Эрин Моргенштерн - Ночной цирк [Litres] Страница 55

Отыскать дорогу в этом лесу удается с трудом. Стоит сделать несколько шагов, как стены теряются в исчерченной белыми ветвями темноте.

Тебе слышится тихий женский смех, а может, это просто кроны шелестят над головой. Ты бредешь по лесу в поисках следующей двери, следующей комнаты.

Ощутив на шее теплое дыхание, ты оборачиваешься, но рядом никого нет.

Кошачий оракул

Конкорд, Массачусетс, октябрь 1902 г.

Расставшись с прорицательницей и повернув по ее совету направо, Бейли почти сразу же натыкается на группу людей, наблюдающих за представлением. Действие происходит не на одном из постаментов, и ему не сразу удается разглядеть, что творится на площади. В просвет между спинами зрителей ему виден поднятый в воздух обруч – чуть большего размера, чем тот, с которым выступала девушка-змея. Когда он подходит ближе, сквозь обруч пролетает в прыжке черный котенок, но как он приземляется, Бейли не видит. Стоящая впереди женщина в широкополой шляпе делает шаг в сторону, и вот Бейли смотрит на юношу примерно своего возраста, но чуть пониже ростом, одетого в черный костюм, сшитый из кусочков разных тканей, и шляпу в тон. На его плечах замерли в ожидании парочка белых котят. Юноша протягивает вперед руку, и один из котят, соскочив с плеча, прыгает ему на ладонь, а оттуда, делая в воздухе эффектное сальто, летит сквозь обруч. В толпе раздается смех, некоторые, включая Бейли, аплодируют. Женщина в широкополой шляпе уходит вовсе, и глазам Бейли открывается вся площадка целиком. Он застывает при виде девушки, которая только что поймала белого котенка и теперь усаживает его себе на плечо, где уже сидит другой, черный.

Она старше, чем он предполагал, и копна рыжих волос почти не видна под белой шляпой. Но ее костюм похож на тот, в котором она встретила его в прошлый раз: лоскутное платье из самых разных, но неизменно белоснежных тканей, белый жакет с кучей пуговиц и пара ослепительно белых перчаток.

Обернувшись, она встречается с ним глазами и улыбается. Не той улыбкой, которую артист мог бы подарить случайному зрителю, пришедшему поглазеть на котят, демонстрирующих чудеса ловкости. Нет, так улыбаются старому приятелю после долгой разлуки. Бейли безошибочно угадывает эту разницу, и то, что она его вспомнила и узнала, вызывает в нем неожиданный прилив радости. Он чувствует, как щеки внезапно начинают гореть, несмотря на ночную прохладу.

Остаток представления он досматривает с утроенным вниманием, глядя не столько на котят, сколько на девушку, хотя котята вытворяют такое, что пропустить это просто невозможно, и время от времени он отвлекается на них. В конце шоу девушка и юноша, а с ними и котята кланяются зрителям, срывая овации.

Зрители начинают расходиться, и Бейли гадает, что он должен сказать – и должен ли. Перед ним останавливается человек, женщина сбоку не дает возможности сделать шаг в сторону, и на какое-то время он теряет девушку из виду. Когда Бейли удается продраться сквозь толпу, артистов и котят уже след простыл.

Толпа вокруг стремительно редеет, и в скором времени на дорожке остается лишь несколько человек. Насколько Бейли может заметить, с тропы некуда свернуть. По обе стороны ее окружают только полосатые стены шатров, и он оборачивается кругом в поисках закутка или двери, за которой могли укрыться девушка с юношей. Он клянет себя за то, что так глупо потерял ее, когда кто-то трогает его за плечо.

– Привет, Бейли, – говорит девушка, стоя прямо у него за спиной.

Она сняла шляпу, и ее рыжие волосы волнами спадают на плечи. Белый жакет она успела сменить на теплое черное пальто, а шею закутала в ярко-фиолетовый вязаный шарф. Лишь выбивающийся из-под пальто подол платья и белые сапожки выдают в ней ту, что давала представление на этом самом месте с минуту назад. В остальном она выглядит как обычный посетитель цирка.

– Привет, – говорит Бейли. – А я не знаю твоего имени.

– Ой, прости, – спохватывается она. – Я забыла, что у нас не было возможности познакомиться как положено. – Она протягивает ему руку, и Бейли отмечает про себя, что ее белая перчатка побольше той, что она дала ему в подтверждение выполненного задания несколько лет назад. – Вообще-то мое имя Пенелопа, но оно мне не нравится, и меня никто так не называет. Так что для всех и всегда я Поппет.

Бейли пожимает протянутую руку, с удивлением отмечая, что она теплее, чем он ожидал, особенно учитывая, что они оба в перчатках.

– Поппет, – повторяет Бейли. – Я слышал это от прорицательницы, но не понял, что это твое имя.

Лицо девушки озаряет улыбка.

– Так ты был у Изобель? – спрашивает она, и Бейли кивает. – Правда, она прелесть? – Бейли снова кивает, хоть и сомневается, что в такой ситуации уместно трясти головой. – Она рассказала, что хорошего ждет тебя в будущем? – спрашивает Поппет драматическим шепотом.

– Я мало понял из того, что она говорила, – признается Бейли. Поппет понимающе кивает.

– С ней это часто бывает, – говорит она. – Но она не со зла.

– Вам разрешается выходить сюда так запросто? – спрашивает Бейли, кивнув в сторону нескончаемого потока посетителей, которые проходят мимо, не обращая на них ни малейшего внимания.

– Конечно, – говорит Поппет, – но только инкогнито. – Она показывает на свое пальто. – Так нас никто не узнает. Верно, Виджет? – она оборачивается к стоящему неподалеку юноше, в котором Бейли до этого момента даже не заподозрил ее партнера по выступлению.

Черный жакет он сменил на коричневый твидовый пиджак, из-под кепки выбиваются такие же, как у Поппет, огненно-рыжие вихры.

– Люди редко обращают внимание на других, если не давать им повода, – говорит он. – К тому же наши волосы – изрядное подспорье в том, чтобы моментально откреститься от черно-белого цирка.

– Бейли, это мой брат Уинстон, – представляет его Поппет.

– Виджет, – поправляет он сестру.

– Я как раз собиралась сказать, – слегка раздраженно отвечает Поппет. – Видж, это Бейли.

– Рад знакомству, – говорит Бейли, протягивая ему руку.

– Взаимно, – откликается Виджет. – Мы собирались прогуляться. Составишь нам компанию?

– Да-да, пойдем с нами, пожалуйста, – подхватывает Поппет. – Мы редко с кем-то общаемся.

– Конечно, с радостью, – соглашается Бейли. Он не видит ни одной причины отказываться и радуется тому, что брат с сестрой оказались такими легкими в общении. – А вам нужно будет еще, ну, выступать?

– У нас перерыв на несколько часов, – заверяет его Виджет, и они пускаются в путь по аллее. – Котятам нужно отдохнуть. После выступлений они всегда сонные, как мухи.