Конечно, свобода - Елизавета Васильевна Шумская Страница 48

– О! Дядя! Шиасу! – Син наконец-то заметил их и замахал рукой. Медсестра сердито на него зашипела.

– Значит, родственники? – сурово спросила она, когда демоны подошли. – Долго его не утомляйте. Мы в него столько энергии влили, что просто диву даешься, куда только влезло. Кстати, это вам в счет, большой выйдет. Поэтому не утомляйте, а то ему сейчас поплохеет, еще дороже выйдет.

– Лисица? – уточнил Меррей. Медсестра высокомерно кивнула. – Оплатим обязательно. Только скажите, как он?

– Это к лекарю. Дальше по кабинету. Две минуты. Не больше!

И она, гордо задрав хвост, ушла. Мужчины проводили ее взглядами.

– Шиасу! Дядя! Я так рад! – первым очнулся Син. – Вы знаете, что со мной произошло?

– Ты трахал мою пленницу, а потом сам ее выпустил, придурок! – рявкнул его брат.

– Пленницу? Не знал, – удивился младший. – Она не сказала.

– Еще бы!

– Ладно, не знал, но пить-то себя зачем дал? – спокойно спросил Меррей. – Ты же знал, как это опасно.

– Я даже не понял, что она меня пьет, – сконфуженно пробормотал Син. – Она была такой милой, такой… ну… секси, – он покаянно глянул на брата. – И хотела. Сказала, что у вас свободные отношения. Не рычи! Я же не знал! Я подумал, почему бы и нет? Дама же хочет. Ну и… а потом… все как в тумане. Но она такая… такая…

Шиасу все-таки зарычал.

– То есть ты даже не почувствовал, что она любовную магию на тебя направила? – удивился Меррей. – Ты же должен был ощутить вторжение в сознание, – мужчина протянул руку и вытянул на свет из-под больничной пижамы гроздь амулетов на шее племянника. – Все вроде работает. Неужели нашла, как обойти?

– А их можно обойти?

– Всё можно обойти, – буркнул глава клана. – С какого момента ты плохо помнишь?

– Ну-у… может, раза со второго.

Его брат сам себя ощущал полной гнева бочкой. А еще дураком. Полнейшим, безнадежным кретином.

– Понятно. Затащила в койку. Начала колдовать не сразу. Выбрала момент – и впилась. Ты и не заметил. А потом уже поздно стало. Взяла тебя, идиота, под контроль, выпила ауру, – перечислил Меррей, неотрывно глядя на Сина. – Ты понимаешь, что ты дебил?

– Но она была в доме у Шиасу! И на мне были амулеты!

– А то, что ты перестал себя контролировать, тебя не смутило?! Ты каким-то другим местом, кроме репродуктивного, можешь думать?

– Э-э… тогда нет.

– Бестолочь! – возмутился Меррей. Казалось, больше всего его разозлило именно то, что племянник так быстро признал вину. – Остаешься тут. Вон у тебя тут какая строгая медсестричка. Потом придумаю тебе наказание.

– Ну, дядя…

Тот только махнул рукой и направился к выходу из палаты. Син подмигнул за его спиной брату. Шиасу не ответил и понуро поплелся за главой клана. Можно не сомневаться, что младший отделается какой-нибудь ерундой вроде двадцати двух рефератов по суккубам. Ему же так легко эту ситуацию не спустят.

В кабинете у врача Меррей сразу представился и начал задавать вопросы про самочувствие племянника.

– Ничего сложного, – пожал плечами лекарь. – Энергетическое истощение. Сил у него выпили много. Потом какие-то странные повреждения магического плана. Похоже на любовную магию, но было не до изучения. Подлатали – и ладно. Рана на груди, но это совсем ерунда. Повреждения как от неправильного заклинания мы тоже вылечим. Истощение можно исправить или подпитывая силы чужой магией, или само восстановится. Первое – быстрее, второе – дешевле.

– Жизни его ничто не угрожает?

– Уже нет. Кто бы или что бы его не истощило, оно оставило сил на жизнь. Аура, конечно, повредилась, но такое бывает и при сильном заклинании, когда потратились больше, чем могли. Все маги через это проходят, и почти что никто не умирает. Наоборот, умнее становятся. Ваш родственник от этого точно не умрет. В общем, как лечим – дороже или дешевле?

– Пусть будет медленно. В наказание.

– Если в наказание, то я ему медсестер на медбратьев поменяю, – хохотнул доктор.

– Договорились, – одобрил Меррей.

Демоны перенеслись в кабинет главы клана, где он тут же плюхнулся в любимое кресло.

– Ну, хорошо, что хорошо кончается, – попытался как-то поменять минус на плюс Шиасу.

– Хорошо? Хорошо?! – внезапно вызверился Меррей, вскакивая с кресла. – Хорошо, говоришь?!

Молодой демон застыл как вкопанный. Дядя по-настоящему злился редко. Напоказ – сколько угодно. А когда вот так – нет, так самообладания глава клана давно не терял.

– То есть то, что два моих любимых племянника повели себя как полнейшие кретины, ты считаешь нормальным?! Один чуть убить себя не дал! Второй вообще! Слов нет! Вся моя комбинация к хаосу полетела!

Шиасу склонил голову. Да, он это заслужил.

– Дядя, но… в конце концов, мы и так богаты. С Нерками, конечно, неудачно… Но так ли нам нужно возвышение Саалов?

Меррей внезапно успокоился. Вернее, внешне успокоился. К сожалению для Шиасу, гнев старшего Ракхара перешел в самую ужасную стадию.

– Ты действительно дурак, да?

– Я… по моему недосмотру… моя вина, что упустили, что сделка сорвалась.

– Да плевал я на сделку, – прошипел Меррей, усаживаясь за стол. Откинувшись на спинку кресла, он долго, пронизывающе смотрел на племянника. С каждой секундой тому становилось все хуже. – Неужели ты думаешь, что все так легко бы получилось? Вот так с полпинка и пробили туннель, да? Смешно… Или ты думаешь, что нам пойдет на пользу столь сильное возвышение Саалов? На Нерков с Феестинами я вообще плевал. Спросишь, зачем я тогда все это затеял? Или снова промолчишь?

– Зачем? – хрипло выдавил из себя Шиасу. Наверняка Меррей проверял его на преданность. И он, похоже, проверку завалил.

В этот раз пауза затянулась просто на неприличный срок.

– Знаешь, когда демон становится высшим демоном?

Смена темы заставила Шиасу напрячься все сильнее.

– Если есть способности… то когда приходит время… – осторожно предположил он.

Меррей только покачал головой.

– Время важно, это верно. Но на самом деле демон становится высшим демоном… когда бросает вызов тому, кто в разы сильнее. Понимая все, осознавая опасность, он ради того, что дорого, идет в бой с заведомо более мощным противником.

Открыв рот, Шиасу молчал. Потом сообразил, как глупо выглядит, и захлопнул его.

– Я много раз бросался в бой против того, кто сильнее.

– Нет, в те времена, когда ты это делал, ты еще не понимал, насколько ты слабее. Ты искренне считал, что победишь. Потом ты поумнел и стал аккуратнее выбирать противников. Не вступал в бой с тем, против кого у тебя мало шансов.