Злодейка. (не) нужная невеста - Maria Sonik Страница 6

Я прищурилась, вспоминая победную улыбочку блондинки на троне.

— Лиана пусть готовится. Потому что если она думает, что я просто так отдам ей свою голову на плаху, она глубоко ошибается. Я не Эвелина. Я не буду рыдать и резать вены. Я буду бороться. И пусть тогда боги помогут тем, кто встанет у меня на пути.

Я подошла к столу, взяла дневник Эвелины и швырнула его в камин. Бумага вспыхнула ярким пламенем.

— Прощай, прошлое, — сказала я, глядя, как горят розовые сопли. — Здравствуй, будущее. И оно будет моим.

— Миледи... — прошептала Мила с благоговейным ужасом. — Вы... вы изменились.

— Я воскресла, детка, — я подмигнула ей. — А воскресшие, как известно, очень опасны. Особенно когда знают, чем кончается книга. А теперь давай-ка разрабатывать план. Мне нужно узнать все об этом мире, всех его законах, всех слабых местах королевской семьи и всех грешках нашей дорогой компаньонки. И мы начнем прямо сейчас. Где у нас тут библиотека?

Глава 3. Первое столкновение с «Его Высочеством»

Я проснулась от того, что кто-то нагло раздвинул шторы, впуская в комнату поток солнечного света, который больно резанул по глазам. После вчерашних откровений я уснула только под утро, и сейчас мой организм требовал мести.

— Какого черта? — прохрипела я, натягивая одеяло на голову.

— Доброе утро, миледи! — жизнерадостно прощебетала Мила. Она стояла у окна с таким видом, будто только что выиграла в лотерею. — Прекрасное утро! Солнце светит, птички поют, а во дворце случилось великое событие!

— Если это событие не ядерная война, уничтожившая всех принцев и их любовниц, мне оно неинтересно, — пробурчала я из-под одеяла.

— Его Высочество кронпринц Теодор прибыл с визитом! — выпалила Мила. — Он едет к нам! Сейчас! Леди Маргарет уже принимает его в гостиной!

Я села в кровати так резко, что у меня хрустнула шея.

— Что-о-о?

— Его Высочество! — Мила захлопала в ладоши. — Он приехал проведать вас! Это так трогательно! Наверное, он осознал свою вину и хочет помириться!

Я посмотрела на эту наивную девочку и горько усмехнулась.

— Мила, детка, запомни раз и навсегда: мужики не ездят мириться к женщинам, которых унизили прилюдно. Они ездят только в двух случаях: либо им что-то нужно, либо они хотут добить жертву. Угадай с трех раз, к какому варианту относится наш визит?

Мила сникла.

— Но... может быть...

— Не может, — отрезала я, спуская ноги с кровати. — Одевай меня. Быстро. И рассказывай, кто с ним приехал. Только честно.

Мила засуетилась вокруг меня, помогая надеть пеньюар (боже, я даже слово это раньше не могла выговорить без смеха, а теперь ношу это кружевное безобразие).

— Со свитой, миледи, — затараторила она. — Человек десять. Среди них... среди них леди Лиана Вуд.

— Бинго! — я хлопнула в ладоши. — Я же говорила. Притащил свою зазнобу, чтобы еще разок носом потыкать. Типа, посмотри, дорогая невеста, какую я тебе замену нашел. Ай да Теодор, ай да молодец!

— Миледи, может, притворитесь больной? — робко предложила Мила. — Скажем, что вы еще слабы после... после того случая.

— Исключено, — я подошла к зеркалу и критически оглядела свое отражение. Бледновата, под глазами синяки, но в целом — ничего. Красивая мордашка, шикарные волосы, фигура — богиня. — Если я притворюсь больной, они решат, что я сломалась. А сломанных кукол выбрасывают. Или добивают. Нет уж, спасибо. Мы встретим дорогих гостей во всеоружии.

— Во всеоружии? — Мила испуганно оглянулась, явно представляя меня с мечом.

— В моральном, детка, в моральном. Давай платье. То, которое самое красивое, самое дорогое и самое... уверенное. Чтобы этот принц пожалел, что вообще родился на свет.

Через полчаса я спускалась по лестнице. Платье, которое выбрала Мила, оказалось темно-изумрудным, с глубоким декольте (от которого у меня самой глаза на лоб полезли), узким лифом и пышной юбкой, расшитой серебряными нитями. Волосы мы уложили в сложную прическу, открывающую шею, нанесли легкий макияж, подчеркнув глаза, и я стала похожа на роковую женщину из голливудского фильма сороковых годов. Ту самую, которая курит длинный мундштук и разбивает мужские сердца пачками.

— Миледи, вы... вы прекрасны, — выдохнула Мила.

— Знаю, — я подмигнула ей. — Красота — это оружие. А сегодня у нас боевой выход.

Голоса доносились из большой гостиной. Я замедлила шаг, прислушиваясь. Сквозь приоткрытую дверь было слышно сладкое воркование леди Маргарет:

— Ваше Высочество, какая честь! Мы так тронуты вашей заботой! Бедняжка Эвелина так переживала после того злополучного бала, что совсем слегла. Но теперь, когда вы здесь, она непременно пойдет на поправку!

— Я искренне надеюсь на это, леди Маргарет, — раздался мужской голос. Глубокий, бархатистый, с нотками снисходительности. — Здоровье моей невесты — не пустой звук для меня. Именно поэтому я пригласил леди Лиану сопровождать меня. Она обучалась целительству у лучших магов Академии и сможет оценить состояние леди Эвелины профессионально.

— О, какая забота! — проворковала Маргарет. — Леди Лиана, вы так добры!

— Что вы, это мой долг, — ответил второй женский голос. Тоненький, нежный, прямо-таки журчащий ручеек. — Я сделаю все возможное, чтобы помочь леди Эвелине.

Я скривилась. Ну точно, притащил свою пассию в качестве «целительницы». Это ж надо быть таким... предсказуемым!

Я распахнула дверь и шагнула внутрь.

— Доброе утро всем! — произнесла я звонко, с улыбкой во все тридцать два зуба.

Эффект был подобен разорвавшейся бомбе.

Леди Маргарет, стоявшая у кресла с чайником в руках, замерла с открытым ртом. Ее лицо вытянулось, а чайник накренился, проливая кипяток на скатерть.

Принц Теодор, восседавший в кресле с видом хозяина жизни, дернулся так, будто его ударили током. Его брови поползли вверх, а на лице отразилась сложная гамма чувств: от недоумения до едва сдерживаемого раздражения.

Но самое интересное было с Лианой. Эта блондиночка, сидевшая на диванчике рядом с принцем, побледнела так, что стала одного цвета со своим платьем. А потом быстро-быстро заморгала, пытаясь изобразить на лице участливое выражение.

— Леди Эвелина! — ахнула Маргарет, придя в себя. — Вам нельзя вставать! Вы так слабы!

— Слаба? — я рассмеялась и плавно, как учили в моей старой жизни на