Мой магический год: лето и чарующий сад - Татьяна Терновская Страница 9

— А что насчёт Люка Маккартура? — уточнила я. Лилиан сказала, что если я не смогу найти документы к сроку, то должна буду договориться с ним. Мне ужасно не хотелось этого делать, но, вероятно, другого выхода просто не было.

— А при чём тут он? — насторожился Элиот, — или Люк тебе всё-таки нравится?

— Ты что! — возмущённо воскликнула я, чуть не уронив блинчик на пол.

Элиот засмеялся.

— Ну-ну, — сказал брат, многозначительно подняв брови.

— Я ни за что на свете не влюблюсь в Люка Маккартура! — уверенно заявила я.

Элиот ничего не ответил, но, судя по выражению его лица, он мне не поверил.

— Может, заключим пари? — неожиданно предложил брат.

— В каком смысле? — не поняла я.

— Всё просто: если ты в итоге влюбишься в Люка Маккартура, то я одержу победу и тебе придётся выполнить любое моё желание, — с улыбкой объяснил Элиот, — а если ты останешься к нему равнодушна, то выиграешь ты, и тогда уже должником буду я.

Заключать пари с братом опасно. Фантазия у него была отличная, и мне даже страшно представлять, что он придумает для меня в качестве наказания. Но, с другой стороны, преимущество было на моей стороне. Потому что никакая сила не способна заставить меня влюбиться в Люка Маккартура.

— Идёт! — сказала я и протянула ладонь.

Элиот с готовностью сжал мою руку, при этом выглядел очень довольным.

Рано радуешься, братишка, в этот раз ты точно проиграешь!

* * *

После завтрака я, как и планировала, отправилась в бабушкину усадьбу. Нужно было найти документы на сад и раз и навсегда покончить с этим вопросом. Элиот не смог составить мне компанию, у него возникли какие-то срочные дела. Пришлось ехать в одиночестве, если, конечно, не считать Смита.

Когда экипаж покинул пределы Колдсленда, я вдохнула тёплый летний воздух, наполненный ароматами разнотравья, и улыбнулась. Мне очень нравилось бывать за городом, где природа не была скована мостовыми, заборами и трубами. Здесь она властвовала безраздельно.

Подпрыгивая на ухабах сельской дороги, экипаж увозил меня всё дальше, и вскоре впереди показались очертания огромного поместья, принадлежавшего семье Маккартур. Раньше я не обращала на него внимания, воспринимая лишь как часть окружающего пейзажа. Просто тёмное пятно среди зелени, но теперь взглянула другими глазами. Хотя наши семьи жили по соседству, до этого лета я ни разу не сталкивалась ни с кем из Маккартуров. Даже странно. Построить такое шикарное поместье и не жить в нём! Видимо, мне было не суждено понять нравы богачей.

Из-за этого появление Люка выглядело ещё удивительнее. С чего вдруг его семья спустя столько лет вспомнила про дом и землю? Неужели им наскучила столичная жизнь? Вряд ли. Судя по модной дорогой одежде Люка, он был из типичных городских обитателей, один из тех, кого приводит в ужас дикая природа.

Я вдруг осознала, что слишком долго думаю о Люке, и, нахмурившись, тряхнула головой. Этот тип меня совершенно не интересовал! Словно пытаясь доказать это, я отвернулась и стала смотреть в противоположную сторону, где простирались поля.

Вскоре экипаж уже свернул на подъездную дорожку к бабушкиной усадьбе. Когда мы прибыли на место, я расплатилась с извозчиком и выскочила на улицу. Затем с помощью простого заклинания открыла калитку и пошла вперёд по вымощенной камнем дорожке.

— Ты должен будешь помочь мне с поиском документов, — предупредила я Смита, который всё это время дремал в моей корзинке.

Тот поднял мордочку и посмотрел на меня заспанными глазами.

— Одна я не справлюсь, — сказала я.

Смит сладко потянулся, а затем сел, всем своим видом показывая, что готов приступить к работе.

— Спасибо, — улыбнулась я и тут же стала серьёзной, — только не вздумай таскать семена! Они не предназначены для еды.

Смит склонил голову набок, словно не понимая, о чём я говорила. Ну, конечно! Когда речь касалась еды, он слышал только то, что было ему выгодно.

— Бабушка собирала семена цветов, чтобы потом посадить на клумбы. Если ты проголодался, я взяла с собой печенье, — добавила я.

Смит достал со дна корзинки платок и развернул его. За исключением пары крошек там было пусто.

— Смит! — возмутилась я, — когда ты успел всё съесть⁈

Бурундук собрал оставшиеся крошки.

— Надо было класть больше печенья, — проворчал он.

— Вот же наказание! — воскликнула я, — и что мне с тобой делать?

Дорожка свернула к невысокому крыльцу. Я по-прежнему ругала Смита, когда заметила, что перед входной дверью стоял какой-то человек. Со спины я не смогла его узнать, хотя облик показался мне смутно знакомым. Где я раньше могла видеть этого мужчину?

— Простите, могу я вам помочь? — окликнула его я. Наверное, он пришёл к бабушке, не зная, что она теперь живёт у нас.

Незнакомец обернулся, и я скривилась. Передо мной стоял Люк Маккартур.

— Что вы здесь забыли? — зло процедила я.

Он усмехнулся.

— Это я должен спрашивать, зачем вы позвали меня сюда, — ответил Люк.

Что он такое говорит? Наверное у бедняги солнечный удар.

— Я могу поклясться, что не приглашала вас в гости, — заверила я, — после нашей встречи в суде, у меня нет никакого желания общаться с вами.

— Вот как? — протянул Люк, а затем достал из кармана пиджака какой-то листок и продемонстрировал его мне, — а что насчёт записки?

— Какая ещё записка? — спросила я, а затем меня осенило. Элиот! Брат нарочно сталкивал меня и Люка, чтобы выиграть наше дурацкое пари. Вот же вредина! Однако Люк ничего не знал про спор (слава богам!) и явно принял записку Элиота всерьёз. Нужно было как-то выкручиваться из ситуации.

— Позвольте, — попросила я, протянув руку к листку. Люк с готовностью отдал его мне. Я тут же скомкала записку и швырнула её на дно корзинки, чуть не попав в Смита. — Кажется, произошло небольшое недоразумение.

Люк с мрачным видом наблюдал за мной.

— Любопытные у вас развлечения, — раздражённо сказал он, — отвлекать людей от важных дел. Между прочим, я специально приехал сюда из города, думал, случилось что-то срочное, — прибавил он с ноткой обиды в голосе.

Хоть автором записки была не я, мне стало стыдно перед Люком. Несмотря на то что мы вроде как были врагами, мой брат поступил с ним некрасиво.

— Может быть, зайдёте на чашечку чая? — предложила я, чтобы как-то сгладить неприятную ситуацию.

Люк посмотрел на меня с сомнением. А я лихорадочно соображала, чем его угощать, если он вдруг согласится. Печенье слопал Смит. Поскольку бабушка уже давно переехала к нам, другой еды в её усадьбе не было. Разве что варенье…

— Моя мама