По всем вопросам обращайтесь в дракона! - Наталья Сергеевна Филимонова Страница 60

Покопавшись в своих вещах, я облачилась в белье и длинный махровый халат, который обычно надевала после купания. Пока я в таком виде, пожалуй, это лучший вариант — халат широкий и длинный, да и руки можно спрятать в рукава. Возвращаться на рабочее место, не вернув себе нормальный вид, я точно не собиралась. Хватит с меня косых взглядов.

Подумав об этом, я усмехнулась. Да уж, вряд ли начальник влепит мне прогул. Некоторым мужчинам вообще полезно иногда почувствовать себя виноватыми.

Как я там превращалась обратно? Надо подумать о чем-то смешном? Ха-ха. Было бы очень смешно сделать из одной моей знакомой леди драконицу-гриль. Уж я бы повеселилась!

Так, отставить кровожадные мысли, если я не хочу в таком виде показываться на глаза дочери!

Ничего смешного, как назло, в голову не приходило. Зато торжествующее лицо леди Вириссы прямо-таки стояло перед глазами. Как и ее же невинная мордашка и глазки, полные «искреннего» раскаяния, когда она повернулась к Тею. Ух, так бы и подпалила!

Ладно… попробуем пойти более медленным путем. Мне все равно надо составить список для Тея.

Я подошла к небольшой конторке в углу своей спальни и отодвинула стул подальше. Сесть пока все равно не могу. Буду писать стоя и согнувшись в три погибели.

Выдвинув один из ящиков, я нашла пачку чистых листов и самописку — местный аналог шариковой ручки. Выглядела она, правда, как обычное гусиное перо, и писать ей было не очень-то удобно. Зато, по крайней мере, не надо макать в чернила.

Тей самописок не признает и предпочитает писать по старинке. Ретроград, как и все драконы. Ну а я обеими руками за магический прогресс.

Кое-как опершись одним локтем о столешницу и пристроив перо между когтями правой руки, я как могла аккуратно вывела на листе крупными буквами: «Требования». Хотя нет. Не так. Надо официально. Значит, в верхнем правом углу — реквизиты: кому, от кого… леди Иллиана Вернес, далее именуемая «невеста»…

Так, значит, пункт первый — ментальную магию ко мне не применять! Вообще никогда и ни при каких обстоятельствах! Потом… «предпринять все усилия для защиты вышепоименованной невесты от ментальной магии других драконов»… Ага, не забыть про обучение контролю — сам пусть учит, нечего расслабляться, ишь…

Покусав кончик пера, я принялась вдохновенно строчить дальше. Я, конечно, не юрист. Всего лишь секретарша. Но в крючкотворстве рука у меня еще как набитая. Стоило бы, конечно, проконсультироваться с юристом — таким, которому можно доверять, и я даже всерьез обдумывала эту мысль: Лариса говорила, что у ее парня юридическое образование. Все-таки у законников наметанный глаз в поиске всевозможных лазеек в формулировках. Увы, эту мысль пришлось отбросить: до даты, когда мы договаривались встретиться с Ларисой, еще несколько дней, и оставаться все это время беззащитной я не хочу. А значит… тренируем фантазию!

Ну и немножко издеваемся. Самую малость. Как без этого.

Нет, ну я ж не жадная. И рыбку золотую мне на посылках не надо, я меру знаю. Просто у меня, знаете, терпение уже лопнуло, а корыто все протекает и протекает.

Так, пункт двадцать восемь… хммм… «Предоставить список всех бывших любовниц вышепоименованного жениха и претенденток в оные; несостоявшихся невест; кандидатур, предложенных в таковые матерью жениха; а также студенток, замеченных в воздыхании…»

Я запнулась. Или воздыхательстве? Все же этот канцелярский стиль чудовищен в любом языке. И изумительно прилипчив.

Ничего, ректор у нас тоже к крючкотворству привычный, ибо ноблес, так сказать, оближ, сиречь положение обязывает… ох ты ж, а это-то откуда из меня полезло?

Хвост будто сам собой недовольно стукнул по полу. От позы, в которой я стояла, спина уже начала потихоньку затекать. Я переступила с ноги на ногу. Потом приподняла правую и когтями поскребла чешую на левой.

— Госпожа Иллиана? — послышался растерянный голос. — Вы… уже вернулись?

Тьфу ты, а дверь-то я плотно не прикрыла! Ума уже заглядывала в проем — и глаза ее были так вытаращены, что я даже забеспокоилась.

Зато Лелька не сомневалась ни секунды. Проскочив у Умы под ногами, она радостно напрыгнула на меня.

— Ой, мама! Какая ты красивая!! Ой, мам, у тебя хвост⁈

Мда… и этого ребенка я боялась шокировать?

В тот момент, когда мое прекрасное дитя радостно схватило меня за поименованную часть тела, хвост, будто испугавшись, пришел в движение — и принялся стремительно укорачиваться, пока не исчез вовсе. Я взглянула на руки. Чешуя тоже пропала.

Что ж, кажется, я нашла второй свой личный рецепт избавления от полуоборота.

Глава восемнадцатая

Клан серебряных драконов

В конечном счете я решила, что вернуться на работу на остаток дня будет самым здравым решением. А потому привела себя в порядок и переоделась — все равно сегодня еще в храм идти. Мимоходом подумала, что на выходных придется пройтись по магазинам одежды — обновить гардероб с учетом всех своих… особенностей. А пока натянула привычные широкие брюки — и сложила себе в сверток на всякий случай запасные, решив, что пока в приемной у себя стоит держать смену одежды и обуви. Не помешает. С собой прихватила, конечно, и свой список из двадцати восьми пунктов — надо над ним еще подумать.

В приемной все было как обычно. У себя ли ректор? Стоило бы выяснить это. Все же как его секретарь я должна быть в курсе.

Однако постучать в кабинет Тея я не успела. Мое внимание привлекла стенная панель, за которой скрывались почтовые ящики — она вдруг начала буквально сотрясаться. Нахмурившись, я подошла и отодвинула панель. И тут же самый нижний ящичек просто вылетел из пазов — а из него хлынули бумаги.

Что за ерунда? Такого с начала моей работы не было, я регулярно сортирую почту. Так, нижний правый, это у нас что? Ах да, прошения посетителей из-за пределов академии…

Малик мне вообще-то говорил, что содержимое этого ящика можно просто бросать в урну, не глядя. В академию всегда кто-то пытается прорваться — родители и другие родственники студентов, чьи-то женихи или невесты, какие-то торговцы и прочая, прочая… но свободный на территорию учебного заведения открыт доступ только студентам и сотрудникам. Точка. Небольшое исключение действовало для преподавателей, живших здесь же, — они могли пригласить к себе кого-то в гости после подачи официального прошения и проверки, но этого обычно все равно никто не делал — проще встретиться со знакомыми в городе.

На всех въездах стоят мощные