Расколотые небеса - К. М. Дэвидсон Страница 6

— Не так уж и давно. — Астерия закатила глаза, отводя взгляд, чтобы не смотреть на него.

Несмотря на все, что он совершил, через что заставил ее пройти — временами было сложно не поддаться его притяжению.

Особенно учитывая, что прошло уже больше ста лет с тех пор, как…

— Прошло пятнадцать лет, Астерия, — Род прервал ее мысли, поднимаясь с кресла и направляясь к ликерному шкафу.

Она покосилась на него, на мгновение любуясь игрой мышц его спины под загорелой кожей, пока он открывал и закрывал шкаф. Не ее вина, что он отказывался носить рубашку.

— Так долго, да?

— Твоя мать послала меня проведать тебя, — бросил Род через плечо, не отрывая глаз от двух стаканов виски, которые он налил.

— А я-то думала, ты хочешь заслужить мое расположение, проявив участие. — Астерия прищурила глаза на Рода, когда он приблизился, протягивая стакан. — Наивные мечты, полагаю.

Астерия пододвинулась к краю стула. Она наклонилась, чтобы взять стакан, но Род в последний момент отдернул его. Потеряв равновесие, она чуть не врезалась лицом в его мускулистый живот.

Она застыла от неожиданной близости, ощутив знакомое тепло и легкий, воздушный запах, окутавший ее. Она закрыла глаза, подавляя нахлынувшие воспоминания.

Род опустился на уровень ее глаз, приседая перед ней, пока его смертные, медовые глаза вглядывались в ее ярко-голубые. Она сохраняла лицо бесстрастным, напряжение трещало вокруг них, пока он медленно поднимал стакан между их лицами.

Астерия быстро выхватила его, опрокинув все содержимое, прежде чем поставить стакан ему в руку.

— Если бы я сказал, что пришел, потому что мне не все равно, — тихо и ровно произнес Род, и на его мужественном лице появилась улыбка, в которой смешались веселье и боль, — изменило бы это хоть что-то в наших отношениях?

Астерия прищурилась, изучая его лицо.

Несмотря на то, что он был в своей смертной форме, она все же уловила божественную форму под ней, его золотое сияние пробивалось сквозь поры и излучалось вокруг, как будто он приносил с собой собственное солнце, куда бы ни шел.

Бог Материи и Морали, любимый людьми, однако он не мог сойти за человека, как бы ни старался.

Что касалось Астерии, то она не видела в нем и подлинной нравственности, по крайней мере, когда речь заходила о любви и уважении.

— Полагаю, мы никогда не узнаем, — ответила Астерия, откидываясь, пока верх стула не впился ей в плечи.

Род тихо хмыкнул, и звук, вибрируя, заполнил комнату, в то время как он переместился слишком быстро для смертного взгляда. Он оказался между ног Астерии, наклонился и сжал ее подбородок пальцами. Ее глаза вспыхнули синим от силы, и шестиконечная Метка на середине лба засветилась.

— Не дразни меня, Астерия, — проворчал Род, его голос эхом отозвался в комнате. — Это жестоко.

Она шлепнула его по руке и поднялась со стула, ее ноги парили в полуфунте над землей, так что они снова оказались глаза в глаза.

— Кто вообще сказал, что я добра?

— Ты добра к своим Сирианцам, — бросил вызов Род, сузив те золотые глаза. — Почему ты не можешь проявить такую же милость к собратьям-Лиранцам?

— Потому что Сирианцы всегда были добры ко мне, — резко ответила Астерия, грациозно опустив ноги на землю. Она приложила руку к середине его твердой груди, испытывая свою выдержку исходящим от него притягательным теплом, пробежавшим по ее руке. Она впилась в него взглядом и добавила: — Тогда как некоторые из моих собратьев-Лиранцев — нет.

Она толкнула его в грудь, и он отступил назад, задев бедром за край ее стола.

Он уставился на нее, выпрямляясь и поправляя стол, совершенно не обратив внимания на ушиб, который был бы болезнен для смертного.

— Когда ты прекратишь наказывать меня за поступок, совершенный почти сто двадцать лет назад?

Астерия склонила голову набок, устремив взгляд на Рода.

— Я озвучила тебе самые минимальные условия, при которых я могла бы задуматься о том, что у нас когда-то было. Похоже, ты не способен их выполнить. Именно поэтому я и буду продолжать наказывать тебя вечность.

— У всех нас есть потребности, Астерия. — Род провел рукой по волосам — такая смертная манера. — Будь то человек или Лиранец, мы естественным образом стремимся удовлетворить эти потребности.

То, как он произнес потребности, словно это богатый секрет, известный только им, заставило Астерию болезненно осознать нарастающую боль между ног, чем дольше он стоял перед ней без рубашки.

Боль, которую она отказывалась позволить удовлетворить кому-либо другому последние сто двадцать лет.

— Я, кажется, прекрасно справляюсь, не ища других, чтобы удовлетворить мои потребности, — сказала она насмешливо, создавая кавычки руками.

Род приподнял бровь в ответ на вызов, медленно обходя стол, как хищник. Она отступила назад, пока не уперлась в стену, но он сократил дистанцию и заключил ее между своими руками.

— Я бы поспорил, — сказал Род, слова прозвучали гулом, пока он склонял к ней голову.

Астерия резко отвернулась, что было ошибкой, — это обнажило ее шею перед ним. Его мягкие губы коснулись бешено бьющегося пульса, а рука скользнула вверх по ее бедру, обвив талию. Он резко притянул ее к своему телу, и от внезапной силы у нее вырвался вздох.

— Звезды, как я скучал по этому звуку, — прошептал Род ей в шею, его дыхание щекотало. Она вздрогнула, живот сжался. — Всего лишь глоток, Астерия, чтобы напомнить тебе, каково это было.

Несмотря на то, что тело предавало ее, Астерия знала, что все, связанное с Родом, было ошибкой. Если бы он действительно хотел ее обратно, он перестал бы трахать все, что бросало на него взгляд.

— Род, — прошептала Астерия, поворачивая голову так, что ее губы едва коснулись его щеки, а голос ласкал ухо. — В следующий раз, когда ты положишь на меня руку без моего разрешения, я испепелю тебя своим звездным огнем.

Она использовала Энергию, чтобы оттолкнуть его от себя, отправив его в полет через дверь на другой стороне комнаты. Древесина разлетелась на мельчайшие осколки, когда он приземлился в коридоре, земля прогнулась под ним.

— И прибери этот беспорядок, прежде чем уйти, — крикнула она, прежде чем создать портал на противоположную сторону Академии. Оказавшись на равнинах северной оконечности острова, где располагались все жилые помещения, она прошипела: — Моя блядская мать.

ГЛАВА 3

ФИБИ

— Мамочка! — радостно прокричал тонкий голосок с другого конца затемненного коридора.

Внимание Фиби Эббот мгновенно