грубого листа, на котором были написаны какие-то знаки.

Я немного поколебалась, а потом попросила Наро прочесть. Оказалось, это были всего-то два слова – «Береги себя». И еще символ, обозначающий сердце или жизнь кормиса. Таким образом, послание можно было трактовать как – «Береги себя, моя жизнь» или даже «Береги свою жизнь». Впрочем, смысл ясен, чего тут мудрить…

Наро сегодня был сдержан и суров. Казалось, он уже немного жалеет, что опрометчиво оставил дом и всерьез волнуется за исход нашего путешествия. Зато Кадо, дважды подбегавший к моей палатке, чувствовал себя полностью в родной стихии. Он был настоящий охотник и воин – отважный и деятельный первопроходец, я очень гордилась им.

И так миновал день. На ночлег мы остановились у небольшой мутной речушки.

Я еще успела вдоволь полюбоваться полетом красивых бело-розовых птиц, похожих на наших цапель или фламинго. Длинноногие, с вытянутой изящной шеей – я следила за ними, пока птицы не скрылись за вершинами высоких деревьев с кружевной нефритовой листвой. Как прекрасен этот дивный мир, где царит гармония и нега!

Пока воины разводили костры, мы с Наро еще немного прогулялись близ желтоватой воды, слушая яростный треск цикад и несмолкаемый гам лягушачьих концертов. А когда совсем стемнело, наш лагерь атаковали светлячки.

Тщетно пыталась я поймать в руку крохотные мерцающие огоньки, они ускользали от меня и еще ярче вспыхивали в свисающей кроне низкорослой акации на берегу. И уже засыпая на груди старшего добытчика, я нашла в себе силы улыбаться, предвкушая чудеса завтрашнего дня.

Я была почти счастлива… Мне не хватало лишь знакомой мелодии флейты.

Гиблый лес.

Дармаллак. Покои генерала Закриса

Черный дармис вбежал в залу, где отдыхал его суровый повелитель и сразу же у двери рухнул на одно колено, застывая наподобие каменного истукана. Высокий мускулистый мужчина тяжело дышал и капли пота струйками стекали по его руке, которой он упирался в пол, низко склонив голову.

– Надеюсь, ты побеспокоил меня по важной причине? – раздался холодный голос со стороны огромного ложа, где отдыхал неофициальный владыка колонии.

– Да, мой генерал.

Уверенность солдата вызвала на лице Закриса довольную улыбку. Он грубовато отодвинул от себя женщину, сидевшую на его колене, и резко встал, не заботясь о том, насколько удачно та опустилась на постель.

– Говори!

– Мы получили важное донесение от разведчиков, – взволнованно сообщил воин.

Густые лохматые брови Закриса удивленно приподнялись, а ноздри крупного носа хищно затрепетали.

– Продолжай!

– Королева покинула Кормаксилон.

– Неужели снова сбежала? – в голосе первого среди дармисов звучала нескрываемая издевка.

– Нет, Владыка. В сопровождении большого отряда воинов Магрит движется к реке. Преданные нам пикары помогают сверху отследить маршрут.

Закрис хищно осклабился, его руки сами собой сжались в пудовые кулаки.

– Передай мой приказ солдатам. Кормисов пока не трогать, только наблюдать. С их Матерью ничего не должно случиться. Она нужна мне живой и без единой царапины. Ясно тебе?

– Да, генерал.

– Можешь идти!

Воин встал и, не поднимая голову, согнувшись, как старик, опрометью выскочил из комнаты. Закрис же обернулся и посмотрел на свою собственную королеву – хозяйку Дармаллака. Загорелая нагая женщина похотливо облизала пухлые губы и призывно раздвинула бедра. Еще некоторое время назад он с удовольствием прикасался к ней, а теперь она вдруг показалась ему надоевшей старой игрушкой, прохудившимся башмаком, который стоило просто выкинуть.

– Исчезни, Харима! Я тебя не хочу.

Позвякивая золотыми браслетами на лодыжках и запястьях, королева сползла с ложа и прильнула к ноге Закриса, но тотчас отшатнулась в страхе наказания. Однако ему пришла в голову новая интересная мысль. Он грубо намотал длинные волосы Харимы себе на руку и приблизил ее раскрасневшееся лицо к напряженному паху.

И пока королева самозабвенно ублажала его, Закрис рисовал в воображении новую пленницу, с кожей белой, как козье молоко, с испуганными блестящими глазами горной лани, с грудью упругой и спелой, как плод питайи.

Ммм-ахрр… он ни перед чем не остановится, чтобы ее получить.

Гиблый лес

Пара дней пути до Мелисана

Магрит

Наро разбудил меня незадолго до рассвета. Оказалось, кормисы уже свернули лагерь и готовы снова двинуться в путь. Старший добытчик терпеливо ждал, пока я протру глаза и умоюсь, но я не хотела никого задерживать и отложила завтрак до следующего привала. Наро держался вполне спокойно, все же я угадывала смутное волнение, охватившее его сердце.

На берегу заканчивалась знакомая охотничья тропа, дальше были малоизведанные земли дедулов и пикаров. Кормисы обычно старались не уходить так далеко от Дома, – продовольствия и материалов для строительства в избытке хватало вблизи Кормаксилон.

Сейчас нам предстояло двигаться по ориентирам карты, оставленной посланником васков. Ему-то хорошо, он умеет летать… А нам придется продираться через непроходимые заросли, прокладывать путь местными мачете. Какой уж тут паланкин! Я немедленно отказалась от подобной роскоши, сменила обувь на более плотную и закрытую, чтобы идти вместе со всеми по новому маршруту.

Теперь мы двигались заметно медленнее и осторожнее. Кадо уже не шутил, угрюмо озираясь вокруг – местность впереди была ему не знакома. Пару раз мы натыкались на змей, потом какие-то злобные зверюшки закидали нас гнилыми фруктами с вершины дерева, один из кормисов провалился в яму и чудом не сломал себе шею, расцарапав тело о колючие растения, выстилавшие нору.

Я шла в середине людской цепи и в душе на чем свет стоит ругала себя за необдуманный порыв. Если кто-то из парней пострадает, – это будет только моя вина. О том, что сама могу быть укушенной ядовитым гадом с лапками или крыльями, даже не думала. Хотела приключений – получай!

В Кормаксилоне, нежась в мягкой постели или развалившись на шкурах танагров у горящих светильников, наша прогулка представлялась совсем иначе, а сейчас я всерьез могла попроситься назад, но не решалась озвучить свои сомнения.

До сумерек мы двигались по намеченному пути. То и дело разведчики залезали на высокие ветки, оглядывали лес. По их мрачным лицам я поняла, что наш отряд еще долго будет блуждать в зарослях. За день я натерла ногу и смертельно устала. Какое-то время Наро нес меня на спине, потому что носилки еще больше замедлили бы всю цепочку кормисов.

Наконец воины зажгли факела и стали искать место для нового ночлега. Мечта оказаться