Мария Павлович - Сафари для блондинки Страница 33

Серега оживленно что-то рассказывал, покачиваясь взад-вперед в такт своим словам. На нем была розовая рубашка, застегнутая всего на пару пуговиц, открывающая замечательный вид на мускулистую загорелую грудь, и джинсы без ремня, низко сползающие на узкие бедра. «И этот мужчина способен дружить с женщиной? — Рита вздохнула. — Не смешите меня. Че действительно последний романтик, если думает так о Сереге».

Когда компания одобрительно грохнула дружным смехом на очередную шутку, Серега поднял глаза и увидел Риту. Он радостно улыбнулся и тут же направился в ее сторону.

— Мы оба в розовом, — смеясь, сказал он, — это знак.

— Ты один из немногих мужчин, который может носить розовое и не выглядеть при этом голубым. — Рита подставила для поцелуя сначала одну, потом другую щеку. В Дахабе все целовались дважды.

Пока они болтали, Маринины глаза больно жалили Риту где-то пониже груди. Если бы Рита была стогом сена, то уже давно загорелась бы ярким костром. Надя что-то непрерывно нашептывала ей. Паши откровенно разглядывали с ног до головы, отпуская пошлые комментарии. Рита могла прочесть это по выражениям их лиц, почти прочесть по губам.

— А здесь здорово. — Рита приветливо помахала рукой сидящим за столом.

— Ты сыта? — Серега оглянулся и бегло осмотрел стол. — А то тут только выпивают.

— Я объелась. — Рита засмеялась и погладила себя по животу.

Серега преувеличенно внимательно оглядел Ритин живот и потом столь же внимательно оглядел ее со всех сторон. На лице Риты не дрогнул ни один мускул она была спокойна, особенно за вид сзади.

— Незаметно, — улыбаясь, резюмировал Серега. И предложил: — Давай пройдемся.

— Давай. — Рита с облегчением двинулась к выходу.

— Прогуляемся по пляжу, — конкретизировал маршрут Серега.

«Или сразу к тебе слушать Хулио», — подумала Рита, а вслух сказала:

— Ты читаешь мои мысли.

Игра началась. И Рите сразу стало немного скучно, потому что она делала это уже миллион тысяч раз и все еще не имела ни SLR, ни недвижимости на Женевском озере. Рита прогнала грустные мысли и полной грудью вдохнула морской воздух. «Все будет хорошо. По крайней мере, вся эта затея самым положительным образом сказывается на моем здоровье. Я целыми днями дышу чистым, свежим воздухом», — думала Рита.

— У тебя есть сигарета? — спросила она.

— Я не курю. — Серега подал Рите руку, помогая ей спуститься вниз по небольшому песчаному холму к чернеющей воде.

«Странно, а пепельница на столе в твоем саду была полная», — вспомнила Рита и подивилась своей развившейся наблюдательности. Вслух же поспешила исправить свою оплошность:

— Я тоже. Так, иногда после ужина.

— А мне нравится, когда девушка курит, — высказался Серега. — Это делает ее беззащитной и говорит о ее неуверенности в жизни, — закончил он свою глубокую мысль.

Рита почувствовала растущее раздражение: они еще не окунули ноги в воду, не посмотрели на звезды, а он уже завел философские беседы. «Рано, рано, — недовольно отметила Рита, — разминки еще не было». Дойдя до самой кромки воды, она остановилась и закатала джинсы.

«Еще одна промашка», — грустно подумала она, шаг за шагом пытаясь нащупать путь к сердцу собеседника. Она, конечно, не Эллочка Людоедка, но и у нее круг тем ограничен. Поэтому выгодней было сразу навязать мужчине то направление беседы, в котором Рита успела нешуточно попрактиковаться.

«Любовь — странная штука». Или «Смешные истории». Или «Расскажи о себе». И наконец, «Город твоей мечты».

Если первые три темы вели к простому сближению душ, то последняя позволяла более точно измерить потенциал собеседника и доступно изложить суть своей жизненной философии.

Жить между Москвой и Лондоном, отдыхать на Ривьере, делать покупки в Милане, заниматься гурманством в Париже, встретить старость в Швейцарии.

— Саша сказал, что ты журналистка. — Серега последовал Ритиному примеру и тоже закатал джинсы почти до колен.

«Ого, уже обсуждаешь меня с друзьями?» — удивилась Рита про себя.

Она изящно выставила ногу навстречу набегающей волне и многозначительно помолчала. В таких случаях полагалось чуть-чуть помолчать. Выдержанные паузы помогали настроить собеседника на серьезный лад, чтобы он осознал всю важность момента.

— Вроде того, — медленно произнесла Рита и тут же добавила: — Вода холодная.

Они снова немного помолчали, и Рита досчитала до десяти.

— Я мечтаю быть писателем, — объявила она и зажмурилась.

Так грубо Рита не действовала уже давно. Пританцовывая, она двинулась вдоль кромки воды, размахивая розовыми шлепками, сжатыми в левой руке. «Не слишком ли откровенно?» — размышляла Рита, старательно виляя попой.

— А о чем ты хочешь написать книгу? — услышала она за спиной голос Сереги без тени насмешки.

Рита не остановилась, пока не добралась до того самого места, где еще недавно сидела рядом с пеликаном и разрабатывала план действий. Попробовав наступить на один из скользких камней, она на секунду зависла над пляжем на одной ноге. «Как это пеликаны стоят так часами?» — подивилась Рита, а затем, спохватившись, посмотрела вдаль.

— Что там за огоньки? — Рита указала на маленькие мерцающие огни на другой стороне залива.

— Это Саудовская Аравия, — с готовностью пояснил Серега. — Ты лучше посмотри наверх, какое звездное небо! — Серега по-детски восторженно запрокинул голову и уставился в небо.

Звездное небо напомнило Рите о стразах на платье, которое она так и не смогла приобрести даже в период зимних распродаж с 50-процентной скидкой. Рита изо всех сил пыталась выкинуть платье из головы. «Как странно, что я не могу позволить себе даже такую малость, — горько размышляла она. — Если бы у меня были деньги, то никогда не было бы плохого настроения». Рита была уверена в этом на все сто. Многие женщины не могут так жить и, даже будучи безумно богатыми, постоянно ищут повод для расстройств и разочарований. А вот Рита не такая.

Пока она была с принцем, она никогда не чувствовала себя несчастной. Как может человек который запросто купит себе почти все что угодно, плакать, потому что кто-то вовремя не позвонил?! Бред. Рита все же заставила себя вернуться мыслями на пляж, Серега уже удивленно поглядывал на нее, ожидая ответа.

— Я буду писать о любви. — Интонация сказанного оставляла желать лучшего. Часть некупленного платья все-таки застряла в слове «любовь». — О настоящей любви, — поправилась Рита.

Она состроила сама себе гримасу, стоя лицом к воде. Эта рожа служила предостережением от новых промахов. Серега остановился около нее, постояв немного, бесшумно опустился на влажный песок Рита обернулась и попыталась разглядеть в сумерках его лицо, — несмотря на яркие звезды, на пляже было темно. Но Рита все равно могла поспорить на сто долларов, что Серегин взгляд был грустным и слегка задумчивым. Рита присела рядом с ним. Их колени и плечи соприкоснулись. Рита подумала, что будет неловко, если он бросится на нее. Нужно было встать, но уже было непонятно, как это сделать, чтобы не нарушить романтики. Песок неприятно холодил попу, в темноте мерещились змеи.